ЖАНРЫ

История первая. Изнанка личной жизни

Восходова Екатерина

Шрифт:

– Ээээ... Тайфа, если я буду наводить справки об этом мужчине - неприятности будут у него. Забыла?

Ну вот, мы и доползли до той темы, которую старались избегать. Суол, хоть и удавалось удирать из под контроля на прогулки, но в вопросе общения с противоположным полом было жестко. Любой, кто бы ни попытался сойтись с ней поближе или о ком сама Суол попыталась узнать побольше - исчезал в неизвестном направлении. Любая попытка флирта истреблялась на корню.

Синие глаза Суол погрустнели:

– Давай так, если я пересекусь с ним - то обязательно всё о нем узнаю. А если нет...

– На "нет и суда нет". Это будет моя тайная страсть, моя трагическая любовь. Ах!
– Трагично всхлипнула я.
– Назовём его - Черныш. Даром что ли сам черный, да ещё в черную кожу одет. Суол?

– А?

– Мне кажется или сегодня в зале одни мужчины? Смотри, даже вездесущих Мииль и Ааси (богатые торговые дома, где главенствовали женщины, конкретно представители этих домов славились тем, что частенько искали мужей своим многочисленным родственницам среди аристократов) нигде нет. Неужто не смогли пролезть? Не верю.

– Точно. Да и смотритель (за каждым большим залом закреплено несколько постоянных смотрителей, дежурящих посменно, отвечающих за порядок и настроение гостей) сегодня мужчина.

Мы переглянулись.

– Моя интуиция говорит, что пора уходить.
– Суол отошла от ширмы.

– А моя, что лучше остаться.

– Твоя интуиция тоже самое говорила период назад и где ты провела прошлый выходной? Такой хороший день был.

Вот ведь ануннака (дух порядка, в просторечье зануда) на мою шею.

– На кухне я его провела за изучением методов очистки различных видов пищевых ёмкостей от минеральных и биологических загрязнений. Очень познавательно. Рекомендую. Суол, могла бы и посочувствовать подруге, которая сколько не пытается, так и не научилась разбираться в специях. Я теперь вообще весь зелёный сезон (сезон следующий за периодом дождей) проведу на кухне посудомойкой.

А я тебе говорила, что смешивать зелёную ягоду и острый красный перец в приготовлении горячего нельзя, а ты "интуиция мне подсказывает...". Наверно лучше, когда твоя интуиция что-то подсказывает делать наоборот, а то в очередной раз получится средство от запора.

Наше препирательство о моих предчувствиях и того, что с ними надо делать прервал мелодичный звон, извещающий о прибытии очередных дипломатов.

Небольшая группа мужчин в серых мантиях остановилась в центре зала. Смотрящий что-то разъяснял им, а они кивали в знак согласия. Потом вся компания прошла в сторону Зала Собраний.

– Ух-ты, я таких ещё не видела. Пошли, посмотрим? Там, в Собраниях есть одна ниша...

– Дьюма!
– Суол, аж зашипела.
– Мы никуда не пойдем.

Я замерла - как это никуда?

– Что совсем? А поесть?

Златавласка покачала головой:

– Вот кто о чём, а ты...

– А я о вечном. Мужчины, наряды, подзатыльники - это всё преходяще. Еда - она навсегда в наших жизнях. Кстати, в личных покоях Атцу Камали сегодня званый обед. Если поторопимся, то может и нам чего перепадёт. Обещаю стащить только самое вкусное.

ВСТАВКА На следующее утро.

Очередной высохший труп был обнаружен в дальней ветви гостевых покоев. Его бы так приняли за неудачную шутку, если бы не татуировки на лице и шее.

– Это уже выходит за всякие рамки, наставник Шем.
– Нервно вышагивал дневной смотритель, это была его вторая смена в данной должности и никакие происшествия ему нужны не были.

Его собеседник кивнул и обратился к своему запыхавшемуся помощнику.

– Вы нашли Дьюму?

– Да. Она сейчас должна подойти. Вы ведь понимаете наставник, что Су-Су очень не любит, когда тех, кто приставлен к нему отрывают от работы.

Шем внимательно посмотрел на юношу и тот поморщился под тяжёлым взглядом. Наставник не поощрял ненужную многословность.

Вскоре в коридоре показалась девушка. Широкие рукава цветастой красно-оранжевой рубахи были подвязаны к плечам, а ярко голубые шаровары выглядывали из-за широкого грязно-серого фартука. На голове, полностью закрывая волосы, был завязан, по последней моде, черный платок и лишь пара темных прядей выбилось из-под него.

– Светлого вам дня, наставник. Кай, сказал, что вы хотели меня видеть?
– Девушка склонила голову в лёгком поклоне, но серые глаза искрились весельем.
– Кай, тебе в ближайшее время Су-Су лучше не показываться на глаза - ты у него враг номер один.

– Дьюма!
– Резкий окрик дневного смотрителя гостевых покоев Дома Совета, по идее, должен был смутить служку.

– А я, что виновата, что именно о его спину наш ювелир от кулинарии сломал свой черпак. Там сейчас такой вой стоит, что будто Нашествие началось.
– Девушка недоумённо посмотрела на присутствующих.

Наставник усмехнулся, Дьюма ни когда не отличалась скромным и тихим нравом и была известна тем, что часто наказание за свои вольности отбывала на кухне в качестве посудомойки.

– Скажи мне Тайфа Дьюма - Иль из Предгорья, твоя соседка по комнате?

– Да, а её нашли?

Смотритель хотел было одёрнуть девушку за явное нарушение дисциплины - служка мог только отвечать на вопросы, но наставник жестом остановил его - не до мелочных придирок было сейчас.

– Возможно. И ещё один вопрос смогла бы ты сказать, что за татуировки украшали её тело?

– Конечно, но я смогу их только описать, с рисованием у меня туго.
– Девушка развела руками.

– Нет, ни описывать, ни рисовать не надо - нужно лишь подтвердить её ли это татуировки.

Присутствующие расступились, и девушка, наконец, увидела лежащий на полу высохший труп. Даже сказать какому полу он принадлежит было сложно - форма служащих в Доме Совета была для всех одинаковой, серой и совсем безликой. Такими и должны быть служащие Дома Советов больше известные как тень от тени.

Дьюма осторожно опустилась рядом с телом. Внимательно рассмотрела его правую щеку и шею, чуть отогнув воротник, и поднялась.

Поделиться с друзьями: