Чтение онлайн

Впрочем, священной войне против еретиков он отдал свою армию без всяких сомнений, даже с радостью, и организовал эту деятельность с удивительным искусством. Таким образом, хотя Игнатий и начал свое мировое дело не как анти-Лютер, а, скорее, как католический Август Герман Франке [15] , тем не менее он с течением времени стал анти-Лютером. Эта эволюция не была случайной; она была не только простым результатом ряда обусловивших ее внешних обстоятельств, но в той же мере актом собственной воли Игнатия. Ибо он не позволил обстоятельствам навязать себе эту задачу; он взялся за нее, давая себе полный отчет в том, что делает.

Таким образом, Общество Иисуса было сначала благочестивой ассоциацией студентов, затем превратилось в конгрегацию священников для внешней и внутренней миссии, и, наконец, начиная с 1544 года, оно постепенно стало католическим образовательным и воинствующим антипротестантским орденом. Его программа во всем своем объеме была установлена лишь в 1552 году. До этого момента орден только складывался. Однако даже после окончательного утверждения программы формирование ордена не было еще полностью закончено. Ему не хватало еще официально признанной конституции, закона, который бы регулировал его внешнюю деятельность и внутреннюю жизнь.

Общество студентов 1534 года еще не нуждалось в подобной конституции; оно представляло собой лишь маленький кружок лиц, объединенных общими убеждениями и общим идеалом и совершенно не считавшихся с возможностью, что их кружок, который, подобно всем организациям такого рода, покоился на принципах равенства и братства или братской любви, переживет их самих. Конгрегация священников для внутренней и внешней миссий тотчас же создала себе статут и заменила принцип равенства принципом военной иерархии, а принцип братства принципом военного подчинения. Но эта конституция была очень несовершенна и долго оставалась таковой. Только тогда, когда развитие ордена почти уже завершилось, Игнатий взялся за составление конституции в собственном смысле слова.

В 1550 году она была закончена в общих чертах; но Игнатий еще долгое время работал над улучшением своего первоначального проекта и лишь в 1555 году познакомил со своим произведением иезуитов Испании и Германии. Таким образом, ему не только удалось принять в расчет результаты внутреннего развития ордена, благодаря чему «Конституции» представляют собой в одно и то же время и отражение и плод этого развития; ему удалось также приспособить организацию ордена до мельчайших деталей к той цели, для достижения которой он его создал, то есть сделать его и фактически тем, чем он должен быть по идее, — отборным отрядом, всегда готовым к битве, на службе у воинствующей церкви.

Формированию такого отборного войска он и посвящает, главным образом, первые части «Конституций», в которых изложены условия рекрутирования членов ордена (I), отпуска их (II) и подготовки (III и IV); способы, при помощи которых может быть достигнута необходимая боевая готовность, указаны преимущественно в постановлениях об организации (части V—X).

Что касается рекрутирования, то едва ли какая-нибудь другая корпорация была так разборчива и осторожна в приеме новых членов, как Общество Иисуса.

Безусловно пригодными Игнатий считает лишь лиц здоровых, в полном расцвете сил, привлекательной наружности, с хорошими умственными способностями, спокойным и энергичным характером. Богатство и благородное происхождение не являются необходимым условием, но всегда — хорошая рекомендация. Условно годными признаются люди, с трудом господствующие над своими страстями, слабохарактерные, склонные к мечтательности, обнаруживающие упорную и ограниченную привязанность к своему мнению, с посредственными умственными способностями, слабой памятью, не умеющие хорошо говорить, страдающие телесными недостатками или отличающиеся отталкивающей наружностью, обремененные долгами. Совершенно непригодными признаются все те, которые принадлежали к еретическим или раскольническим общинам или были осуждены за заблуждения в вере, далее — монахи, отшельники, люди слабоумные или склонные к слабоумию, наконец, все лица, которые по тем или иным мотивам не могут принять священнический сан. В последнюю группу отнесены женщины.

В последнюю минуту Игнатий воспротивился образованию женского отделения ордена, конечно, не из-за канонических соображений, а потому, что полагал, что из совместной работы с женщинами «может возникнуть лишь огнь или дым». Несмотря на то что Игнатий первыми своими успехами был обязан женщинам, он в своей старости мало уважал прекрасный пол и жестко оттолкнул своего старого друга Изабеллу Розер, желавшую основать конгрегацию иезуиток; он придал своему обществу чисто мужской характер.

Но если даже неофит окажется вполне пригодным, он не может с уверенностью рассчитывать на спокойное пребывание в ордене потому, что в последнем безусловно царит военная система синего письма [16] . Тот, кто ведет себя нехорошо или является малоспособным к работе ордена, просто исключается из него без каких-либо процессуальных формальностей. Подобные «кровопускания» повторялись в первое время довольно часто и обычно нисколько не вредили Обществу. Они поддерживали его здоровье, молодость и свежесть и с выгодой заменяли, на что вполне обоснованно указал Игнатий, все другие, более суровые дисциплинарные меры. Но вообще внимание, с которым Общество относилось к подготовке своих членов, охраняла его от подобных разочарований. Согласно «Конституциям», вновь принятый член поступает сначала на два года в новициат, или дом испытания. Здесь новиций получает военное воспитание характера и сердца, необходимое для рыцаря Христа, здесь он учится самоотречению и повиновению, молиться и созерцать, исповедоваться и должным образом посещать богослужение. Кроме того, если позволяют обстоятельства, он упражняется в произнесении проповеди. Наставники строго следят, чтобы он не переходил границ в благочестивых упражнениях и не вредил своему здоровью умерщвлением плоти. Если он не обнаруживает склонности к научным занятиям, то становится к концу первого года светским коадъютором, то есть вступает в орден в качестве как бы светского брата, и в этом звании исполняет в домах ордена разного рода обязанности низших чинов.

Если, напротив, он обнаруживает талант, то к концу второго года становится схоластиком, то есть его посылают в одну из многочисленных школ ордена, где он должен всецело отдаться научным занятиям в течение долгих лет. Сначала он проходит гимназический курс, затем на протяжении трех лет изучает философию. После этого его обычно посылают в течение некоторого времени быть учителем. Если он обнаружил способности, его допускают к изучению богословия, которое отнимает у него по меньшей мере еще четыре года. Заключением и венцом второго периода занятий является рукоположение в священники.

Однако посвящение еще не дает ему права немедленно начать исполнять священнические функции. Разрешение на это он получает лишь по истечении годичного срока, после того как он, принеся три монашеских обета — бедности, целомудрия и повиновения, вступит в разряд духовных коадъюторов. Но даже в качестве духовного коадъютора он не принадлежит еще к Обществу Иисуса в строгом смысле слова. В Общество он принимается лишь после допуска к профессии, то есть к торжественному принесению не только трех монашеских обетов, но и специальной присяги верности, которая связывает Общество с папой.

Из этой необыкновенно точно урегулированной системы подготовки само собой вытекает иерархическое расчленение ордена. Он делится на четыре класса: 1) схоластиков, то есть студентов в собственном смысле слова, потому что новиции, подвергающиеся искусу в домах ордена, еще не считаются членами Общества; 2) светских коадъюторов; 3) духовных коадъюторов; 4) профессов [17] . В известных случаях к этим четырем классам может присоединяться пятый класс «индифферентов», то есть таких членов ордена, относительно зачисления которых в тот или иной класс Общество еще не успело принять решения.

Раньше думали, что под именем «индифферентов» разумеются иезуиты в коротком платье, то есть тайные иезуиты. Но это заблуждение. Правда, при Игнатии было два случая, когда высокопоставленные лица некоторое время скрывали свое вступление в Общество, чтобы спокойно привести в порядок свои личные дела. Но тайных иезуитов, всю жизнь скрывавших свою принадлежность к ордену, никогда не существовало.

Эта армия, состоящая из четырех разрядов, естественно, нуждается в крепкой местной и центральной организации. Нижнюю степень первой образуют обыкновенные поселения, резиденции и миссии; затем более крупные орденские дома, коллегии, новициаты и дома профессов. Эти поселения и дома сгруппированы в провинции, во главе которых стоят провинциалы. Наконец, провинции образуют так называемые ассистенции. Стоящие во главе этих ассистенций ассистенты являются не местными должностными лицами, а членами центрального правительства и имеют свое местопребывание в Риме.