Чтение онлайн

Недавние раскопки в Северо-Западном Таиланде пещерной стоянки с орудиями хоабиньского типа, где не было обнаружено ни керамики, ни типично палеолитических орудий, открыли остатки семи видов одомашненных растений (перец, арековый орех, тыква, огурец, китайский каштан, бобы и горох). Радиоуглеродным методом эти находки датируются 8550±200 лет и 9180±360 лет до нашего времени. Некоторые ученые считают, что одомашнивание растений, а, следовательно, и неолит начались в Юго-Восточной Азии в XII—X тысячелетии до н. э. Этот вопрос, однако, может быть окончательно уточнен только в ходе дальнейших исследований.

Типичные для неолита полированные каменные топоры и тесла, а также керамика (с отпечатками веревки), обнаруженные на одной из стоянок Северо-Западного Таиланда, датируются 6600 г. до н. э. Земледелие этого времени было подсечно-огневого типа. Сначала каменными топорами вырубался участок леса, затем, когда срубленные деревья подсыхали, их сжигали и на удобренной золой и взрыхленной заостренными палками почве производился посев. Через несколько лет засеянный участок истощался и поле приходилось переносить на новое место.

Развитие земледелия, а также, видимо, и начатков скотоводства происходило в Юго-Восточной Азии крайне медленно. Только в III тысячелетии до н. э., по мнению большинства ученых, наступает развитой неолит, когда сказываются результаты «неолитической революции», значительно возрастает плотность населения и начинаются крупные передвижения племен, в основном с севера на юг.

С этими передвижениями в западной науке связывают проблему трех типов шлифованных каменных топоров. Австрийский археолог Р. Гейне-Гельдерн еще в 30-х годах XX в. вывел стройную теорию, связывающую каждый из типов с определенным этносом. Простейшие, валиковые (т. е. овальные в сечении) топоры, по его мнению, принадлежали негро-австралоидным аборигенам Юго-Восточной Азии, которые постепенно были вытеснены монголоидными пришельцами отсюда на юго-восток (на Новую Гвинею, в Меланезию и Австралию). Так называемые плечиковые топоры он связывал с пришлым монголоидным населением, говорившим на аустроазиатских языках, — предками нынешних мон-кхмерских народов. Наконец, четырехгранные топоры, как он считает, представляли культуру монголоидных племен, говоривших на аустронезийских (т. е. малайско-полинезийских) языках.

Действительность оказалась сложнее этой теории (в ряде мест, например, было отмечено сосуществование всех типов топоров; в то же время эти топоры употреблялись различными этническими труппами далеко за пределами Юго-Восточной Азии). Но в целом можно говорить о преобладании в отдельных районах определенного типа топора. Так, плечиковые топоры на территории Таиланда явно связаны с культурой монских племен, которые мы застаем здесь к началу письменной истории. Предки этих племен приблизительно на рубеже III—II тысячелетий до н. э., как полагают современные исследователи, двинулись с прародины аустроазиатов, лежавшей в верховьях Иравади, Салуина, Меконга и Хонгха, на юг, постепенно оттесняя местное население, говорившее на языках папуасского типа, или смешиваясь с ним. В конце II — начале I тысячелетия до н. э. мон-кхмерские племена составляли, по-видимому, большинство населения Индокитая.

Раскопки неолитических памятников на западе Таиланда и на севере Малайзии показали, что в обоих этих районах существовала одна и та же культура (четырехгранные и плечиковые шлифованные топоры). Керамика выполнена либо вручную способом налепа, либо на гончарном круге, что указывает на выделение гончарного ремесла. Часть сосудов — гладкие, со следами лощения, другие — со шнуровым или текстильным орнаментом.

Ведущий тип хозяйства в это время — оседлое мотыжное земледелие в плодородных долинах рек. Охотничье-собирательский уклад сохранился только во внутренних гористых районах. В прибрежной полосе обитали преимущественно рыбацкие племена — возможно, предки современных маукенов Таиланда.

Поздний неолит в Юго-Восточной Азии (конец II — начало I тысячелетия до н. э.) часто называют мегалитическим периодом. Появление мегалитических сооружений указывает на то, что рост производства достиг уже такой стадии, когда общество может устойчиво производить избыточный продукт. В доклассовом обществе этот избыток (в форме избыточного рабочего времени) чаще всего потреблялся на культовые нужды. В Таиланде не сохранились такие грандиозные мегалитические памятники, как, например, в Лебаи Сибедуге (Ява). Однако сооружения подобного рода, служившие главным образом для отправления культа предков — охранителей племени, имели место и здесь.

2. Бронзовый век

Вопрос о начале бронзового века на территории Таиланда пока не решен окончательно. Разные ученые считают начальной датой донгшонской бронзовой культуры в Индокитае (названной по селению Донгшон во Вьетнаме) время от 800 до 300 г. до н. э. В 1968—1969 гг. В. Г. Сольхейм II выступил с сенсационными статьями о том, что при раскопках в Ноннокта (Северо-Восточный Таиланд) ему удалось обнаружить бронзовые изделия в слое XXIII в. до и. э. Согласно принятой в настоящее время в советской науке точке зрения, мон-кхмеры могли познакомиться с бронзовой металлургией Индии или Китая уже на рубеже II—1 тысячелетий до н. э.

Собственное же производство бронзы началось в Индокитае с VI в. до н. э. Донгшонские бронзовые изделия отличались техническим и художественным совершенством. Одной из характерных черт донгшонской культуры являются бронзовые ритуальные барабаны, богато украшенные рисунками. При раскопках находят также многочисленные бронзовые кинжалы и топоры различных форм (втульчатые, широколезвийные и башмаковидные). Глиняная посуда изготовлялась на гончарном круге. Продолжали сооружаться мегалитические памятники. Слои с донгшонской культурой, как обнаружили раскопки во многих местах Западного Таиланда, лежат поверх слоев неолитической культуры, что доказывает непрерывность культурного развития этих поселений и автохтонность бронзовой культуры в данном регионе.

К III в. до н. э. донгшонцы перешли к производству железа.

Основными чертами хозяйства племен, населявших равнинные и приморские районы Таиланда к концу I тысячелетия до н. э., были: 1) рисоводство с применением ирригации; 2) приручение быков и буйволов и использование их при пахоте; 3) высокоразвитая техника обработки металла; 4) хорошее знакомство с мореходством. В социальном отношении для этих племен были характерны значительные пережитки материнского права, высокое положение женщины в обществе; в области религиозных представлений — анимизм, культ предков и богини плодородия, возведение мегалитических культовых памятников (сюда можно отнести каменные круги, открытые Н. Зейденфаденом в трех пунктах Восточного Таиланда, каменные террасы на горе Дойсутеп, группы мегалитов в Байябе).

Родственные монам племена лава, живущие в Северном Таиланде, сохранили пережитки верований позднего родового общества до настоящего времени. Подобно своим далеким предкам, они еще недавно сооружали менгиры и другие мегалитические памятники, а также вырезали символические изображения животных на фасадах мужских домов, в большинстве случаев заменяя камень более доступным и податливым строительным материалом — деревом.

В глазах людей первобытного, как и раннеклассового, общества культовая деятельность в сущности ничем не отличалась от чисто производственной: и та и другая воспринимались как в равной мере обеспечивающие материальное благосостояние людей (хороший урожай, приплод скота и т. п.). Отчасти это отражало реальность, так как жрецы, устанавливая сроки начала тех или иных сельскохозяйственных работ, руководствовались не только магическими гаданиями, но и накопленными за века астрономическими наблюдениями над связью явлений в природе (приметы), которые позволяли им в должной мере удовлетворительно регулировать сложный сельскохозяйственный календарь.

Указанные функции жрецов были столь важны, что у мон-кхмерских племен, как и у многих других племен древности, верховным жрецом обычно становился вождь. (Характерно, что даже в настоящее время, несмотря на многовековое господство буддизма, таиландский король выполняет некоторые жреческие функции, восходящие к первобытной эпохе.)

Первоначально вожди-жрецы не стояли над племенем, а были лишь его представителями, которые осуществляли мистическую связь племени со священным камнем, олицетворявшим умерших предков-покровителей и Землю — производительницу всех благ. Они несли личную ответственность за неурожай и другие бедствия, которые могли постигнуть их народ. Этнографические исследования показывают, что в древнем Таиланде, как и в ряде других древних обществ, практиковался обычай умерщвления вождей (впоследствии царей)-жрецов, когда они, по мнению общества, уже не справлялись со своими обязанностями.