Чтение онлайн

Строились новые города – Херсон, Николаев, Екатеринослав. Бурно рос Черноморский флот. Русские крестьяне переселялись на плодородные земли – в Новороссийскую губернию: в 1774 г. население там составляло около 200 тыс. человек, в 1793 г. – уже 820 тыс. человек. За заслуги в преобразовании края Григорий Потемкин получил к фамилии почетную приставку «Таврический» и вошел в историю как Потемкин-Таврический.

Турция все больше раздражалась. Европейские державы по-прежнему видели угрозу своим интересам со стороны набиравшей силу России. Ослабления России больше других хотели Франция, Англия, Швеция. Австрия, стремившаяся усилиться на Балканах, поддержала Екатерину II. Непростые отношения сложились с Англией, поскольку Россия не помогла ей в войне против Североамериканских штатов (отказалась послать запрашиваемый Англией 20-тысячный корпус солдат вместо слабо воевавших наемников-немцев), признав независимость молодой республики. Мало того, Санкт-Петербург осудил эту агрессию и выступил с «Декларацией вооруженного нейтралитета», порицавшей пиратские действия англичан на морях, которую тут же охотно признали Франция, Испания и др.

Турция, решив, что европейской поддержки ей вполне достаточно, нагло заявила о территориальных притязаниях к России, потребовав вернуть Крым и признать власть Турции над всей Грузией. За жестким отказом из Петербурга последовала атака со стороны турок на русскую крепость Кинбурн в устье Днепра, что означало продолжение русско-турецкой войны.

Разгромил турок у Кинбурна А. Суворов – отрядом около 3 тыс. человек против 5 тыс. у противника. Под натиском войск Г. Потемкина пали крепости Очаков, Аккерман, Бендеры.

Нервы у европейских держав вновь начали сдавать. Первыми не выдержали шведы, выступившие с севера против России с целью вернуть себе утраченные во времена Петра I земли в Прибалтике. В одиночестве шведы не посмели бы напасть на Россию, да только их поддерживали и всячески подстрекали европейские державы – любили они загребать жар чужими руками. Но шведов Россия научилась бить еще при Петре Великом, что вскоре было вновь подтверждено: в 1790 г. они, изрядно помятые, униженно запросили мира, отказавшись от своих притязаний.

А на юге боевые действия продолжались. Здесь в полную силу проявился гений полководца А. Суворова и талант флотоводца Ф. Ушакова. Суворов с 25 тыс. солдат (вместе с союзниками) в молдавском местечке Фокшаны-Рымник в пух и прах разнес 100-тысячную турецкую армию, в которой осталось в живых лишь около 17 тыс. человек. Русские потеряли 200 человек убитыми и 400 ранеными. Это была типичная суворовская победа – не числом, а умением. Сухопутной армии османов на тот момент практически не стало.

Бельмом на глазу у русских оставалась самая мощная турецкая крепость Измаил – одна из лучших, если не лучшая в Европе, окруженная 8-метровым валом с 250 орудиями, возвышавшимися над 12-метровым рвом. Крепость считалась неприступной, но только не для Суворова. После 6-часового боя Измаил пал. В бою достойно проявил себя ученик Суворова М. Кутузов.

В это же время адмирал Ф. Ушаков одну за другой громил турецкие эскадры на море – близ устья Дуная, у Керченского пролива, у мыса Калиакрия. В 1790 г. им была одержана блестящая победа у мыса Тендра.

Видя, что русскую армию турки уже не остановят, перепуганные и озлобленные англичане и немцы объявили России ультиматум: прекратить войну и принять их посредничество на переговорах, или они сами выступят против России. Для Турции забрезжил свет спасения. Но антироссийским силам реализовать свои замыслы помешала революция во Франции. Антирусская коалиция не сложилась, и Турция запросила мира, который и был подписан в Яссах в 1791 г. Крым и Грузия до 1991 г. стали российскими, Россия получала также земли между Бугом и Днестром.

Все возрастающая военная мощь России пугала и злобила Европу. Но в царствование Екатерины II никто из европейских держав больше не решился поднять оружие против великой империи. Как заметил видный дипломат того времени А. Безбородко, «при нас ни одна пушка в Европе без позволения нашего выпалить не смела».

Борьба за польские земли в XVIII в. стояла довольно остро и никогда не сходила с повестки дня европейских держав. Не могла остаться в стороне от многочисленных европейских и азиатских территориальных переделов и Россия. Но мотивация у нашей страны чаще объяснялась историческими причинами: в древнерусское время многие польские земли, например, входили в состав единой Руси. Русские, белорусы и украинцы говорили на одном языке, проповедовали одну религию – православие, сходными были их жизнь, быт, культура и т.д. Поэтому, участвуя в разделах Польши, Россия стремилась возвратить свои исконные земли, когда-то отторгнутые литовцами и поляками. Этого не скажешь об Австрии и Пруссии, которые отхватывали куски самого ядра Польши с коренным польским населением. Но более глубокая мотивация у всех трех хищников (Пруссия, Австрия, Россия) заключалась в одном – расчленении, расхищении ослабевшей Польши.

На очередной раздел Польши повлияла Французская революция 1789 г. Прусско-австрийские войска пошли было ее душить, но были биты революционными силами. Ужаснулась событиям в Париже престарелая к этому времени Екатерина II. В Европе формировались новые союзы как для подавлении революции, так и для очередного передела Польши.

Пруссия согласилась бороться с революционной Францией только при условии нового расчленения Польши. Россия шла на раздел, потому что ей не нравились происходившие там перемены: монархия объявлялась наследственной, наблюдался рост польских вооруженных сил, поляки запретили проход русских войск по ее территории и т.д. Россия и Пруссия подписали договор (1793), по которому Пруссия получала коренные польские земли – Гданьск, Торунь и часть Великой Польши, а Россия – Правобережную Украину и Белоруссию, которые Москва хотела присоединить еще в середине XVII в. – площадью 4500 кв. миль. Так произошел второй раздел Польши. После него территория 10-миллионной Речи Посполитой сократилась до узкой полоски земли площадью 254 тыс. кв. км с населением 3 млн человек.

Революционная Франция продолжала наводить страх и панику на монархическую Европу. Англия, Россия и Австрия предприняли новую попытку подавить революцию.

В это время в самой Польше вспыхивает восстание во главе с Т. Костюшко. Цель повстанцев – воссоздание единого государства – «предсмертная судорога Польши». Этого Екатерина II не потерпела. Войска А. Суворова, сметая на своем пути отряды мятежных поляков, штурмом взяли укрепленную Прагу – предместье Варшавы, с падением которой перестала сопротивляться и столица.