Чтение онлайн

После подписания Андрусовского перемирия фан Сведен послал царю несколько челобитных с просьбой передать ему новую почтовую линию. При этом он ссылался на свои заслуги в деле организации почты из Москвы в Ригу. Ответ правительства по этому поводу гласил, что доставка писем организована плохо, что фан Сведен нарушает таможенные законы России, нарушает данный ему наказ: «Да и того ему, Ивану, в приеме почт смотреть накрепко, чтоб из-за моря иноземских грамотках в присылке к Москве не было б каких запон, или жемчугу, или каменья. И буде явитца и ему то объявлять в Посольском приказе, чтоб привозом его, великого государя, пошлинному збору убытку не было». И указом от 25 мая 1668 г. у фан Сведена отобрали Рижскую почту, передав ее Леонтию Петровичу Марселиусу. Ему же предложили устроить новый почтовый тракт от Москвы до Вильно.

Род датчан Марселиусов обосновался в России еще во времена царствования первого из Романовых — Михаила, и, как отмечалось в указах той поры, «к великому государю многие и верные службы были». Марселиусы состояли на дипломатической службе, строили железоделательные заводы в Туле и Кашире, и теперь младшему из них, ближайшему помощнику боярина А. Л. Ордин-Нащокина, переводчику Польского приказа — Леонтию была доверена русская почта.

По указу Леонтий Марселиус должен был ехать в Курляндию для ознакомления с европейской почтовой системой. Его снабдили грамотой к курляндскому правительству с просьбой оказывать Марселиусу помощь в его начинаниях.

Почта Курляндии была создана шведами, которые завоевали это герцогство в начале XVII в., и в основном повторяла службу связи метрополии. Шведская государственная почта организовалась сравнительно поздно — в первой половине XVI в., но уже через 60–70 лет достигла небывалого расцвета: на ней, пожалуй, впервые в Европе вводится регулярная доставка писем, создается слаженный механизм военно-полевой почты (фельдпочта), в 30-е годы XVII в. организуется регулярная перевозка корреспонденции на пакетботах через Балтийское море в Данию и Германию, где в это время находились шведские войска (шла Тридцатилетняя война). Так что у шведов было чему поучиться.

Перед отъездом Л. П. Марселиус составил проект указа о почтовой гоньбе. Ямской приказ должен был выделить на всех ямах ямщиков, которые будут возить почтовые сумы. Гонщиков нужно приводить к присяге, что они «с великим бережением и поспешанием, и днем и ночью» станут доставлять почту. Ямщикам Марселиус должен был платить сам.

Для почтарей предлагалась форма — зеленый суконный кафтан, на правой стороне которого нашивался государственный герб России — двуглавый орел, а на левой — почтовый рожок. Эмблему придумал А. Л. Ордин-Нащокин. В заключительной части проекта указа Марселиус рекомендовал послать грамоты воеводам, чтобы те всячески содействовали созданию почты и нигде гонщиков не задерживали.

Когда 11 августа 1668 г. Л. П. Марселиус вернулся из Риги, А. Л. Ордин-Нащокин вручил ему наказ для вновь организуемой почты. По этой инструкции московский начальник над почтами должен был заключить договор с рижским почтмейстером о пересылке корреспонденции от Риги до Псковского рубежа и обратно. Из Риги письма предполагалось рассылать во все государства, куда они адресованы. Особое внимание уделялось корреспонденции Посольского приказа, который отправлял по почте грамоты к русским послам за рубеж, а также к иностранным государям. Известна грамота царя Алексея Михайловича к французскому королю Людовику XIV, в 1669 г., посланная через Ригу. На почту возложили также доставку заграничных газет.

Приняв скорую гоньбу, Марселиус в корне изменил структуру почты. Во времена фан Сведена почтарь проезжал без смены весь тракт от Москвы до Пскова. Менялись везшие его ямщики. Теперь был применен эстафетный способ перевозки почты. Почтари стали обмениваться письмами на станах.

В местах обмена корреспонденцией с зарубежной почтой и в ключевых городах на линиях сидели почтовые чиновники или, как их тогда именовали в официальных бумагах, «тот, кто приемом и отпуском почты ведает». В основном это были сотрудники Посольского приказа: в Пскове и Новгороде переводчики Ефим Фагет и Илья Гитнер, в Мигновичах — поручик Елизарий Жуков, а позднее участник Андрусовских переговоров Фаддей Крыжеский. В Смоленске ведал почтой переводчик Синорацкий, а с 1672 г. — Иван Кулбацкий.

Незадолго до начала работы вновь учрежденных почт А. Л. Ордин-Нащокин приказал Л. П. Марселиусу известить всех иностранных и русских купцов о том, что открывается пересылка писем в Польшу и Швецию. В объявлениях определялись сроки прихода и отправления почт. Купцам строго-настрого указали, чтобы они ни в коем случае не посылали своих писем ни с гонцами, ни с проезжими людьми. Впоследствии, если обнаруживалось, что это правило нарушается, письма у посланных отбирались, на купца налагался штраф по рублю за золотник веса, а за пересылку письма брали, кроме всего прочего, установленную таксу.

Первая почта в Ригу через Тверь и Новгород была отправлена 17 сентября 1668 г., в Вильну — 11 марта 1669 г.

А перед самым началом гоньбы произошло одно любопытное событие.

Форму с почтовой эмблемой — «зипуны с признаком» — не успели пошить до открытия Рижской почтовой линии. И, чтобы не задерживать открытия почты по Новгородской дороге, разослали приказание о том, что «высылается из Великого Новгорода к Москве ямщик в темно-зеленом кафтане с признаком — с орлом, наскоро с вестовыми письмами, а велено те письма везти в целе от яму до яму на заводных подводах с телегою. И Бронницкого яму старосте те письма приняв, ямщика в том же кафтане, в котором приедет новгородский ямщик, отпустить тот час же на Заечевский ям…» С Заечевского яма в том же кафтане новый почтарь должен был ехать на Зимнегорский ям и так далее до самой Москвы. Кончался указ уверением, что в скором времени форменные зипуны пришлют на все станы.

20 августа 1668 г. из Москвы отправили наказ псковскому воеводе, составленный Марселиусом. Псков тогда был город наиболее близкий к шведской границе. Поэтому его решили сделать центральным пунктом для обмена корреспонденцией. По этому акту письма, отправляемые из Пскова в Ригу и Курляндию, адресовались так: «В Ригу, господину Радымакеру», который тогда был рижским почтмейстером. Первоначально на мешках с зарубежной почтой писали: «Валк», потому что в городе Валка находилась первая почтовая станция за русским рубежом… С 1672 г. на всех мешках стали делать надписи «Рига». Письма по царским делам, адресованные в Ругодив, Колывань, Юрьев-Ливонский [31] , завязывали в сумку, на которой надписывали: «Новгород». Для корреспонденции в Россию предназначался мешок с надписью «Москва». К нему прикладывалась опись, в которой указывалось, в какой приказ необходимо передать ту или иную грамоту. Письма частных лиц посылались в тех же мешках.

В наказе псковскому воеводе говорилось также: если к моменту отправления почты не будет никаких грамот или писем, то почтарь все равно должен уезжать в точно назначенное время, хотя сума его и была пуста. Таким образом, этот документ является первым государственным актом, в котором совершенно отчетливо говорилось, что почта должна быть регулярной. Так с 20 августа 1668 г. у почты, кроме наличия средств передвижения и пунктов обмена письмами, появился третий основной признак — регулярность доставки корреспонденции.

Письма из Риги прибывали на границу по средам. На рубеже русской земли в 30 верстах от Пскова стоял Печорский монастырь, куда в тот же день приезжал почтарь для обмена письмами с гонцом из Риги. Полученная почта просматривалась в Пскове в съезжей избе. Из поступившей корреспонденции отбирались письма, адресованные в Псков, а остальные, тщательно упаковав и запечатав воеводской печатью, отправляли в Новгород и Москву.

Правительственная почта пересылалась бесплатно, а для частных лиц была установлена такса. За письма, адресованные из Москвы в Ригу, брали по 2 алтына 4 деньги, из Новгорода — 8 денег, из Пскова — 2 алтына, из Пскова в Ругодив, Колывань и Юрьев-Ливонский — 2 алтына с золотника. Следует обратить внимание на неравномерность оплаты почтовых услуг. От Пскова до Москвы — 690 верст, а пересылка письма стоила всего 6 коп., тогда как в Ригу (260 верст) или на еще более близкое расстояние — в Юрьев (менее 125 верст) с золотника брали столько же. Такое несоответствие объясняется тем, что почтовые услуги в европейских странах были в несколько раз выше, чем в России. Тогда в нашей стране была самая низкая оплата труда ямщиков.