Чтение онлайн

Достоевского с Белинским и его друзьями стали портиться.

Тщеславие, которое он выказал в связи со своим первым poмaнoм,

еще усилилось от того, что их разочаровало последующее его

творчество. Тургенев его поддразнивал и высмеивал – и Достоевский

перестал с ним встречаться. Произведения его продолжали

появляться, но не встречали большого одобрения. Но хотя его дружба

с прогрессивным литературным кружком оборвалась, Достоевский

продолжал оставаться радикалом и западником. Он был членом

кружка Петрашевского, собиравшегося для чтения Фурье, для

разговоров о социализме и для критики существующего строя.

Реакция правительства на революцию 1848 г. была роковой для

петрашевцев: в апреле 1849 г. их всех арестовали. Достоевский был

посажен в крепость и просидел там восемь месяцев, пока военный

суд вел следствие и решал судьбу «заговорщиков». Наконец был

вынесен приговор. Достоевский был признан виновным в «соучастии

в преступных разговорах, в распространении письма литератора

Белинского (к Гоголю), наполненного дерзкими выражениями против

православной церкви и верховной власти, и в попытке, вместе с

другими, писать статьи против правительства и распространять их

посредством домашней типографии». Он был приговорен к восьми

годам каторжных работ. Император сократил срок до четырех лет,

после чего его должны были отдать в солдаты. Но вместо того чтобы

просто объявить заключенным их приговор, была разыграна жестокая

трагикомедия: им был прочитан смертный приговор и были сделаны

все приготовления к расстрелу. Только когда первая группа была

привязана к столбам, подсудимым был прочитан настоящий

приговор. Разумеется, все приговоренные отнеслись к смертному

приговору вполне серьезно. Один из них сошел с ума. Достоевский

никогда не забывал этого дня: он дважды вспоминает о нем в своих

произведениях – в Идиотеи в Дневнике писателяза 1873 год. Это

было 22 декабря 1849 года. Через два дня Достоевского повезли в

Сибирь, где ему предстояло отбывать свой срок. На девять лет он

выпал из литературы.

Первым произведениям Достоевского нанесен ущерб из-за

величия его поздних романов. Мы едва узнаем автора Записок из

подпольяи Бесовв Бедных людяхи в том, что за ними последовало.

В них нет почти ничего, что было бы соизмеримо с такими

потрясающими созданиями, как Свидригайлов, Кириллов или старый

Карамазов. Ради него самого гораздо правильнее будет рассматривать

молодого Достоевского как другого писателя, не как автора Идиота.

Конечно, это менее значительный писатель, но ни в коем случае не

«малый»; это писатель, отмеченный оригинальностью, занимающий

важное место среди своих современников.

Основная черта, отличающая молодого Достоевского от других

романистов сороковых и пятидесятых годов, – его особенная

близость к Гоголю. В отличие от других, он, как Гоголь, думал

прежде всего о стиле. Стиль его такой же напряженный и

насыщенный, как у Гоголя, хотя и не всегда такой же безошибочно

точный. Как и другие реалисты, он старается в Бедных людях

преодолеть гоголевский чисто сатирический натурализм, добавляя

элементы сочувствия и человеческой эмоциональности. Но в то

время, как другие старались разрешить эту задачу, балансируя между

крайностями гротеска и сентиментальности, Достоевский, в истинно

гоголевском духе, как бы продолжая традицию Шинели, старался

соединить крайний гротескный натурализм с интенсивной

эмоциональностью; оба эти элемента сплавляются воедино, ничего

не теряя в индивидуальности. В этом смысле Достоевский истинный

и достойный ученик Гоголя. Но то, что прочитывается в Бедных

людях, их идея – не гоголевская. Тут не отвращение к пошлости

жизни, а сострадание, глубокое сочувствие к растоптанным,

наполовину обезличенным, смешным и все-таки благородным

человеческим личностям. Бедные люди– это «акме», высшая точка

«гуманной» литературы сороковых годов и в них ощущается как бы

предчувствие той разрушительной жалости, которая стала такой

трагической и зловещей в его великих романах. Это роман в письмах.

Герои его – молодая девушка, которая плохо кончает, и чиновник

Макар Девушкин. Роман длинен, и озабоченность стилем еще его

удлиняет. Стиль тут не такой безукоризненно-совершенный и

интересный сам по себе, как гоголевский. Но это произведение

искусства, умно и тщательно выстроенное, в котором все детали

выбраны для того, чтобы способствовать сложному впечатлению от

целого.

Второе появившееся в печати произведение – Двойник. Поэма

(тот же подзаголовок, что у Мертвых душ) – тоже вырастает из

Гоголя, но еще более оригинально, чем первое. Это история,

рассказанная с почти «улиссовскими» подробностями, в стиле,

фонетически и ритмически необычайно выразительном, история

чиновника, который сходит с ума, одержимый идеей, что другой

чиновник присвоил его личность. Это мучительное, почти

невыносимое чтение. Нервы читателя натягиваются до предела.

С жестокостью, которую впоследствии Михайловский отметил как

его характерную черту, Достоевский долго и со всей силой

убедительности описывает мучения униженного