Чтение онлайн

– Клещ.
– Вставил только, что вошедший Краев.
– Жертва барского произвола, ты в воскресенье к нам в гости идёшь?

– Если мою измученную тушку будут нежить и лелеять, я приду и в воскресенье, и в субботу, и на прочее постоянное проживание. И вести себя буду идеально - сидеть, молчать и не отсвечивать.

Конечно, поесть мне Николас вряд ли разрешит, но взамен он предоставлял полное снятие контроля. Только у Краева. Часа на два, не больше. Согласился он на это не сразу, только после того, как застал меня за весьма нетривиальным способом снятия напряжения.

Я билась лбом об стену. Марины дома не было, опять куда-то уехала, - стесняться некого. Хорошая у меня соседка - дома появляется, чтоб только сумку с грязной одеждой постирать, а с чистой забрать. Творческая личность в основном жила в транспорте: самолёты, поезда, вездеходы... Последние особенно были востребованы, если требовалось провести фотосессию с экзотикой, а экзотикой, с точки зрения Марины было всё, что находилось в стороне от городской жизни. Что тут скажешь, дитя стекла и бетона влюбилось в дикую природу и кривые деревенские заборы и даже то, что хорошие дороги в этой стране давно были занесены в Красную Книгу, её не останавливало. Вот только модели, чаще облачённые в шпильки и прочую непригодную для пересечённой местности сбрую, этой любви не разделяли, но c'est la vie.

От легких, равномерных ударов не то, чтобы в голове прояснялось, но становилось легче.

– Тайфа?

Опять он.

– Отстань. Я медитирую.

Меня отдёрнули от стены:

– И?

Даже глаза открывать не стала, смысла не видела:

– Что "и"? Глаза открою - работа, закрою - тренировки. Снова открою - тренировки, закрою - работа. Ты постоянно шипишь - надо то, не надо это. Пока стучу лбом об стену - ничего в голове нет. На меня Тополев с жалостью смотрит, а случайные хулиганы даже не пристают - у меня в глазах читается, что сейчас им за все грехи, причём чужие, достанется. Девочка моя требует постоянных пересказов в картинках всех тренировок, а потом ещё просит - "мама Таффи, посмотри, я правильно делаю?". Создатель свидетель, нервы уже заканчиваются, а ведь ты ещё к основным учениям не перешёл. Я на тренировках днём, а ночью они мне снятся. Утром на работу, потом ты, потом снова работа, потом ты, потом она, потом ты и опять на работу. Ещё немного и неподтвержденные слухи о моей смерти, станут достоверной информацией.

Николас сочувственно улыбнулся:

– Могу для разнообразия рассказать последние слухи Берки-Митты. Тебе понравится, я обещаю.

Лучистый помер? Самостоятельно? Нет, с моим везением на такое счастье рассчитывать не стоит.

– О... Там всё обычно: кто-то сорвал сверх-прибыль чисто по случайности, кто-то кого-то бросил, какой-нибудь культ переживает взлёт, какой-то подъем...

– Тень выходит замуж.
– Перебил меня Николас.
– Сама понимаешь, это только слухи.

За небольшой срок знакомства с Тэми я поняла, что чувство юмора у неё весьма и весьма чёрное и уточнила:

– Расина хоронить в Берки будут или Дом Песка тело к себе заберёт?

– Деталей раскрыть не могу. Почему ты решила, что именно Расин?

Угадала.

– Не знаю.
– Помассировала я онемевший от "медитации" лоб, завтра будет шишка.
– У меня было несколько вариантов, как Тэми может поступить с этой дрянью, но как только ты сказал, что она выходит замуж - лишние отпали. Скорее всего, это будет несчастный случай. Очень такой несчастный, с трауром на всю Берки. Хотя, действительно, новость, что Расин скоро неэстетически покинет мир живых - радует.

Шишка на лбу не соскочила - Николас залечил. Это было что-то вроде извинений, да и контроль всё-таки он ослабил. Князь был мудрее и знал, когда надо отступить. Жаль, что не все владели таким искусством.

Сам по себе контроль штука весьма иллюзорная и нет в жизни большей ошибки, чем считать, что всё у тебя под контролем. Я видела недовольство Тополева, а его взгляд, раньше рассеянно скользивший по моей спине, стал внимательным и осторожным. Мой синеглазый начальник с благородной сединой в чёрных волосах отчаянно пытался вернуть себе то, что ему казалось он утратил с появлением Николаса - контроль надо мной. Особенно умиляло, то, что делалось это под лозунгом - "борьба за права угнетённых". Естественно, что мнение "угнетённой", то есть меня, этого "спасателя" не интересовало.

Чего в этом было больше глупости или статусных заморочек - не знаю. Умного там точно ничего не было. Всё же, Создатель свидетель, дарить этому остолопу хворост для погребального костра я не собиралась.

– Дима, ты мне доверяешь?
– Спросила я копающегося в складских записях напарника.

Тот поднял на меня усталые глаза и отшутился:

– Жену бы на тебя не оставил.

Я нежно погладила его по щеке. Моё ты солнышко...

– Радость моя, именно ради Эльзы тебя и прошу - не лезь в авантюру Семёна. Я знаю, что он говорит, что это только для моей пользы.

Краев вопросительно поднял бровь. На его суровом лице появилось забавное выражение недоумения.

– Позволь мне вытащить его задницу из того дерьма, в которое он влез и не мешай.
– Попросила я.

Дима понимающе кивнул:

– Ты бы поговорила с ним.

Мне осталось только улыбнуться. Разговор с Тополевым уже был, но вот толку-то...

– Сёма-Сёма, что бы ты ни делал - Ник уже всё знает и что ты сделал, и что только планируешь. У него даже противоядие есть от всего, что бы ты ни натворил.

Семён посмотрел на меня с удивлением:

– Ты о чём сейчас?

Как мне эти игры надоели. С другой стороны, может не всё так плохо, не даром ведь здесь говорят - Бог дураков любит.

– Да так... Несу очередную чушь.

Но через пару дней, как подтверждение бессмысленности моих усилий, Николас показал мне одну очень интересную встречу Тополева и незнакомца с неприметным лицом. Так сказать "in real time".

– Материалы, которые вы предоставили, впечатляют.

– Рад, что они вас заинтересовали.

И мне пришлось уступить. Николас взял управление ситуацией в свои руки. В отличие от Семёна, Князь считал, что риск, чем бы он ни мотивировался, самый тяжёлый смертный грех. Хорошо, хоть с моей греховной, в этом отношении, сущностью блондин смирился и только щелкал по носу в случае перегибов, а не перевоспитывал.

Влюблённость Тэми не ускользнула от внимания Лучистого.

– М-м... Мой хороший.
– Шептала на ушко Расину Тень, вскользь наблюдая из под ресниц за очередным соглядатаем из Золотого Дома.

Удовольствие, охватившее Тэми в этот момент, не было наигранным. К сожалению для Расина, который приписывал эту заслугу себе, Тень лишь отдавала должное игре, в которую начал втягиваться Глава Золотого Дома. Сердце же самой Смотрящей за Портом истекло слезами много-много лет назад.

В своей жажде мести, тоске и обиде юный драмморт второй раз совершил одну и ту же ошибку - принял за любовь совсем другое. Впрочем, как и Лучистый, который за столько столетий впервые видел холодную и расчётливую дочь Дома Теней столь счастливой.