Чтение онлайн

Окрестности Гелона

Не исключено, что город этот находился в 35 км от современной Полтавы и сейчас называется Бельским городищем. О нём мы уже упоминали. Бельское городище VII–III вв. до н. э. является самым большим в Восточной Европе городищем скифского времени. Площадь городища – 4000 га; оно лишь немного уступало площади Москвы начала XX в. и в четыре раза превосходило размеры древнего Вавилона. Напомним, что это было в Причерноморской степи, где по современным стереотипам не существовало ничего, кроме диких кочевников. Указанные Геродотом размеры в стадиях соответствуют не столько сохранившимся до наших дней валам, сколько следам древних рвов, хорошо заметным на плане. 30 стадий Геродота равны 5320 м. Северная стена первоначального Гелона равна 5300 м, а восточная – 5500 м. Совпадение полное. Численность жителей Гелона оценивается в 60–80 тысяч человек, но кто знает, насколько справедлива эта оценка. Население Вавилона, например, оценивается в миллион человек, а он был вчетверо меньше.

К южной оконечности Бельского городища примыкает старинный русский город Глинск, упоминаемый в списке городов XIV в. Корневые согласные (Г/1Н) одинаковы с Гелоном (Г/1Н). Суффикса «ск» у праславян, вроде бы, ещё не было, так что может быть город и назывался Гелон или Глинон.

Геродот дальше продолжает: «Жители Гелона издревле были эллинами. После изгнания из торговых поселений они осели среди будинов. Говорят они частью на скифском языке, а частично на эллинском. Однако у будинов иной язык, чем у гелонов; образ жизни их тоже иной».

Скифский язык гелонов подтверждает их скифское происхождение. А что касается греческого, то греческие купцы и греческий язык могут являться отражением вполне реальной ситуации: огромный город Левобережья на реке Пантикапе (Ворскле) несомненно посещался греческими купцами, которые могли постоянно проживать в нем и строить свои храмы. Вполне вероятно, что в таком городе, как Гелон (Глинск), звучала не только скифская речь гелонов, но и эллинская речь приезжих и местных, уже обосновавшихся здесь греческих купцов. Это был, очевидно, большой межплеменной центр на пограничье со степной, кочевой Скифией.

Согласно археологу Б. Н. Гракову: «В Бельском городище следует видеть союз сначала двух, а затем трех племен, возникший в начале VI в. до н. э. в виде двух поселений, в середине того же VI в. укрепленных и объединенных Большим городищем. Его размеры указывают, что в город собирались люди с огромного пространства. Значит, эти два племени охватили все поселения по Ворскле, т. е. населенные места переселенцев с правого берега Днепра. В течение V в. к ним присоединилось еще одно новое племя».

Два племени, основавшие общую крепость, – по всей вероятности будины и переселенцы с Правобережья («скифы-пахари», «борисфениты», русы); третьим племенем были кочевники гелоны, к V в. осевшие на землю.

Таким образом, город Гелон был пограничной точкой между землями чернолессцев (они же русы, они же скифы-пахари, они же борисфениты) на западе и будинов на востоке, да ещё гелонов на юге.

Время слияния крепостей тоже говорит о многом. Первое слияние середины VI в. до н. э. можно объяснить возникшей угрозой от царских скифов, вернувшихся из Закавказья. Первоначально крепостная стена была высотой около двух метров. Но в конце VI в. до н. э. её сожгли войска Дария, которым население не оказало сопротивления. При восстановлении стены были подняты в два раза-до 4-х метров.

Перед стеной был ров шириной до 5.4 м, глубиной от подошвы вала 5.6 м. Дно рва было плоское, шириной 1.1 м. Такое дно позволяло осаждённым незаметно для врага передвигаться во время вылазок. Верхняя часть внешней стороны стены была покрыта глиной и побелена. Вход в город был узким в начальной части и расширялся в сторону внутренней части города. Внутри города у стены был вал шириной до 7.2 м, на который стена и опиралась.

Гелоны пришли сюда после войны с персами. Их культура по своему происхождению связана с Правобережными памятниками жаботинского типа, то есть с русами-чернолессцами (скифами-пахарями). Геродот писал, что гелоны занимаются земледелием, садоводством, употребляют в пищу хлеб. По внешнему виду и цвету кожи они вовсе не похожи на будинов. Из этого следует, что гелоны были очередной волной ославяненных скифов, перешедших к оседлому образу жизни. Они были более смуглыми, чем европейские будины, например, и, возможно, уже приобрели какие-то монголоидные черты. Видимо, они не ужились с паралатами и были вынуждены уйти на север. Этот процесс начался ещё до войны с Дарием, но после неё ускорился и гелоны полностью включились в круг земледельческих народов (скифов-пахарей).

Ещё о будинах. По Геродоту «Будины – коренные жители этой страны, они ведут кочевой образ жизни. Это единственный народ в этой стране, который питается сосновыми шишками (?)

Вся земля их покрыта густым лесом разных пород. В обширнейшем из лесов находится большое озеро, окруженное болотами и зарослями тростника. В этом озере ловят выдр, бобров и других животных с четырехугольной мордой» (§ 109).

Кочевой образ жизни будинов, конечно, совершенно несовместим с тем, что «вся земля их покрыта разнородным лесом». Очевидно, лесные будины занимались примитивным подсечным земледелием, требовавшим постоянных перемещений.

Будины – это носители Бондарихинской культуры, которую мы уже описали выше. Они также несомненные праславяне, но, как и скифы-пахари, не чистые, а смешанные, в данном случае со степняками ариями. Именно поэтому их язык и отличался слегка от скифского. Видимо, язык будинов был архаичнее скифского.

На этом праславяне Русской равнины не заканчиваются. Дальше Геродот пишет, что километрах в 300 к северо-востоку от земли будинов, на Оке, находится земля многочисленного народа тиссагетов, а ещё севернее живут иирки.

Кто такие тиссагеты и иирки? Археологи определённо отвечают, что этим народам соответствуют носители Городецкой и Дьяковской культур.

Обе эти культуры сложились в VIII в. до н. э. на территории восточной части культуры сетчатой керамики. Мы уже указывали, что культура сетчатой керамики была культурой отступающих на запад и северо-запад русов балановцев и фатьяновцев. Большая часть русов-праславян ушла тогда в Прибалтику, а те, кто остался, были завоёваны абашевцами и срубниками. Видимо, новые пришельцы были также немногочисленными, они смешались с местными праславянами (в том числе вернувшимися с севера волосовцами) в новые племена, спокойно прожили несколько сотен лет, но потом не смогли отстоять свои поволжские и поокские земли от новых захватчиков.

Начнём с дьяковцев. Возможно, это были финно-угорские предки мери и веси (иирки Геродота). В VIII в. до н. э. они создали какой-то союз племён и двинулись из района Перми по Каме и Волге на запад. Двигаясь на запад, дьяковцы сменили абашевскую и остатки фатьяновской культуры, причём археологические источники свидетельствуют об ожесточенной борьбе между дьяковцами и последними фатьяновцами. Вновь вспомним глухие упоминания русских летописей о нашествии угров.

В общем, арийское русское население среднего и верхнего Поволжья было завоёвано и частично ассимилировано уграми.

С другой стороны, всё может быть и сложнее. Костные остатки дьяковцев неизвестны, поэтому нельзя исключать вероятности кремации тел. Однако, кремация тогда была прямым признаком ариев, но никак не финно-угров, которые считали, что сожжение тела сжигает и душу умершего. Финно-угорские трупо-положения в этих местах и этого времени известны. Получается, что финно-угры не смогли полностью завоевать праславян Верхнего и Среднего Поволжья и проникли в эти земли только «языками» или вкраплениями своих поселений. Это объяснимо как недостаточной численностью финно-угров, так и отсутствием у них серьёзной государственной организации. В этом случае дьяковцы могут быть потомками фатьяновцев, волосовцев, балановцев, абашевцев, срубников, то есть праславянами, слегка разбавленными финно-уграми.