Чтение онлайн

Вот и кончился шторм, он уснул, убаюканный голосом Ариэль. Небо над головой стало синим и умытым, а океан спокойным и ласковым, словно и не было бури. Сколько же продолжалось моё затмение, если на горизонте снова алел закат? Но на это раз я провожала его совсем в другой компании. Сердце сжалось от горечи и несколько слезинок скатились по щекам. Капельки, в которых слилась сама жизнь с силой древнего морского народа, падали на Оскальда и медленно впитывались в кожу человека. Я поддерживала мужчину над поверхностью воды и рассматривала помутневшим взглядом. Рана на его голове затянулась прямо на глазах, и он перешёл от беспамятства в глубокий сон. Слёзы русалочки исцеляли людей так же быстро, как и подводных жителей. А чьи слёзы помогут мне? Какое чудо сможет собрать мою душу из острых ледяных осколков? Как посметь жить дальше и где взять силы для надежды на будущее? Я смотрела на Оскальда, и мне было жаль его. Он стал невольной жертвой обстоятельств, такой же жертвой, как Джаспер и я. Кто виноват, что так случилось? Судьба, боги, волшебница Паулина или бестолковая Светка Лапина? Какая теперь разница! Главное -- сколько ещё судеб разобьётся?

Итак, Паулина добилась всего что планировала. Я спасла Оскальда при трагических обстоятельствах и видимо могла теперь рассчитывать на его безграничную благодарность и внимание. Браво, волшебница! Всё сделано естественно, не наиграно для остальных участников этой истории. Волшебники чем-то похожи на врачей. Они видят цель и идут к ней, а страдания пациентов? Ну что ж потерпят, перестрадают, подождут. За годы работы сострадание притупляется и на людей они смотрят уже немного иначе. В конце концов, цель-то достигнута, так чего вы ропщете? А если случается летальный исход? Ну бывает и такое, риск присутствует всегда, издержки профессии, так сказать.

Между тем Жорка, умничка моя, упорно и безропотно уносил нас дальше и дальше от места трагедии. Сумерки сменялись ночной тьмой, бархатной, с россыпью невероятных звёзд незнакомых созвездий. Мерцающие крохи проявлялись на небосклоне, и взгляд непроизвольно рисовал линии между ними, соединял в причудливые образы и рисунки. Они наполнялись объёмом и неким неповторимым цветом, рождённым темнотой и далёким робким светом. Никогда в бытность человеком звёзды не производили на меня столь чудесного и глубокого впечатления. Время шло к глубокому вечеру, на небе как-то незаметно появилась огромная круглая Луна. Словно глаз из потустороннего мира, наблюдающий за нами. Великолепная, вечная красавица Луна. У океана с ней особая любовь и я долго смотрела вверх, зачарованная красотой ночного светила.

Тоска вернулась в сознание с новой силой и чтобы не впасть в депрессию с новой силой, я попыталась отвлечь себя разговором. Да и спать будет не так хотеться, как в полной тишине и темноте. Но разговаривать самой с собой ещё хуже, чем пить в одиночестве. Возникает сомнение в собственной вменяемости. Хотя, в свете последних событий, мне бы помолчать об этой самой вменяемости. Смирившись с тем, что в последнее время у меня далеко "не все дома" и трагически вздохнув, я скосила глаза на принца. Мой единственный потенциальный собеседник ровно дышал и пребывал в глубоком сне. Так даже лучше. Откинув со лба Оскальда прилипшие волосы, я развернула его лицо, как будто он внимательно меня слушает.

– - Лучше такой собеседник, чем никакого, -- хмыкнула я.

– - Видимо тебе Оскальд сейчас не до разговоров. А я вот не могу удержаться. Не женское это дело - молчать!
– - продолжала я, под одобрительное сопение спящего принца.

– - Ты даже и не подозреваешь, кто я такая. Пока не подозреваешь, -- поправила себя.

– - А ещё ты не знаешь и надеюсь, что никогда не узнаешь, что от неминуемой смерти тебя спасли звуки имени другого мужчины. Только это заставило меня очнуться. Только это, а не сострадание или совесть. Вряд ли я вообще была человеком в тот момент.

Жорка посмотрел на меня как-то странно, будто понимал слова хозяйки. Хотя, что я знаю о своём питомце? В этом мире и не такое возможно, чего уж удивляться? Думаю, что если бы у Жорки были руки, он бы покрутил пальцем у виска, слушая весь этот разговор. Я помолчала минут пять, углубившись в воспоминания, а потом продолжила:

– - Ты, быть может, захочешь спросить, как я могла так поступить? Ох, Оскальд, умеешь ты задавать трудные вопросы, -- вздохнула я.

– - Хочешь, я расскажу тебе невероятную сказку? Ну, молчание знак согласия. Значит хочешь. Хорошо, что ты такой покладистый, во всём соглашаешься и не перечишь. А то мало ли что? Сейчас со мной лучше не спорить, можно и по шее получить, в лучшем случае.

В виду внезапно открывшихся кровожадных наклонностей, я сама себя боялась и не хотела провоцировать новый приступ.

– - Так что ты лучше помалкивай и дальше. Хорошая тактика с психически нестабильными дамочками, -- поучала я Оскальда.

– - Так вот о сказке...

Я помолчала немного, собираясь с мыслями, а потом стала тихим грустным голосом рассказывать Оскальду обо всем.

– - Жила-была девочка Света, росла она милым ребёнком, любила маму с папой, пирожки с мясом и книжки про любовь. Взрослая жизнь оказалась не таким интересным и приятным процессом, каким представлялось в детстве. Родители ушли из жизни, оставив Свету одну-одинёшеньку с этим самым взрослым миром. Любовь обходила девушку десятой дорогой из года в год, в душе накапливалось разочарование и одиночество. Она всё так же любила пирожки с мясом и книжки о прекрасных принцах, пока в один судьбоносный день не осознала, что превратилась в стокилограммовую старую деву. И помогла ей в этом прозрении волшебница Паулина. Да, да, именно волшебница. Света тоже сначала удивилась, что такое возможно. Подруга нашей героини, Наташа, первой загадала желание. Оно было о том, чтобы волшебница приняла участие в судьбе подруги. Светка сначала не верила и сомневалась, пока Паулина не показала ей в зеркале тебя, Оскальд. И тут у Светки ёкнуло сердце, и ноги подкосились, а ручки затряслись и потянулись потрогать за... Ну, не будем акцентировать на этом внимание. Ведь принц в зеркале оказался невероятно хорош собой.

И тогда Паулина заключила с девушкой договор. Света загадала желание, что станет женой этого принца и сделает для этого абсолютно всё, побежит на край света, оставит прошлую жизнь и полностью изменится внутренне и внешне. Да, Оскальд, речь опять о тебе, не удивляйся. И всё было хорошо, пока Света, превратившись в русалочку (прошу тебя, не делай больших глаз, да-да, именно в русалочку), не встретила тритона Джаспера, который спас её. Эти двое, позабыв обо всём, полюбили друг друга. Но Паулина напомнила Свете о договоре и о принце. Осерчала Света, потеряла последние мозги от горя, от того, что ей с любимым придётся расстаться навсегда, и возненавидела она принца. Признаться честно -- чуть не угробила в пучине морской. Только перегорела вся ненависть. Осталась только усталость, сожаление и пустота. Вот такая сказка грустная получилась. Грустная и жестокая сказка для взрослых девочек "О русалочке Ариэль с душой человека по имени Светка", -- закончила я повествование.

– - Впрочем, история ещё не окончена для нас с тобой.

Я вглядывалась в освещённые луной черты лица спящего мужчины. Даже в полутьме заметно, как они гармоничны и благородны. В памяти возник образ отважного капитана, который не склонился перед бурей и сражался до последнего. Да, Оскальд молод, но его сущность покоряла мощью и благородством. Так выглядит сильный духом, тот, за кем следуют тысячи, кто вершит судьбы и покоряет души. Сейчас, без истерик и обид я видела Оскальда по-другому. Но сердце молчало, оно оставалось холодным и спокойным в ответ на эту красоту и силу.

– - Ведь ты абсолютно ни в чём не виноват, Оскальд. Никто из нас не виноват и с этим придётся как-то жить дальше. Я должна буду заставить тебя поверить мне. Понимаешь, я должна! Иначе...иначе...нет, я боюсь даже думать о том, что может произойти, если я нарушу условия договора. Горюй -- не горюй, а слезами делу не поможешь. Так что, о моих истинных чувствах ты никогда не узнаешь. А всё, что я сейчас наговорила - это последний разговор на данную тему. И знаешь, мне было нужно выговориться. Так что спасибо, Оскальд. Ты прекрасный собеседник, -- подводя итог, сообщила я и наклонилась чмокнуть принца в щёку.

Мир продолжал жить, время текло своим чередом. Сумбурные откровения странного существа, теряющегося даже в собственных именах, конечно, не могли повлиять на бег жизни. И ответы не пришли свыше, их придётся искать самостоятельно, как и своё истинное место в этом мире. Ночь скроет следы опустошения и усталости на юном лице дочери подводного Повелителя. Госпожа темнота растушует бледность человеческой кожи и запёкшуюся кровь в волосах Оскальда. Она искусный мастер тёмных масок, иногда похожих на саван. Лишь чувства ей укрыть не под силу.