Чтение онлайн

По инициативе Гамильтона на третьей сессии первого конгресса (декабрь 1790 – март 1791) было принято решение о введении акцизного сбора с рома и виски. На этой же сессии был учрежден Национальный банк с капиталом в 10 млн. долларов, причем вклады могли состоять на одну четверть из золота и серебра на три четверти из сертификатов (они тем самым превращались в облигации государственного займа). Банк был задуман как учреждение по выплате долгов и как стимул развития всей системы капиталистических отношений.

Вокруг финансовых мероприятий Гамильтона шла ожесточенная борьба двух партий, одна из которых – партия федералистов – выражала интересы капиталистов Севера, другая – республиканская партия (демократов) – выступала против финансовых реформ, выражая требования аграриев Юга.

Против акцизного сбора выступили фермеры, ремесленники и мелкие торговцы, которые из-за акцизов лишались значительной части своих доходов. В 1794 г. на этой почве в Пенсильвании развернулось широкое движение, известное под названием «водочного бунта». Правительство квалифицировало это движение как опасное, направленное против государства. На подавление его было послано 13 тыс. солдат под командованием генерала Ли и Александра Гамильтона. Но задушить это движение, распространившееся на всю страну, не удалось – при-шлось облегчить акцизные сборы, а затем и отменить. Борьба продолжалась и против налогов. В 1798 г. в той же Пенсильвании вспыхнуло «восстание Фриса» – восстание фермеров под руководством ветерана войны за независимость Джона Фриса, направленное против подоходного налога. Это восстание также было подавлено, но исполнить приговор суда о казни Фриса власти не решились.

Правительством был принят ряд мер для оживления торговли: были установлены скидки на пошлины, если товар доставлялся на американских кораблях; поощрялось судостроение. За двадцать лет с 1789 г. тоннаж торговых кораблей, построенных в Америке, утроился. Внешняя торговля к концу XVII1 века выросла с 60 до 200 млн. долларов. Американские экспортеры наживали огромные прибыли на вывозе пшеницы, кукурузы, мяса, табака и других сельскохозяйственных культур.

Но при всех успехах экономического развития, как считал Карл Маркс, США еще долго оставались колонией Европы. Это выражалось прежде всего в том, что Англия противодействовала развитию самостоятельной экономики США, забрасывая в свои бывшие колонии промышленные изделия по демпинговым ценам. В противовес этой английской политике Гамильтон внес предложение ввести покровительственные таможенные пошлины с целью содействия развитию американской промышленности. В своем «Отчете о промышленности», составленном им в 1791 г., он изложил, как он выразился, «основные факторы», доказывающие, что развитие промышленности увеличит размер производства и богатство Соединенных Штатов Америки.

«Эти факторы таковы: 1) Разделение труда. 2) Расширение применения машин. 3) Дополнительная занятость тех групп населения, которые обычно стоят вне деловой активности. 4) Содействие эмиграции из иностранных государств. 5) Расширение масштабов деятельности для разнообразных способностей и склонностей, отличающих людей друг от друга. 6) Предоставление более широкого и разнообразного вида деятельности для предпринимательства. 7) Создание в иных случаях нового спроса и обеспечения во всех случаях боле лучшего и устойчивого спроса на избыток сельскохозяйственной продукции» 49 .

Гамильтон пытается доказать, что высокие таможенные пошлины приведут к развитию отечественной промышленности и только будто бы временно ударят по карману потребителя, а затем поведут к снижению цен. Вот эти доводы Гамильтона: «Когда какая-либо отрасль отечественной промышленности достигает совершенного развития и в ней будет занято требуемое число людей, то продукция этой отрасли неизбежно становится дешевле. Будучи свободна от больших расходов, с которыми связан импорт иностранных товаров, эта отрасль с течением времени может и соответственно с этим никогда или почти никогда не упускает возможности продавать дешевле (свою продукцию. – Б. Ч.), чем иностранный товар, заменителем которого она является. Внутренняя конкуренция, которая имеет место… постепенно снижает цену товара до минимума, совместимого с разумной прибыльностью вложенного в дело капитала» 50 .

Американский историк, коммунистка А. Рочестер считает, что «отчет Гамильтона был рабочим чертежом для развивающегося капитализма»3.

Конгресс принял предложение Гамильтона: были из-даны законы о введении пошлин на готовые изделия, причем, эти пошлины постоянно увеличивались (с 7,5% в 1789 г. до 15% в 1795) и способствовали развитию отечественной промышленности, росту прибылей американских капиталистов, но отнюдь не улучшали положения трудящихся масс страны.

В Англии к этому времени уже были сделаны изобретения, положившие начало промышленному перевороту: в 1770 г. – «прялка Дженни» – Джеймса Харгривса и прядильная машина Ричарда Аркрайта; в 1779 г. – «мюль» – машина – автоматический прядильный станок для тонкой пряжи.

В 1790 г. английский рабочий-текстильщик Сэмюель Слейтер приехал в Америку, составил по памяти чертеж хлопкопрядильной машины Аркрайта и на деньги род-айлендского купца Мозеса Броуна открыл в городе Поутукет первую в Америке текстильную фабрику. В 1800 году в стране было уже 8 хлопчатобумажных фабрик, на которых получил широкое применение женский и детский труд. Прибыли фабрикантов были весьма значительными. Рабочий Слейтер через сорок лет стал обладателем капитала в 700 тыс. долларов.

Текстильное производство разрасталось и предъявляло все более повышенный спрос на хлопок, посевы которого в южных штатах все более расширялись. Серьезную помощь развитию этой отрасли оказало американское изобретение 1794 г. машины по очистке хлопка. Если раньше раб мог очистить в день 5–6 фунтов хлопка, то машина Эли Уитни из Нью-Хавена, работающая от конного при-вода, очищала в день 300 фунтов. Известно, что именно Эли Уитни внедрил впервые в производство принцип стандартизации взаимозаменяемых деталей, что в свою очередь положило начало механизации промышленности.

Промышленное производство не испытывало особого недостатка в рабочей силе, однако, политику правительства, направленную на ограничение заселения «свободных» западных земель, можно отчасти объяснить и заботой об обеспечении промышленности в достаточном количестве рабочими руками. По старому земельному за-кону от 1785 г. земля продавалась участками в 640 акров по 1 доллару за акр. В последующие годы стали создаваться земельные компании типа «Огайских компаньонов» или «Скиото компаньонов» (из числа конгрессменов), которым были проданы сотни тысяч акров. Огромные площади земли были захвачены земельными спекулянтами в Теннесси, Кентукки, Огайо.

В земельных спекуляциях активное участие принимал президент Вашингтон, с помощью своих агентов приобретавший земли в Пенсильвании. Позднее цена земли была увеличена вдвое с целью затруднить приобретение ее мелкими фермерами.

Политика по ограничению заселения Запада сталкивалась со скваттерством и со стремлением плантаторов, захватывавших земли на западе, заселить их. Поток пере-селений на Запад был непрерывным и вызвал в свою очередь возникновение частных компаний по строительству дорог на Запад. Одна из таких «турникетных» компаний построила в 1794 г. дорогу из Филадельфии в Ланкастер, затратив 465 тыс. долларов и получая на девяти заставах-турникетах ежегодно 15% дохода на вложенный капитал. Позднее к постройке дорог приступает федеральное правительство, так как заселение Запада пошло более быстрыми темпами за счет эмигрантов. В 1800 г. в США насчитывалось уже свыше 5,3 млн. жителей (894 тыс. из них были рабами).

Борьба между партиями – федералистов и демократов – нашла свое отражение и во внешней политике страны. Начало работы первого правительства совпало с началом революции во Франции. Французская буржуазия видела в буржуазии заокеанской страны своего естественного союзника, с которым к тому же имелся союзный договор 1778 г. Недаром Лафайет прислал в подарок Вашингтону ключи от разрушенной Бастилии. Всеобщим ликованием была встречена весть о Французской революции и народными массами Соединенных Штатов. Но по мере углубления французской революции, движения ее по восходящей линии американская буржуазия все холоднее и холоднее воспринимала развитие событий во Франции. Избранный в 1792 г. на второй срок президентства Вашингтон и консервативное крыло правительства и конгресса отказались от поддержки якобинцев, настаивали на расторжении франко-американского союзного до-говора 1778 г. Оппозиция Джефферсона, занимавшего теперь пост государственного секретаря США и демократов объясняется не симпатией к якобинцам, не революционностью рабовладельцев, поддерживавших демократов, а стремлением использовать сложившуюся ситуацию и войну между Францией и Англией в целях ослабления своих английских конкурентов, а также, возможно, открывающейся перспективой ликвидации долгов южных плантаторов английским купцам.

8 апреля 1793 г. в Чарльстон прибыл французский посол Эдмонд Женэ. Американский народ превратил его поездку по стране в триумфальное шествие. Консерваторы встретили его с неприкрытой враждебностью. Вашингтон принял его с холодной вежливостью в комнате, украшенной портретами Людовика XVI и Марии Антуанет-ты. Женэ в соответствии с договором 1778 г. считал США союзником Франции в войне против Англии и Испании. Он, быстро сориентировавшись в обстановке, превратил 300 американских кораблей в 300 каперов и направил их против английского флота. Каперы приводили английские суда в американские гавани, превращая их в военный трофей. Из американских колонистов Женэ сформировал военные отряды и отправил их в район Миссисипи для завоевания Луизианы.