Чтение онлайн

Он выждал, пока с рядов сойдет жидкая волна ленивых аплодисментов, показывающая истинное отношение присутствующих к данному вопросу. И тогда заговорил вновь.

– Вот уже два года Всемирное Научное Сообщество, главный штаб которого, базируется не где-нибудь, а в Неополисе, проводит исследование этого мира дистанционно. И вчера вечером, мной и нашим многоуважаемым коллегой Дариусом Квинием, – он немного повернулся и сделал жест рукой в ту сторону, где сидел его сосед по центру стола, – подписан Манифест о передачи прав на разработку и дальнейшие исследования Проксима b Колониальной Федерации «Сириус»!

Снова прокатились аплодисменты и, даже могло показаться, что в этот раз они были более шумными.

Все собравшиеся прекрасно знали цену подобных заявлений, а так как большинство из них занимали должности исключительно земные, то и мысли их принадлежали больше к благам земным, нежели орбитальным. Конференция была не для них. Конференция была для представителей средств массовой информации, простых смертных и естественно для Всемирного Научного Сообщества.

Торри, ожидая, когда смолкнут овации и перемолвки, но не особо спеша восстанавливать тишину, сделал несколько движений рукой по проекции дисплея, перелистывая регламент конференции. Репортеры такого заявления точно не ожидали услышать. Сколько уже Всемирное Научное Сообщество пичкает мир обещаниями и прогнозами того, что пора, что необходимо исследовать другие миры и другие системы. Еще до того как космические аппараты и суда смогли преодолевать расстояния в космосе, за пределом светового скоростного барьера, они уже кичились своими достижениями нацеленными на межзвездные перелеты. Да и в действительности, почему не раньше? Ведь теоретически и практически могли…

Да просто не было, нет, и не будет в этом никакой экономической выгоды. Ресурсы в достатке и рядом. Раскиданные по Солнечной системе они ждут своих старателей и будут ждать столько, сколько будет необходимо. Кроме нас их никто не возьмет! Они никуда не денутся. Потому что кроме нас тут больше никого нет! Так зачем же лететь куда-то, куда лететь больше года, если вести речь о той системе, о которой Торри сам только что заявил? Инвестиция должна приносить прибыль. А если инвестиция прибыль не приносит, то это не инвестиция, это подарок.

Вывезти за четыре световых года кучку ученых, да еще построить им там базу, чтобы они любовались оттуда звездным небом под немного другим углом… – вряд ли такой подарок будет в интересах Колониальной Федерации. Но у Германа Торри были причины говорить об этом. Говорить на весь мир.

Пока стихали наигранные шумы удивленных и обескураженных голосов, Герман Торри уступил место за трибуной молодой женщине в строгом костюме на воротничке пиджака, которой блестел серебряный значок Всемирного Научного Сообщества. Никто не обратил совершенно никакого внимания на то, что оператор конференц-зала представил ее, как главу штаба изучения и освоения дальнего космоса Марту Штеер. Молодая женщина, четкими и резкими неестественными движениями, больше напоминающими движения автоматики, чем человеческие, заняла место докладчика. И опять, никто не усмотрел в ней совершенно никакой странности. Ученая. Они все странные.

Пока Штеер растягивала по поверхности трибуны свою речь, переданную через персональный делс, администратор анонсировал тему выступления.

Речь главы изучения и освоения дальнего космоса будет повествовать о том, как происходило исследование планетарного тела Проксима b и какие перспективы для человеческой цивилизации таит в себе этот мир.

И она заговорила. Она приветствовала всех собравшихся в конференц-зале. Представилась. Голос ее звучал совершенно холодно, монотонно и с металлическими созвучиями согласных звуков, но без какого либо пафоса, а просто и ясно. В целом речь была хорошо поставленной, четкой, но казалось полностью лишенной каких-то эмоций и чувств. Ученая!

Госпожа Штеер рассказывала о том, что первый беспилотный аппарат оказался на орбите Проксима b два года назад и первые снимки ее плотной атмосферы, верхние слои которой оказались, усеяны вихревыми циклонами, стали уже открытием всего тысячелетия. Она делала основные акценты на необходимость создания научной базы на поверхности этой планеты, по типу базы, что уже давно функционирует на поверхности Ганимеда и которой следует присвоить, а точнее уже заочно было присвоено наименование Проксима-1. Она утверждала, что несмотря на совершенно непригодные климатические условия, когда в экваториальных широтах планеты средняя температура окружающей среды не поднимается выше отрицательных семидесяти градусов по Цельсию, а в период либраций, с наступлением сумерек, падает до ста двадцати, нитридо-водородные соединения в атмосфере кристаллизируются. Сочетание таковых внешних факторов и химического состава атмосферы, превращают нижние атмосферные слои из газообразного состояния в гелеобразное, что, несомненно, станет сложным, но не невозможным препятствием для колонизации планетарного тела. Основная сложность будет в работе силовых агрегатов взлетно-посадочных аппаратов, работа которых в таких условиях будет бесполезна. И еще в перемещении непосредственно человека по поверхности планетарного тела. Но все это решается вычислением периода либраций и проведением строительных работ на поверхности в благоприятные интервалы.

Потом она, заметив вопросы во взглядах глядящей на нее аудитории, но слушающих и молча ожидающих, пока им будет позволено задавать вопросы, она прояснила.

– Почему мы не можем построить научный комплекс не в экваториальной зоне в том полушарии Проксима b, которая всегда повернута к звезде? Этот вопрос, должно быть, сейчас на устах у каждого, кто находится в этом зале. – Зал одобрительно закивал десятком голов. – Я отвечу так. Все просто. Проксима b, это крайне недружелюбный мир. Экваториальная широта, единственная область наиболее благоприятная, как по климатическим условиям, так и по геофизическим для освоения человеком этого планетарного тела. – Она пролистнула, что-то на проекции перед собой. – Девяносто процентов поверхности планеты занимают скальные образования, на столько плотные, что ни о каком транспортном сообщении и возведении конструкций не может быть и речи. Температурные перепады провоцируют формирование вихревых атмосферных потоков, скорость движения которых превышает сто метров в секунду. И только экваториальная область имеет наиболее стабильную природу. Либрационные временные неудобства в виде кристаллизации нитридо-водородных соединений в атмосфере, ничтожная мелочь, по сравнению с тем, что может ожидать человека, решившего высадиться в другой области. Но, тем не менее, создание научного комплекса будет не просто возможным, но и станет настоящим прорывом в научной среде человеческого вида.

Она утверждала, что фактическое и физическое изучение Проксима b непосредственно штатом ученых, первым делом будет направлено на открытие тайн происхождения Млечного Пути и вообще Вселенной. И быть может инвестиции, которые будут необходимы для такой грандиозной идеи, вряд ли вернутся в ближайшее время, но что значат деньги, когда речь идет о таком научном событии, как человек на поверхности планеты в чужой звездной системе!

Потом, наконец, гостям и представителям средств массовой информации предоставили возможность задавать вопросы. За трибуной никого уже не было и все сидели за большим длинным столом. Заняла отведенное ей место за столом и Марта Штеер. Теперь ей предстояло отвечать на вопросы представителей прессы с этого места.

Руки вырывались вверх над головами, наперебой. Представители средств массовой информации, так старались, чтобы их заметили и выбрали, что буквально лезли друг другу на головы. У каждого были вопросы. Каждый считал своим долгом назвать свое издание или медиаблок в рамках этой конференции. Ведь никто не мог и подумать какой-то час назад, что она станет настолько грандиозной и, еще долго будет держаться в первых рейтингах по всему цивилизованному миру.

– Значит научная база? – Дар усмехнулся, немного наклонившись к Герману Торри, как только прозвучал первый вопрос от представителя какого-то медиа-холдинга и на него тут же начала отвечать Марта Штеер.

– Быть может, когда-нибудь. – Уклончивость Торри сопровождалась хитрой улыбкой политика и привычкой смотреть в глаза, делая вид, что он совсем туда не смотрит.

– Так к чему тогда все это представление? – Глава секретариата СПП Неополиса довольно хорошо знал своего коллегу, чтобы не верить в его слова и знать, что тот многого не договаривает.

– В них. – Президент пожал плечами и немного подался вперед, посмотрев на отвечающую на очередной вопрос Марту Штеер. – Приходится иногда удовлетворять их амбиции. – Вернувшись на спинку кресла, он вздохнул. – Они неотъемлемая часть этого мира. И Колониальной Федерации.

Дар Квиний подозрительно протянул себе под нос гласный глухой звук.

– Чьи-то амбиции стоят того, чтобы запускать многомиллионный проект с вложениями в пустоту? – Он вдруг подумал, о том, что Торри трахает эту ученую девку, а еще с чего бы ему вбухивать такие средства в кусок ледяного камня, окутанного ядовитой атмосферой.

Зонды СПП, которой по умолчанию принадлежат все первичные разработки космических тел и планет, закончили исследование поверхности Проксима b еще шесть месяцев назад и ничего, что заставило бы профинансировать отправку туда научной или исследовательской экспедиции, найдено там не было. А именно, не было найдено признаков жизни. Жизнь – то единственное, что может заставить зашевелиться Союз Правящих Партий и начать вкладывать средства не в коммерческий проект. Жизнь – бактерии, плесень, водоросли! Речь даже не идет о насекомых или пресмыкающихся, уж не говоря про млекопитающих. Поиск жизни – самая приоритетная цель исследования просторов дальнего космоса. Правда за последние пятьсот лет, сознательного пребывания человечества на орбите Земли и других планетах Солнечной системы, эти исследования не продвинулись дальше орбит Сатурна и его спутников.