Чтение онлайн

Но это уже будет не наша задача. В подобной ситуации, если таковая произошла бы на Титане мы, скорее всего, начали бы корректировку меток, чтобы исключить нарушения целостности траулеров, но мы не на Титане и времени у нас не много. Короче говоря, у нас нет возможности ждать нового дня и заново опускаться на планету. Да и атмосфера на Титане совершенно иная.

У нас оставалось два часа и пока командир Маер проводил необходимые приготовления для сброса траулеров, мы пытались чем-то себя занять, чтобы скоротать время до того момента пока система навигации СИД подтвердит координаты и не будет готова к самому сбросу. Только тогда мы должны будем покинуть поверхность желтой планеты и подняться на орбиту. А пока должны оставаться тут на случай если сигнал меток будет не корректен и нужно будет наше вмешательство.

Но это ни сколько не напрягало. Больше неудобств доставляли оранжевые защитные костюмы, вес которых уже начал ощущаться из-за общей усталости организма. Но, в конце концов, не каждый же день прогуливаешься по поверхности планеты за пределами Солнечной системы. При другом раскладе миссии и с другим грузом на орбите, все это вообще могло бы стать историческим для человечества моментом. Так что какую бы сильную я не чувствовал усталость, как бы я не мечтал завалиться в свою соту и уснуть на несколько часов здоровым и естественным сном, не активируя «химию», я все же пытался насытиться каждой минутой пребывания на Проксима b.

Спустя какое-то время вернулся Александр Колл, неся с собой сложенную Треногу. Молча, не глядя на нас и не задавая никаких вопросов, он прошел по рампе в С-2. Марты опять нигде не было видно. Быть может, она отправилась искать новый кусок разбитого вдребезги минерала. А быть может, просто удалилась в туман, чтобы еще больше ограничить итак отсутствующее общение с нами. Наверное, в основном, со мной. Мне почему-то показалось, что Марта почувствовав мое повышенное к ней внимание, решила отстраниться от него и от меня, давая понять, что в отношении ее мне простому пилоту, рассчитывать не на что. Что же касается, того, что мне в какой-то момент показалось, что она испытывает ко мне какую-то симпатию, то я немного подумав, решил для себя, что мне это попросту показалось. Я решил не думать о ней, и пока я был в компании с Леной и Марком, у меня это получалось.

Лена и Марк опять о чем-то оживленно спорили. Точнее спорил Марк, а Лена просто дразнила его, едва сдерживаясь, чтобы не засмеяться, утверждая, что его очередная байка – просто выдумка. Удивительно, что Марк каждый раз попадался на ее удочку, и продолжал спорить до последнего, веселя ее и окружающих, хотя уже через две минуты спора, всем со стороны было понятно, что Лена над ним только издевается. Не без смеха глядя на него, я решил, что ему самому просто нравится доказывать свою правоту, и он сам получает от этого спектакля не меньшее удовольствие, чем она.

Внезапно снова появился Колл. Буквально катаясь со смеху по камням и пыли, мы не заметили, как он прошел между нами и, взяв за руль квадроцикл, покатил его к рампе, загружать для отправки. Марк, моментально среагировав и еще до конца не перестав смеяться, резко запрыгнул на сиденье и запустил двигатель.

Колл не ожидая этого, отскочил в сторону, а Марк уже выписывал на плато вокруг нас круги, специально поднимая вверх столбы пыли и надрывая двигатель.

– Не спеши, инженер! – кричал он Коллу – Приказа лететь, еще не было!

Я не помню, что Колл ответил ему. Его слов не услышал никто из нас, но говорил он что-то про, то какая эта техника дорогостоящая и что Марк сам будет после такого вождения опечатывать квадроцикл для погрузки в грузовой отсек, а по прибытии сдавать Компании по описи.

– Корин! Давай кто быстрее до той скалы и обратно!

– До какой скалы? Я не вижу там ничего! – Один миг и я оседлал второй квадроцикл.

– Есть, я видел!

Выжав из итак не слабого электродвигателя, всю его мощь, я рванул, вперед чувствуя как из-под задних колес, фонтаном вылетает песок и мелкие камни. Надеюсь, Лена и Колл успели отвернуться.

Плато вокруг места посадки, было достаточно ровным и уже метров через пятьсот, наши квадроциклы развили скорость в пределах ста километров в час. Боковым зрением я вдруг увидел, как квадроцикл Марк подлетел в воздух, наехав не небольшое возвышение, сыгравшее роль трамплина. На две или три секунды, транспорт оторвался от поверхности всеми четырьмя колесами и на какой-то момент гул его двигателя слегка изменился, а потом снова грохнулся на плато, но довольно ровно, даже не изменив своего курса.

В конце нашего гоночного пути, практически под прямым углом возвышалась, не скала конечно, но огромный валун, высотой в два человеческих роста. На подъезде к нему Марк надавил на тормоз так, что его развернуло боком, и он еще метров десять проехал юзом, вспахивая почву. Стараясь не отставать от него и показать, что тоже могу так, я попытался изобразить что-то подобное, и совершенно не имея опыта в управлении подобной техникой на больших скоростях, но думая, что делаю все правильно, вжал педаль тормоза в порог и вывернул резко руль.

Меня и вправду развернуло боком, но через пару метров торможения юзом, неожиданно для меня, квадроцикл подбросило вверх, так как будто он налетел на невидимое препятствие. Я прижался как смог к рулю и сиденью, полагаясь только на то, что посадка окажется мягкой и на колеса, но удержаться мне не удалось. Я оказался на земле. Несколько секунд я лежал, боясь пошевелиться, и даже не дышал. Когда первый шок спал, я сглотнул липкую слюну и сделал вдох, потом стал шевелить конечностями, чтобы убедиться что все кости целы.

– Ты жив? – Марк стоял надо мной и, держась за живот, заливался со смеху.

– Что смешного? Я чуть не разбился! – Я приподнялся на локтях и сел, а в нескольких метрах в стороне увидел свой квадроцикл, лежащий на боку.

– Видел бы ты себя… в полете!

– Да ну тебя! Все из-за тебя! – Я поднялся и стал проверять, не нарушилась ли функциональность защитного костюма, и с облегчением сделал вывод, что целостность экзоматериала не повреждена, а все функции работают в прежнем режиме.

– А не надо изображать того что не умеешь! У меня, между прочим, многолетний опыт! Я в гонках участвовал!

– Это, в каких еще гонках? – Я поднялся и, поставив квадроцикл на колеса, запустил двигатель.

К счастью он тоже оказался не поврежден. За исключением лишь большой ссадины на хромированной боковине, принявшей на себя удар и которой он прочертил неровную дикую поверхность планеты.

– В академии. Я, между прочим, был одним из лучших гонщиков на квадроциклах!

– Корин, прием! – Внутри шлема раздался голос Колла в общем канале, но я не успел ответить, как вмешался Марк.