Чтение онлайн

Если при своем возникновении орден обращался главным образом к народным массам, то теперь он обращается прежде всего к высшим слоям общества. Теперь он стремится их приобрести, обратить, привлечь на свою сторону. Из этих же соображений он становится аристократическим орденом. Его ряды начинают пополняться почти исключительно из рядов аристократии, людей, облеченных властью, богатством и образованием; естественно, что в этих избранных элементах общества орден и находит главную поддержку. Своими основными успехами он обязан их расположению, а не расположению народных масс. Народ уже не желает его нигде, хотя всюду, где орден уже пустил корни, легко позволяет управлять собой.

Однако преподавание в высших учебных заведениях является только одной из новых задач, которым орден посвящает в 1554 году свои силы. Были и другие. В отчетах, присланных из Италии, Испании и Франции, нередко говорится о встречах и столкновениях иезуитов с еретиками. В Оверни у отца Брета возникают серьезные столкновения с кальвинистами. В Вальтелине один только отец Гальванелла не уступает протестантам, составлявшим здесь большинство. В Неаполе с горячими проповедями против ереси выступает Сальмерон. В Ферраре отцу Лепеллетье удалось оказать давление на герцогиню Ренату Феррарскую [10] и вернуть ее из кальвинизма в лоно католической церкви.

Но еще больше о делах этого рода говорится в отчетах, присланных из Германии. В Германии иезуиты, очевидно, считали борьбу с ересью одной из наиболее важных своих задач. Здесь иезуиты действовали почти исключительно как воинствующий орден. Впрочем, даже для Германии резиденцией главного военного штаба является не Вена, а Рим. В Риме уже с 1552 года Игнатий стал готовить тех, кто должен был руководить борьбой против ереси в Германии в качестве офицеров. В Риме 18 августа 1554 года, почти через двадцать лет после знаменательного дня на Монмартре, Игнатий составляет свой знаменитый план нападения на еретическую Германию, который впоследствии выполнили от пункта до пункта в союзе с иезуитами католические государи. Таким образом, Игнатий сам организовал широкомасштабную священную войну против протестантской Германии и тем подготовил все дальнейшие победы, одержанные орденом в этой стране.

Среди многочисленных задач, предлагаемых ордену статутом 1539 года, преподавание в высших учебных заведениях даже не упоминается, а о войне с протестантизмом говорится только как о возможной задаче. Поэтому возникает вопрос: каким путем Игнатий пришел к видоизменению своей программы? Если иезуит должен был «стать всем для всех, чтобы приобрести всех», он должен был превосходить все круги, на которые он хотел воздействовать, не только энергией и рвением в делах веры, но и своим образованием. Никто не понял этого лучше Игнатия. Поэтому в воспитании неофитов ордена умственное развитие с самого начала занимало почти столь же важное место, как военная муштра характера и духовное воспитание.

Однако первоначально Игнатий отдавал образовательную функцию католическим университетам, которые, по его мнению, были более приспособлены для ее выполнения, нежели орден, загруженный массой других обязанностей. Но уже в начале 1540-х годов мы встречаем союзы студентов-иезуитов в Париже, Падуе, Коимбре, Алкале, Валенсии. Чаще всего они живут вместе в одном доме под руководством одного или нескольких священников ордена, которые следят за их занятиями и время от времени устраивают с ними репетиции и диспуты. Но лекции они слушают вместе с другими студентами у университетских преподавателей. Эта система имела ряд неудобств. Однако Игнатий некоторое время оставался верен ей, с одной стороны, потому, что не хотел обременять своих последователей, возлагая на них еще и преподавание в высших учебных заведениях; с другой стороны, потому, что видел в этих студенческих обществах лучшее орудие пропаганды в пользу ордена. Естественно, что еще меньше он хотел брать на себя образование и воспитание посторонних. Но знания его учеников и то искусство, с которым они вели диспуты, производили столь сильное впечатление, что он не мог отказаться от использования этих их качеств.

Уже в 1538 году Фабер, Ленец и Сальмерон по приказанию Павла III взяли на себя чтение лекций в Римском университете. В 1546 году наиболее могущественный покровитель ордена в Испании, герцог Франческо Борджиа [11] , привлек французского иезуита Онфруа к преподаванию в университете Гандии, а в 1547 году иезуиты заняли все профессорские кафедры этого небольшого университета.

В конце того же года городской совет Мессины предложил устроить для ордена в местном университете коллегию на том условии, что генерал обяжется постоянно замещать четыре профессорские кафедры. Игнатий ответил согласием. Новая школа с семью профессорами-иезуитами была открыта на Пасху 1548 года. Успех ее был настолько велик, что к Игнатию стали со всех сторон обращаться с просьбами дать иезуитских профессоров, и в конце концов он перестал противиться превращению ордена в образовательный. Уже в 1549 году в Палермо была открыта вторая иезуитская гимназия. В то же время иезуиты начали преподавать в одном из немецких университетов — в Ингольштадте. В 1550 году была основана гимназия в Тиволи; 18 февраля 1551 года в Риме была открыта образцовая центральная школа ордена — римская коллегия; после Пасхи была освящена гимназия в Венеции, в июне школа в Вене, в июле гимназия в Ферраре, в октябре гимназия в Болонье. В 1552 году возникли коллегии во Флоренции, Неаполе, Падуе, Джуббио, Перудже, Модене и германская коллегия в Риме; в 1553 году — коллегии в Лиссабоне, Эворе, Монреале, в 1554-м — коллегии в Кордове, Коимбре и т. д. В течение шести лет орден захватил в свои руки преподавание во всей романской Южной Европе и стал твердой ногой в Германии. В 1554 году иезуитская школа уже сложилась — сложилась раньше, чем орден признал в качестве безусловного принципа необходимость взять в свои руки образование иезуитов.

Говорят, что прусский школьный учитель обеспечил Пруссии гегемонию в Германии. С гораздо большим основанием можно было бы сказать, что всюду, где протестантизм терпел поражение, победителем был учитель-иезуит, который обеспечил старой церкви победу во многих странах, уже успевших полностью или частично перейти к лютеранству. Господствующие классы, воля которых решала веру народов, были вновь завоеваны католицизмом только потому, что орден получил своего рода монополию преподавания в романских странах, в Польше и во многих немецких областях. Если представить себе карту Европы XVI века с нанесенными на нее ареалами распространения религий, то мы увидим на ней результат тех изменений, которые произвели школьные учителя-иезуиты в Европе в 1550-1556 годах. Еще многие годы после этого в умственной жизни католических наций можно было наблюдать влияние иезуитской школы, которая тогда пользовалась настоящей монополией в области преподавания в высших учебных заведениях.

Чем большее значение имеет этот факт, тем решительнее мы должны подчеркнуть то обстоятельство, что Игнатий сначала вовсе не думал о завоевании кафедры и решился на это лишь по причине настояний покровителей ордена. Тем не менее иезуитская школа, безусловно, его детище. И не только потому, что он наложил на нее печать своего гения, но и потому, что он провел с большой осторожностью и энергией преобразование ордена в образовательный орден, как только понял, какие плоды может принести иезуитам это новое поле деятельности.

Как Игнатий стал организатором священной войны против ереси и превратился в анти-Лютера?

Чтобы ответить на этот вопрос, вспомним сначала несколько сухих исторических дат. Летом 1540 года, еще до утверждения ордена, Клод Леже проповедует в Бресчии против еретиков, но Игнатий возложил на него это поручение не по собственной инициативе, а по приказанию папы. Начиная с 1542 года Фабер, Бобадилла и Леже ведут борьбу с ересью в Германии. Но послал их сюда не Игнатий, а папский легат, епископ Моденский. В следующем году Сальмерон отправляется в Модену с той же целью, но он опять-таки по приглашению моденского епископа кардинала Мороне. В то же время Араоц борется с еретиками в Лукке; в 1544 году Ленец — в Бассано. Но взяться за это дело их заставляет личное рвение, а не приказания генерала. С 1546 года Ленец и Сальмерон ведут энергичную борьбу с ересью на Тридентском соборе; и в этом случае миссию поручает им не Игнатий, а папа. В следующем году Сальмерон борется с чтением еретических книг в Болонье. Леже приглашается в Ферарру, главным образом для того, чтобы вернуть в лоно католической церкви герцогиню Ренату. Но в обоих случаях инициатива исходит не от Игнатия; Леже призвал герцог Геркулес Феррарский [12] , а Сальмерон действовал по своей личной инициативе. В 1548 году Брет обращает в Болонье «многих лютеров»; Сильвестр Ландини получает известность как «первый борец против ереси» в Луне и Сарцане. Но и в этих двух случаях инициатива исходит не от Игнатия. В 1549 году Ландини действует в этом направлении в Кампореале, Сальмерон в Вероне, в городе и диоцезе Беллуно; и снова поручение исходит не от Игнатия, а епископов этих городов.

В том же году иезуиты начинают преподавать в Ингольштадте, но их посылает туда не Игнатий — они приглашаются баварским герцогом Вильгельмом IV. [13] В 1550 году иезуиты принимают участие в инквизиционных преследованиях в Мессине; но это поручение навязывает им сам инквизитор. Они самым энергичным образом добиваются, по крайней мере, того, что их освобождают от участия в уголовных процессах. В 1551 году начинается их деятельность в Вене; но и сюда призывает их не Игнатий, а король Фердинанд [14] .

Германскую коллегию в Риме основывает в 1552 году не Игнатий, а кардинал Мороне. Однако Игнатий берется с большим жаром за план Мороне. Он прилагает все усилия к тому, чтобы организовать коллегию на самых широких началах. С этого момента он видит в борьбе с ересью одну из наиболее важных задач своего ордена и берет в свои руки инициативу в этой области, как показывает план кампании 1554 года.

Приведенные выше сухие даты весьма поучительны. Орден иезуитов, постепенно ставший образовательным орденом, также постепенно превратился в воинствующий орден. Второе превращение, как и первое, явилось результатом главным образом посторонних влияний: на этот путь развития орден направили курия, несколько епископов, баварский герцог Вильгельм IV и Фердинанд I Австрийский. По-видимому, Игнатий первоначально так же мало был склонен брать на себя эту задачу, как и преподавание в высших учебных заведениях.