Чтение онлайн

Развитие отрасли напоминает развитие популяции: период резкого увеличения произведений и последователей (революционный период); плавный период (синтеза); горизонтальный период застоя (подмен), когда дух культуры засоряется материальностью (плотскостью), т. е. начинают преобладать интересы тела и агрессивно-потребительская модель поведения. Схематически это выглядит так.

На первой стадии имеет место жертва, дающая энергию, на второй – рост влияния отрасли, на третьей – подмена, тормозящая, аналогично силе трения, развитие отрасли. А и Б (начальная и конечная точки на графике) – точки бифуркации. Период застоя ведет к точке бифуркации, после чего главенствующее положение занимает другая отрасль.

Аналогично можно построить схему развития культуры в целом, где сплошной линией обозначено лидерство данной отрасли культуры, а пунктиром – развитие отрасли после потери ею лидирующей позиции.

Конечно, это всего лишь наглядная схема. Кривые развития отраслей могут также отличаться друг от друга, как формы галактик. Границы трех первых отраслей культуры условны.

Вспомним, что в универсальной схеме развития, предложенной синергетикой, чередуются фазы устойчивости и неустойчивости, нормального развития и революционных изменений. Культурные системы, которые являются одним из типов систем, наравне с физическими и биологическими подчиняются этим закономерностям. Как о физических, столь же оправданно говорить о духовных силах. Возможно, существуют культурные законы, аналогичные законам механики. Для количественной оценки развития культуры можно использовать методы экспертной оценки, индексы цитирования и т. п.

Продолжим аналогию между развитием культуры и сукцессией. Как в экосистеме вид создает условия, благоприятные для существования другого вида, давая ему дорогу (анаэробные бактерии, продуцируя кислород, создали кислородную атмосферу и условия для аэробной жизни), так в культуре одна отрасль создает учреждения, которые затем выступают против нее (созданные католическим духовенством университеты вскоре стали его противниками). В итоге имеем спираль развития: жертва – развитие данной отрасли культуры – ее доминирование – подмена – жертва. Каждая отрасль проходит свой цикл (аналог экологической сукцесии).

Жертва – революционный момент в развитии культуры, синтез – момент нормальный. За ним следует подмена. «Существует земной закон, по которому с того момента, как прекращается всякое преследование и достигается всеобщее признание, начинается и разложение» (Ключников НИИ. Провозвестница эпохи огня… С. 143, слова Е. И. Рерих). За великими жертвами стоят великие подмены: за Сократом – Марк Аврелий, за Христом – римский папа Борджиа, за Руссо – Робеспьер и т. д. Таков ритм развития духовной культуры, которое необратимо, поскольку закон необратимости эволюции, сформулированный в палеонтологии, универсален, а стало быть, приложим и к сфере культуры.

Подмены в культуре происходят потому, что культура не может развиваться по принципу власти, а становясь главенствующей, она получает власть. «Всякая идея утрачивает свою чистоту, лишь только она обнаруживает стремление осуществиться. Тут никогда нельзя добиться успеха без некоторого трения, от которого страдает чуткая душа» (Ренан Э. Жизнь Иисуса. С. 188). Успех обманчив и приводит к подмене и поражению. Слава ведет в тупик, как писал В. И. Немирович-Данченко.

Подмены начинаются с момента достижения данной отраслью главенствующего положения (это свойственно, как считает Сорокин, и типам культур). Свидетельством начала подмены служит агрессивность. Какое искушение – господствуя, взяться за меч! Но «взявший меч от меча и погибнет». Добровольная жертва – наиболее эффективное средство утверждения идеи, убийство – начало ее подмены.

Став господствующей, отрасль поддается «соблазну физического насилия» (слова Тойнби о папстве), и тогда «остальные папские добродетели быстро превратились в пороки; замена духовного меча на материальный есть главная и роковая перемена, а все другие – лишь ее следствия» (Тойнби А. Постижение… С. 330). То же самое случилось ранее с философией, которую не мог спасти, а мог только погубить философ на троне Марк Аврелий, а позже с идеологией, которая доказала, что нельзя добиться духовных целей материальными средствами. Все это следствия «принесения в жертву духа во имя меча земного» (Там же. С. 331). Тут мы имеем дело с обратной жертвой – не низшего, тела, во имя высшего, духа, – духа во имя тела. В этом суть подмены – принесение в жертву духа. Подмена – жертва наоборот. Это возвращает к пониманию войны как жертвоприношения.

Становясь главенствующей, отрасль культуры привлекает к себе все больше сторонников из нетворческого большинства, не столько из-за своих идеалов, сколько из-за положения, славы и власти, которые она дает. И это увеличивает опасность предательства и извращения целей данной отрасли. Конец очевиден.

Жертва, переходя в организацию, а затем институт, приближает подмену, утверждал Сартр в «Критике диалектического разума». Сартр использовал понятия «инертной практики», «отчуждения», «овеществления», «серийности», рассеяния» и т. д. Человеческая истина всегда находится на стороне жертвы, писал Сартр. Со стороны жертва предстает как личная трагедия, но это не так, если рассматривать ее изнутри.

Общество не может уничтожить культуру, потому что развивается за ее счет, но оно пытается упростить ее для повышения эффективности управления. Здесь действует кибернетический закон необходимого разнообразия, который составляет основу подмен. Прогресс человечества, за который ответственна духовная культура, сходит на нет и даже направляется в обратную сторону. Жизнь создает силу инерции, препятствующей движению. Материальное торжество данной культуры чревато ее гибелью. Как говорил А. Бергсон, инерция материи сопротивляется жизненному порыву, энергии жизненного импульса.

Могут ли существовать подмены без жертв? Жертва является источником развития и дает энергию, которая движет мир, а подмены стремятся его остановить. Можно привести аналогию с физическим законом инерции, который обобщил на биосферу В. И. Вернадский. Жертвенность создает энергию, которую гасит инерция подмен.

Зиммель указывает еще две причины подмен: 1) расщепление («эффект вавилонской башни») – подмена целостности отдельностями, когда культура расщепляется в своем развитии на отдельные части; подмена цели средствами в результате формализации и автономизации объектов культуры, когда они начинают существовать по своим внутренним законам и логике. Субъективную причину выдвигает Тэн – развращение творцов материальным.

Первой подменой можно считать «первородный грех». Жертва Христа искупила его. Жертва – это «жертва за грех» (Исход. 29: 14). Жертва искупает подмены, в соответствии с принципом Тойнби: поражение священника (имеется в виду духовная подмена) – сигнал для пророка. Подмены требуют жертв, которые стимулируют переход от одних отраслей к другим. То, что здесь называется жертвой и подменой, И. Ефремов называл соответственно «моральной стойкостью» и «моральным износом цивилизации». Обобщив понятия жертвы и подмены, получаем то, что Ренан назвал «роковым законом» (Ренан Э. Жизнь… С. 292).

Почему нужно много отраслей и типов культуры и не происходит полной замены старого новым? Действует закон культурного разнообразия, который также аналогичен основному закону экологии, как закон жертвы – модели происхождения материи, предложенной Пригожиным, а закон подмены – закону роста энтропии. Закон жертвы ответствен за становление нового, закон разнообразия – за сохранение старого, закон подмены – за смену отраслей. Если бы не было подмены, не было бы потребности в обновлении; если бы не было жертв, не утверждалось бы новое; если бы не было разнообразия, старое погибало бы.