Чтение онлайн

Глава 9. Прошлое тебя помнит.

Я стою у клуба и вспоминаю место, где оставила свою машину. С Евгением Олеговичем я распрощалась полчаса назад, когда дождь чуть приутих, и я не нашла лучшего времени забрать Жука.

Клуб полыхал и зажигался, музыка доносилась до меня, как в прошлый раз. В прошлый раз, когда вы с Ильёй переспали – мелькнуло в моём сознании. Где-то в районе живота кольнуло. Мне не больно об этом вспоминать, я знаю, что поступила осознанно, и винить его или меня не собираюсь. Да, мне было приятно. Да, я этого в какой-то степени сама желала. Но, я не хочу, чтобы это как-то повлияло на моё отношение к окружающему миру.

Когда я в очередной раз закрывала и открывала машину ключами, чтобы увидеть где-нибудь оранжево-жёлтое мелькание, слева от меня послышался родной звук. Я уже подбежала к водительской двери, как чья-то рука легла сверху на окно.

– Помочь чем-нибудь? – раздался дьявольский голос. Я медленно подняла глаза.

Мой взгляд остановился на грубом очертании лица, кудрявые рыжие волосы приглажены гелем. Чёрные глаза твёрдо смотрели на меня. Его куртка из грубой ткани была влитую, чёрный брюки и большие ботинки – всё это напоминало... маньяка. Я сглотнула.

– Нет, спасибо, – я ответила как можно увереннее, но в конце мой голос чуть надорвался. Чёрт бы меня побрал.

– Спасибо ты мне скажешь тогда, когда я этого заслужу. А сейчас пока не за что, – он полез в карман своей куртки, не сводя с меня взгляда.

Надо бежать, дура, почему ты стоишь?

Вместо этого человека, вместо его лица, я видела совершенно другие черты: чёрные, словно ад волосы, зелёные, у зрачка с голубыми крапинками, глаза, высокие скулы, нос с маленькой горбинкой – я задыхалась в воспоминаниях о нём.

Что-то острое врезалось в мою куртку. Я опустила взгляд и увидела еле мелькающий при ночном свете нож, который находился у моей печени. Это конец. Я посмотрела на этого мужчину, его рот был напряжён, зубы сжаты.

– Открывай машину, или я тебя прикончу, – он тихо приказал.

Нет-нет-нет. Борись, пожалуйста. Ради самой себя, пожалуйста, борись.

У меня несколько вариантов: 1. Он стоит напротив меня, можно ударить его по паху. 2. Ударить по лицу, но не думаю, что ему будет больно. 3. Закричать, но вряд ли меня кто-нибудь услышит.

Хорошо, я попробую. Если и умереть, то лучше бороться. Я приготовила кулак и ногу. Он что-то опять начал бормотать, но я не слышала его. Направила всю силу в правую ногу, и со всей дури ударила его в пах. Он нагнулся и замычал, тогда я врезала ему кулаком в живот. Может быть, я не причиню ему особую боль, но задержу на месте.

Беги, беги, беги.

Я рвала себе ноги, спотыкалась, но упорно бежала к людям. Они должны помочь. Хотя бы в этот раз. Ветер бил мне в лицо. Глаза уже щипало, и всё плыло перед лицом.

Я закричала. Кто-то дёрнул меня за волосы. Голова резко пошла назад, отчего моя шея хрустнула и застонала от боли. Ты никогда не сможешь сбежать. Я начала падать вниз спиной, кто-то перекрыл мне горло рукой.

– Замолчи! – рычали мне в ухо. – Замолчи дура, а то убью! – сквозь мою жаркую кожу, и бешеный пульс, на своей шее я почувствовала холодный металл.

Я подчинилась и, сидя на холодной дороге, судорожно тряслась. Слёзы катились по моему лицу. Одной рукой я цеплялась за землю, второй держалась за голову, чтобы ослабить боль.

– Пожалуйста, не надо, – я жалостно пискнула. Я всегда останусь в твоей памяти.

– Встань, – всхлипывая встала. Мне не спастись. Теперь мои мучения будут дольше. По себе знаю, чем больше ты рыпаешься, тем дольше будут наказания.

Этот человек был на голову выше меня. Он до сих пор держал меня за волосы. Потянув волосы вниз, заставил посмотреть на него, но я не разобрала его лицо. В глазах плыло, и я представляла себе совсем другое.

– Сдайся, и тебе самой будет легче, – тусклый свет в комнате не сильно показывал всю картину происходящего.

– Нет, – я мотала головой, слезы текли, но я знала, что сдаваться нельзя.

– Ты только дольше искушаешь нас , – раздался девичий голос сзади Антона.

Я сидела прикованная к стулу верёвками. Антон возвышался надо мной. Слабый свет лампочки был моим единственным источником жизни. Я верила в чудо, пока горела эта лампочка.

– Когда ты, говоришь, твои родители вернутся? – Антон отошёл от меня к столу, который находился в углу комнаты. Он встал спиной, и выбирал новую «игрушку» для меня. Это плохо.

Я сглотнула, собирая последние силы. Ужасно хотелось пить и есть, но кто мне позволит?

– Через три дня, а может два, – я сбилась со счёта времени. Какой сегодня день недели? Понятия не имею. Сейчас день или ночь? Это слишком большая роскошь, чтобы узнать.

– У нас мало времени , – сквозь сжатые зубы сказала ему Ангелина. Она сложила руки на груди и подошла к Антону.

– Я знаю , – тихо ответил Антон . – Поэтому начнём прямо сейчас , – он повернулся ко мне, и я увидела в его руках нож с закруглённым концом.

Только бы выжить сейчас.

Я тихо постанывала, пока меня вели неизвестно в какую сторону. Я знаю, скорее всего, что меня ожидает, и знаю, что мне не выжить, что я умру.

– Хватит хлюпать носом, идиотка, заткнись и иди молча, – мне не раз так угрожали, я знала, что надо подчиниться.

Я снова оказываюсь в клетке. В клетке своего ума, в клетке чужих рук и желаний.

Этот мужчина резко повернул вправо, и завёл нас в тёмный угол между двумя зданиями. Я больно стукнулась головой. Он приковал мои плечи к стене здания, попутно начиная меня раздевать. Я подняла обмякшие руки к груди.