ЖАНРЫ

История прибалтийских народов. От подданных Ливонского ордена до независимых государств
Шрифт:

Несмотря на все моменты, раздиравшие старую Лифляндию, в ней было и много объединяющего, что позволяло на протяжении нескольких веков сохранять целостность ее территории. Политическим выражением этой разделяющей, но и одновременно цементирующей силы являлись всеобщие съезды сословных представителей, то есть встречи всех сюзеренов и представителей различных сословий. Их результаты стали отчетливо ощущаться с начала XIV века, а еще через столетие привели к образованию достаточно долговечного государственного образования. Так, на съезде сословных представителей в январе 1422 года в Валке [111] было принято решение собираться на такие собрания ежегодно. При этом предметом обсуждения являлись такие общие для всех проблемы, как денежный вопрос, взаимоотношения между сюзеренами и их отношения с сословиями, крестьянские дела, внешняя политика, правовые споры. Причем съезд являлся высшей апелляционной инстанцией для всего края, где в полной мере проявлялась значимость каждого сословия и, конечно, феодалов.

111

Валк – старинное название города, который в 1920 г. был разделен на города Валга (ныне в Эстонии) и Валка (в Латвии).

После окончательного провала политики ордена в отношении Литвы решающим шагом на пути образования сословного государства стал съезд сословных представителей в Валке в ноябре – декабре 1435 года, на котором сословия добились первого временного объединения края в единое целое. На нем было принято решение о том, что сюзерены отныне обязывались не вести внешние войны без предварительного согласования этого с сословиями и уважать права своих подданных, а при решении возникших спорных вопросов прибегать к созыву представителей незаинтересованных сословий как третейскому судье.

Следующими шагами к объединению стали съезды сословных представителей в 1457 и 1472 годах, а также в XVI столетии. При этом в 1472 году было даже признано право на сопротивление подданных в случае нарушения их законных прав со стороны сюзерена. Однако в дальнейшем стал вновь наблюдаться откат от выработанной общей линии.

Когда съезды сословных представителей созывались одновременно и магистром ордена и архиепископом, его участники разделялись на своеобразные курии, напоминая прежние сословные собрания. К первой относились архиепископ и сюзерены, присутствовавшие на съезде другие духовные лица, магистр ордена, а также его гебитигеры [112] . Ко второй – представители рыцарства, а к третьей – посланцы городов. А вот крестьяне и их представители в подобных собраниях участия никогда не принимали.

112

Гебитигер – руководитель округа Ливонского ордена, в ведении которого находились руководство войсками, судопроизводство и хозяйственные вопросы.

При этом нахождение рядом друг с другом равноправных «делегатов» из числа сюзеренов и представителей сословий не могло нарушить существовавших тогда властных отношений, которые исключали какую-либо унификацию. В то же время любые договоренности, точнее, политические компромиссы являли собой заманчивую перспективу создания единого союза земель, можно сказать «старолифляндской конфедерации», чьим важнейшим органом был бы съезд сословных представителей. Однако вследствие глубоких внутренних противоречий такие собрания зачастую напоминали конгрессы по заключению мира между задиристыми сторонами.

Такие черты, присущие средневековой Германии, на пути к образованию сословного государства характеризовали и Лифляндию. Однако, несмотря на все имевшиеся распри, борьбу за власть между сюзеренами и сословиями, до анархии дело никогда не доходило. Рыцари-разбойники в Лифляндии, так же как и в Пруссии, не встречались. А то, что лифляндские сословия имели большую силу, чем прусские, объясняется местными особенностями.

Борьба с внешними врагами

Особенности лифляндской истории определяло положение, которое Лифляндия занимала в большой политике на северо-востоке Европы. Все осложнения, происходившие на Востоке и имевшие далекоидущие последствия, затрагивали ее непосредственно, и нередко ключи, открывавшие путь к власти, находились именно в крае, лежавшем между Балтийским морем и Псковско-Чудским озером.

Судьба Лифляндии была решена в результате превращения Литвы в великую державу. Если еще в середине XIII века могло показаться, что военные силы этого княжества со временем станут частью ордена, то все такие перспективы после битвы при Дурбе в 1260 году развеялись как дым, и борьба с Литвой стала напоминать вереницу сражений наступательного и оборонительного характера.

При этом бесконечные набеги литовцев становились все опаснее, поскольку внутренние противоречия, раздиравшие Лифляндию, нарастали, а противоборствующие стороны зачастую начинали искать себе союзников в лице внешних врагов. Так, например, Рига в своей борьбе с орденом находилась в союзных отношениях с язычниками не один десяток лет, точнее, до 1330 года. Прелаты тоже постоянно привлекали себе в союзники всех внешних врагов без исключения. Поэтому, когда Литва устремилась на восток, в Лифляндии вплоть до XV столетия удовлетворялись удержанием под контролем пустошей в приграничных с ней областях.

В XIV веке активную политику в отношении Литвы осуществляла только Пруссия. Не случайно в 1309 году резиденцией Великого магистра стал именно замок Мариенбург, а в 1328 году замок Мемельбург с прилегающими к нему районами был присоединен к прусской восточной провинции ордена.

При великом князе Гедимине (1316–1341) благодаря его мудрой восточной политике Литва заметно усилилась. Своим же сыновьям Гедимин поручил выполнение ряда задач, разделив ответственность между ними. Ольгерд продолжал начатую отцом русскую великодержавную политику, а Кейстут сражался с орденом.

Тогда орден под руководством Великого магистра Винриха фон Книпроде (1361–1382) находился на вершине своего могущества. Завоевав в 1362 году Кауэн и продвинувшись в 1378 году до Вильны [113] , рыцари сражались за Жемайтию. В 1398 году по условиям Салинского договора [114] эта область отошла к ордену, а в 1399–1400 годах была им оккупирована. Однако орден не смог более собрать все свои силы и там утвердиться.

Этому помешало то, что сын Ольгерда Ягайло, женившись в 1386 году на польской королеве Ядвиге, по сути, передал Литву под влияние Польши, но одновременно стал основателем великого многонационального государства. В битве же при Танненберге объединенные силы поляков, литовцев, русских и татар сломили мощь ордена, и в 1411 году частично, а в 1422 году окончательно рыцари вынуждены были оставить Жемайтию.

113

Вильна – до 1918 г. (в 1919–1939 гг. – Вильно) старое название города Вильнюс, сегодняшней столицы Литвы.

114

Салинский договор – мирный договор между Великим княжеством Литовским и Германским орденом о передаче последнему Жемайтии. Договор заключили 12 октября 1398 г. на острове Салине на реке Мемеле с литовской стороны великий князь Витовт, а с тевтонской – Великий магистр Конрад фон Юнгинген.

Орден, конечно, пытался разорвать связь Литвы с Польшей, но все было напрасно. Именно с этой целью он оказывал поддержку великому князю Литовскому Витовту (1392–1430) в осуществлении его устремлений создать независимое великое литовское государство. Ведь политика Литвы в отношении России, которая, по мнению ордена, должна была отдалить литовцев от поляков, Пруссию не только не затрагивала, но и являлась для нее желательной. Однако поддержка орденом Витовта в осуществлении его планов относительно Пскова и Новгорода заставляла оба этих русских княжества искать среди прочих возможных союзников помощи у Москвы и делала их врагами Лифляндии. И в этом вопросе интересы прусского и лифляндского отделений Германского ордена диаметрально расходились. Кроме того, возможность победы Литвы над Псковом и Новгородом таила в себе рост литовской угрозы непосредственно для самой Лифляндии.

Все это и определяло непоследовательность в позиции лифляндского магистра во времена Витовта и двойственность политики Лифляндии в целом – необходимость в защите своего края часто вступала в противоречие с общими интересами Германского ордена. Но такая двойственность могла возникнуть только в результате того, что у ордена уже больше не было сил формировать ситуацию на востоке Европы.

К тому времени, особенно после 1410 года, он находился в упадке и был вынужден в своей политике, в том числе и в отношении Лифляндии, лавировать, учитывая постоянно менявшееся соотношение сил. Однако в 1398 году, когда Витовт нуждался в поддержке ордена, могло показаться, что мысль о распространении господства ордена в восточном направлении, которая затухла вроде бы еще в XIII веке, вновь ожила – в Салинском договоре наряду с прочим в качестве утешения Витовту был обещан Псков. В то же время ничто так не характеризует полную перемену во властных отношениях между орденом и Литвой, как установившиеся в более поздние годы правления Витовта мирные взаимосвязи Лифляндии с Псковом, которые порой вместе противостояли коалиции Новгорода, Литвы и Москвы.

Поделиться с друзьями: