Чтение онлайн

– Малыш, она не будет тебя слушаться.
– Пояснил своё поведение блондин после.

– Спасибо.

Дома же чуть не случился скандал. Саша отказывалась идти мыться, а пахло от неё... Но Николас предложил на выбор два варианта: или она моется сама, или он моет её.

– Ты... ты!...
– Задыхаясь от злости, рычала девочка.

– Да, он извращенец, каких свет не видывал. Не хочешь участвовать в его развлечениях - делай всё сама.
– С этими словами я вручила ей полотенце и впихнула в ванную.
– И учти, плохо вымоешься, перемывать он будет. Лично.

Ответом мне стал отборный мат и звук включенной воды.

– Ник... Вот я влипла...

На что Князь улыбнулся.

– Она подходит.

Точно, влипла.

– Не расстраивайся.

А чего это мне расстраиваться? У меня вообще привычка в три часа ночи драить ванну, а успокаивать истеричных девчонок - любимое хобби. А куда её после девать? Если придёт Бронеслава Никандровна - Николас выкрутится в лёгкую, а эту как объяснять?

– Николас, врежь мне в следующий раз, когда я захочу сделать добро кому-нибудь против его воли.

– Это ты сейчас Тополева имеешь ввиду, Сашу или обоих?

Я опустилась на пол рядом и уткнулась головой в его колени.

– Обоих... Девку жалко было.

Следующее утро я встретила на своей кровати в одиночестве. На диване спала Саша. Николас, не знаю, спал ли вообще. На самом деле я до конца не была уверена в том - нуждался ли Князь во сне. В полнее возможно, что в постели он просто медитировал.

КОНЕЦ ДЕСЯТОЙ ГЛАВЫ

ГЛАВА 11

Слухи - это ветер в парусах торговцев. Они слушают, о чём говорят и слышат, что волнует клиента. Умеющий слушать и видеть, всегда знает, чего хочет тот, кто забрёл в Торговые Ряды по делу или по воле Случая.

Слухи - это повод привлечь внимание, зажечь интерес, и идущий мимо уже покупает то, что вдруг стало очень нужным.

– Айшу, что я тебе скажу, ты только молчи.

На узкой улочке два соседа-торговца, маленькие тощие ава с когтистыми пальцами и бегающими глазками, привычно спорили чья новость более выгодна, а расположенные друг напротив друга магазинчики, предлагающие всевозможные очень нужные в хозяйстве мелочи, лишь способствовали накалу страстей.

– Уважаемый, так ты говори, а то я уже молчу.

– Так я и говорю. У красильщиков сказывали, что спрос на зелёную краску пойдёт.

– Да, врут, чтоб им без прибыли сидеть. Черная, однозначно чёрная. Вот только для шёлка брать, иль для меха?

Но в бесконечный обмен мнениями неожиданно вмешались:

– Такие уважаемые господа, а простого не знают - для волос!
– Заметила проходящая мимо дородная дама.
– И чтоб вы не думали, что я не в курсе.

С этими словами дама тряхнула роскошной шевелюрой, прокрашенной в черно-зелёную полоску и, изящным движением мощного бедра, развела соседей по разные стороны необъятной фигуры, буквально впечатав в разноцветные витрины. Замерших торговцев посетила одна мысль на двоих: раньше их собеседница была яркой блондинкой.

Новость о бурном разрыве отношений между Белым Князем и Смотрящей за Портом была сенсационной. Новым фаворитом Тэми стал Расин, который, благодаря этому, превратился в одну из самых обсуждаемых фигур в Торговых Рядах. Особенно дотошно обсуждались наряды, причёски и манеры юного драмморт.

В том, что чёрное сменило белое всё было традиционно - обыватели искали новый секрет обольщения, ибо так резко от старых любовников к новым не переходят, а торговцы стремились на этом заработать. Пикантность этой истории добавляло то, что Расин раньше был близок с Николасом Лао. Уж не из-за него ли партнёры в делах и постели прекратили общение?

О Белом Князе стали говорить всё реже и реже, благо и он сам перестал появляться на публике.

Была любимая поговорка у наставника Шема - "Создатель дал голову, а назначение ей каждый придумывает сам". Так-то оно верно, но то как я в очередной раз врезалась в дерево наводило на грустные размышления.

То, что вынуждал проделывать меня Николас нельзя назвать тренировкой, а вот издевательством вполне. Раз за разом я повторяла, уже набивший оскомину, а также множество синяков и вывихов, порядок движения - "круг наёмника" (ряд движений, где задействовано всё тело, по кругу, больше напоминает танец и используется для обучения борьбе с холодным оружием или без оного), а он считал:

– Один... шестнадцать... тридцать четыре... Баланс!

Опять... Насколько я выучила местную ботанику - это была берёза. Почему-то заносило меня всегда в одном и том же месте, в одно и то же дерево. Удивительное постоянство.

– Твою мать!
– Ругалась я.

– Взаимно.
– Неизменно комментировал зеленоглазый экзекутор.
– Исходная позиция.

Саша смотрела на меня с сочувствием. По началу она пыталась возмущаться, мол мир не справедлив и всё такое, но когда увидела, как меня гоняет Князь, то ныть перестала надолго. Тихонечко выполняла свои задания и не отсвечивала, разумно считая, что лишний раз привлекать внимание блондина не стоит. Вообще девочка оказалась на редкость умной, как минимум берёзы лбом она не считала и весьма способной, Николас хвалил её чаще. Ну, в том смысле, что ей доставалось куда меньше чем мне. Только обучение у неё носило больше теоретический характер, а меня гоняли так, словно я расплачивалась за всё, что натворили в мире живых.

– Я сейчас сдохну.
– Это всё на что у меня хватило сил, а ведь это ещё только середина тренировки.

– Не сбивай дыхание. Расслабься. Отключи голову.

Организм не изящно намекал, что немного и войдёт в "позу трупа". Ноги тряслись, руки тряслись - вообще всё тряслось. Пейзаж перед глазами тоже, видимо за компанию. О, опять берёза.

– Татьяна, ты можешь больше.
– В очередной раз возразил он на мой умоляющий об отдыхе взгляд.

И убейся, но повторять приходилось заново. Иногда я падала на колени, но меня поднимали за шкирку и приходилось продолжать.

– Внешний круг... Внутренний круг... Следи за руками... Подбери задницу... Внешний круг... Где твоя левая нога?!... Внутренний круг... Баланс!

Каждый день - час утром, час днём, час вечером - без перерывов на выходные. Этот танец снился мне каждую ночью, так как Алесса в него просто влюбилась, а сил на общение в бодрствовании у меня не оставалось. Девочка его танцевала и рассказывала как у неё дела, чем занималась.

– Пробежка.

Точнее ходьба, я, пошатываясь, обходила поляну и могла, наконец, закончить тренировку.

Когда, перед самым началом тренировок, Николас огласил основной список экзекуций, мне поплохело:

– То есть вот это всё? За полгода? Норма портового наёмника?! Ты рехнулся?

Последнюю фразу я сказала из расчёта, что меня прибьют за хамство, но надежды не оправдались.

– Это не так страшно, как выглядит.
– Возразил тогда Князь.

Вспоминая ту беседу, я жалела, что не выразилась похлеще.

– Э-э-э...
– Это всё что сказали Краев с Тополевым, когда я им объяснила весь объём предстоящих тренировок.