Чтение онлайн

Вот лебедовцы совместно с бондарихинцами и создали в VII в. до н. э. новый народ меланхленов (чёрных клобуков), известный археологам как Юхновская культура.

Кроме того, что меланхлены одеваются во всё чёрное и нравы у них скифские, Геродот ничего не сказал. Судя по всему, меланхлены были одним их северских прарусских племён. Характерно, что название племени сохранилось и пережило века. Уже во времена Киевской Руси русские будут называть чёрными клобуками союзные степные племена турок-огузов за манеру одеваться в чёрные плащи с капюшоном. Самоназвание меланхленов Геродот не упоминает, однако вспомним, что «савар» или «север» как в древнеарийском, так и в древнерусском языке означал или имел в виду «чёрный». Ну, вот нам и мелан-хлены – чёрные клобуки по-гречески – они же савиры или северяне по-праславянски.

А вообще, различия в образе жизни милоградских и юхновских племён оказались столь невелики, что историки подчас затрудняются с определением, к какому из двух сообществ принадлежит то или иное поселение в низовьях Десны. Пожалуй, обитатели Подесенья чуть больше увлекались охотой и, особенно, рыбалкой. Как сообщают о юхновцах украинские археологи Сергей Горбаненко и Дмитрий Каравайко: «Культурный слой многих городищ насыщен обломками и целыми глиняными грузилами для сетей, чешуёй и костями больших рыб». Эти же специалисты обращают внимание на «достаточно высокий уровень развития рыбной ловли у населения юхновской культуры, что не было характерной чертой ни для одной из соседних культур раннего железного века». Чуть большее распространение, в сравнении с Невридой, получила в этих краях и охота. Всё же юхновцы жили в местах, основательно заросших лесом и обильно залитых водой. Они чаще использовали кость для своих поделок, а металл у них встречался несколько реже, чем у невров.

Как полагают отдельные исследователи, на ранней стадии юхновцы вообще не занимались земледелием, но лишь выращивали домашних животных, промышляли зверя и ловили рыбу. Позже, под влиянием скифов-пахарей, они стали сеять просо, пшеницу и ячмень. Также юхновцы выращивали рожь, что было характерно только для славян.

Тогда же на их поселениях появились ямы-хранилища. Найдены там и остатки сельскохозяйственных орудий, в частности, обломки мотыги из рога оленя. Однако, аграриями в полном смысле этого слова юхновцы, видимо, так и не стали.

Вообще-то, сейчас принято считать, что Юхновская культура относится к будинам, но, во-первых, по Геродоту, будины были кочевниками и жили восточнее, а во-вторых, юхновцы располагались на исконных землях северян, что просто вынуждает нас соотнести их с меланхленами.

Реконструкция юхновского городища Красное

Юхновская культура VI—11 в. до н. э. была распространена на территориях Черниговской области Украины и Брянской, Курской и Орловской областей России. Поселения юхновской культуры делились на два типа – небольшие укрепленные городища и неукрепленные селища, причем последние связаны территориально с городищами, образуя вокруг них своеобразные агломерации, «микрорегионы». Укрепления городищ были мощными и достаточно сложными – один-три ряда рвов и валов, деревянные стены по всему периметру и расположены на неприступных утесах по берегам рек. Ничего удивительного в этом нет, поскольку южнее жили скифы-кочевники, непрерывно пытавшиеся нападать на юхновцев-северян. Тогда сельское население северян сбегалось в крепости-городища и пережидало набег в них.

Для юхновской культуры характерны наземные многокамерные жилища столбовой конструкции на несколько семей – так называемые «длинные дома». Стены сооружались из тонких бревен и жердей, плелись из прутьев и затем обмазывались глиной. Иногда дома оказывались вытянутыми вдоль оборонительных сооружений, как это было, например, на городище Кузина гора в Курчатовском районе. Любопытно, что еще до раскопок старики рассказывали устные предания о том, что в этом месте «жили старые люди, у которых был один на всех длинный дом, кольцом окружавший деревню». Подобные дома мы видели у венедов Лужицкой культуры в Бискупине. Да и вся схема укреплённого городища весьма и весьма похожа.

Оригинальны юхновские височные кольца в виде двух спиралей (так называемые «очковидные» подвески). И опять мы знаем, что височные кольца всегда были признаком славян.

Известны юхновские языческие капища. Б. А. Рыбаковым в Жуковском районе Брянской области у села Вщиж (Благовещенская гора) было исследовано огромное и сложно устроенное древнее юхновское святилище-крепость, где происходило поклонение богине Ладе. Священным животным юхновцев считался медведь.

И, конечно, большинство археологов считает Юхновскую культуру балтской. Просто деваться некуда от этих балтов. Везде они отметились. Куды бедному славянину податься? А почему, собственно, балтской? Да просто потому, что кто-то когда-то решил, что гидронимика Северщины балтская. Прямо как на Псковщине, помните? Собственно, сейчас уже ни для кого не секрет, что гидронимика здесь тоже древнеарийская, а вовсе не балтская. Частично она даже просто славянская, как и на севере: Десна и Донец, Уда и Лопань, Молочная и Сальница, Красная и Ольховатка, Лугань и Калитва, Хопёр и Ворона, Иловля и Россошь, Медведица и Ворскла, и так далее. Но балтолюбам это без разницы. Да Бог с ними. Пусть считают, как хотят, а мы будем считать по-своему.

Через некоторое время после образования Юхновской культуры северян, к югу от неё прекращает существование Чернолесская культура и в лесостепи начинается упадок и обезлюдение. Несомненно, это было следствием скифских набегов. Русы чернолессцы левобережья Днепра были вынуждены уйти на север, где влились в состав Юхновской культуры, дав северянам сельскохозяйственные навыки и своё имя в качестве второго – русы.

Где-то между неврами и меланхленами Геродот отметил людоедов-андро-фагов, которые не были скифским народом. Мы обещали рассказать и о них. «Из всех народов андрофаги имеют самые дикие нравы; нет у них ни суда, ни законов. Андрофаги – кочевники. Одежду носят подобную скифской, но язык у них особый. Это единственное племя людоедов в той стране». Очевидно, что это как раз и были любимые некоторыми археологами балты Днепро-Двинской культуры. Согласно Певтингеровым таблицам ареал культуры соответствовал локализации племени селонов или селов, которые в XV веке были ассимилированы литовцами и латышами.

Днепро-двинская культура была близка к культуре штрихованной керамики (предки пруссов, литовцев и латышей), находившейся западнее, но отличалась отсталостью и палеолитическими пережитками (использование каменных топоров, мотыжное земледелие). Население андрофагов-селов жило в укрепленных деревянных городищах вблизи водоёмов. Поселение ограждалось частоколом и земляным валом. Интересно, что погребений этих людей не обнаружено. Съедали они, что ли, своих сородичей? Может и так, ведь такие обычаи известны, например, у исседонов. Но, скорее, конечно, мы имеем дело с кремацией на стороне, остатки которой хранились в кувшинах или даже без них.

Днепро-двинская культура локализуется севернее Милоградской (невры) и Юхновской (северяне), но возможно, часть андрофагов по левому берегу Днепра проникала далеко на юг. Обратим внимание на предпоследнюю фразу предания, рассказанного Геродотом, где говорится, что андрофаги и их соседи «при вторжении персов и скифов не взялись за оружие… а объятые страхом бежали все дальше к северу в пустыню» (§ 125), т. е. в малозаселенную лесную зону. Значит, в 512 г. до н. э. часть андрофагов находилась на юге в зоне доступности персов. Можно представить себе дело так: во времена Дария южная часть андрофагов под влиянием военных событий бежала на север, в леса, в область родственной днепро-двинской культуры. И, между прочим, в другом случае, Геродот локализует андрофагов именно там, на севере. Похоже, что в двух разных местах, «отец истории» привёл нам два момента истории андрофагов: один-до ухода на север, а другой – после.

Восточнее меланхленов Геродот отметил голубоглазых и светловолосых кочевников будинов. С ними тоже всё непросто.

Во-первых, их часто путают с меланхленами. Во-вторых, очень трудно установить их ареал проживания, в-третьих, не совсем понятны их связи с гелонами, живших вместе с ними.

Геродот верно считал гелонов скифским племенем. Но и будинов он же описывал настолько похожими на гелонов, что предупреждал читателей о том, чтобы они не путали их.

Судя по обычаям, гелоны были действительно скифами. Геродот пишет, что они покрывали своих коней человеческой кожей, а сами носили шапочки из скальпов. Это степные обычаи.

А вот будины были, определённо, местными. «Будины – народ многолюдный; у них у всех светло-голубые глаза и рыжие волосы. В земле их находится деревянный город под названием Гелон. Каждая сторона городской стены длиной в 30 стадий. Городская стена высокая и вся деревянная. Из дерева построены также дома и святилища. Ибо там есть святилища эллинских богов со статуями, алтарями и храмовыми зданиями из дерева, сооруженными по эллинскому образцу. Каждые два (три?) года там справляют празднество в честь Диониса.» (§ 108).