Чтение онлайн

Танк «Т-VIH» («Тигр») весил около 56 тонн, имел пять человек экипажа, скорость 38 километров в час, броню толщиной до 110 миллиметров и был вооружен одной 88-миллииметровой (зенитной) пушкой КвК (KwK) длиной 56 калибров (с начальной скоростью снаряда 773 метра в секунду), а также двумя пулеметами. «Тигров» этой модификации в Третьем рейхе до конца войны было построено 1354 штуки.

К концу войны на вооружение танковых частей «Великая Германия» поступил новый, необходимый для борьбы с новейшими советскими танками «Т-34/85» и «ИС-2», образец этой боевой машины - тяжeлый танк «Тигр-II», или Т-VIB («Королевский Тигр»), весивший около 70 тонн, имевший длину 10,3 метра, высоту - 3 метра, ширину – 3,75 метра, пять человек экипажа, скорость до 40 километров в час и вооруженный одной 88-миллиметровой (зенитной) пушкой КвК (KwK) с длиной ствола 71 калибр (скорострельность: 7-8 выстрелов в минуту, начальная скорость снаряда – 1000 метров в секунду), а также двумя пулеметами. Лоб корпуса танка имел броню толщиной 150 миллиметров, борт и корма – 80 миллиметров, крыша и днище – 40 миллиметров, а башня – 180 миллиметров. Большое внимание конструкторы «Королевского Тигра» обратили на удобство боевой работы экипажа. Боевое отделение было весьма просторным и рационально скомпонованным: так, например, часть боекомплекта располагалась в удлиненной кормовой нише башни танка вблизи казенной части пушки, так что заряжающий тратил минимум усилий, ворочая тяжелые унитарные патроны. Благодаря этому у танка была довольно высокая скорострельность, а его 10,5-килограммовый снаряд поражал все виды бронетехники на дистанции прямого выстрела. Из своей башенки командир танка имел превосходный обзор. Опорные катки большого диаметра большого диаметра, располагавшиеся в шахматном порядке, имели индивидуальную подвеску. Очень широкая (818 миллиметров) гусеница обеспечивала довольно удовлетворительную проходимость даже при такой солидной массе. Серийное производство «Королевских Тигров» началось слишком поздно, в январе 1944 года, и продолжалось до самого конца Европейской Гражданской войны. Впрочем, этих «Королевских «Тигров» (как, кстати, и «обычных» «Тигров») у немцев было до обидного мало – всего 487 штук. Танки понемногу поступали в отдельные тяжелые танковые батальоны, постепенно заменяя обычные «Тигры».

Тем не менее, появление этих моделей германских тяжелых танков на полях сражений Европейской Гражданской войны несколько сравняло шансы противоборствущих сторон в области танковых вооружений.

Даже такой непревзойденный по сочетанию огневой мощи и броневой защиты гигант, как «Королевский Тигр», не стал самой мощной и тяжелой серийной боевой машиной вооруженных сил Третьего рейха. Пальма первенства была перехвачена у него противотанковой самоходно-артиллерийской установке «Охотничий Тигр» («Ягдтигр») [159] , имевшей боевую массу 75,2 тонны, длину 10,6 метра, высоту – 2,9 метра, броню на лбу корпуса толщиной 150 миллиметров, на полу рубки – 200 миллиметров, на бортах и корме – 80 миллиметров, на днище и крыше – 40 миллиметров. Установка «Охотничий Тигр» была создана немецкой фирмой со звучным названием «Нибелунген» («Нибелунги») в 1944 году на базе шасси тяжелого танка «Т-VIB» («Королевский Тигр»). В средней части корпуса, вместо вращающейся башни, располагалась просторная прямоугольная броневая рубка. В лобовом бронелисте рубки была установлена 128-миллиметровая пушка с длиной ствола 6 метров, прикрытая литой броневой маской. Экипаж «Ягдтигра» состял из 6 человек. До конца войны было выпущено целых…79 «Охотничьих тигров».

Действуя четко и слаженно, в качестве единого целого, получившие превосходную подготовку и накопившие огромный боевой опыт, экипажи германских танков являлись тесно спаянной боевой командой. Успехи, достигнутые танковыми войсками Третьего рейха (и, в том числе – частями «Великая Германия») в огромной степени объяснялись высоким боевым духом тесно сплоченных экипажей – тем, что немцы называют «панцергейст» - «танкистский» (танковый) дух». [161]

В начале 1942 года в состав пехотной дивизии «Великая Германия» был включен сформированный специально для ведения боевых действий в ее рядах I (огнеметно-танковый) отряд (батальон) 100-го танкового полка [162] . В феврале 1942, уже будучи в составе дивизии, он был переименован в танковый отряд (батальон) «Великая Германия» [163] . Именно этот отряд огнеметных танков послужил впоследствии кадром для формирования танкового полка «Великая Германия» («ВГ») [164] .

Танковый полк «Гроссдойчланд» имел трехбатальонный состав. На вооружении каждого «великогерманского» танкового батальона, входившего в полк, состояли танки моделей «Т-IV», «Т-V» («Пантера») и «Т-VI» («Тигр»). Танковый полк «Гроссдойчланд» был остро отточенным мечом в руках командиров дивизии «Великая Германия», не раз решавшим исход боев как в наступлении, так и в обороне, как на Западном, так и на Восточном фронте Европейской Гражданской войны и постоянно выручавшим «великогерманцев» в самых критических ситуациях. Даже в последние месяцы войны, когда положение на всех фронтах стало совершенно безнадежным, дивизия смогла отразить бесчисленное множество атак многократно превосходящих сил неприятеля благодаря меткости, быстроте, мужеству, умению, короче – «панцергейсту» своих танковых частей.

Справедливости ради, следует отметить также следующий факт. Оценив по достоинству выдающиеся качества советских средних танков «Т-34», танкисты «Великой Германии» (как, впрочем, и других танковых частей германского вермахта и Ваффен СС), активно использовали трофейные боевые машины этой модели. Впрочем, судя по многочисленным сохранившимся фотографиям и воспоминаниям современников описываемых событий, немцы столь же часто принимали на вооружение, наскоро отремонтировав, если в этом была необходимость, и переоборудовав их (в чем необходимость была всегда – для немецких экипажей советские танки и бронемашины были недостаточно комфортабельными!), и другие модели советских бронемашин и танков – от легких гусенично-колесного «БТ-7» [165] , «Т-26», «Т-27», «Т-60» [166] , «Т-70» [167] и «Т-80» [168] вплоть до тяжелых «Т-35» («сухопутных линкоров») [169] и самых тяжелых – «КВ-2», «КВ-1», «КВ-85» и «ИС» (Иосиф Сталин)». Украшенные немецкими эмблемами «Креста Святого Николая» на броне, трофейные советские танки защищали обреченный на гибель Третий рейх до самых последних дней войны, приняв активное участие в обороне Будапешта, Вены и Берлина. А вот на советской стороне подобного явления не наблюдалось. Судя по воспоминаниям современников событий, германские «Пантеры» и – особенно!
– «Тигры» были для советских танкистов слишком сложными в управлении («Ну их в баню»!).

Саперы, или военнослужащие инженерных войск германского вермахта и Ваффен СС именовались «пионерами» («пионире») [171] . По одной версии, слово «пионер» происходит от французского слова «пион» («странник», «ходок», «первопроходец»), по другой – от итальянского слова «пикконе» («кирка») [172] . Первые сведения об этих «военных инженерах» встречаются во французских хрониках, начиная примерно с 1500 года. В то время «пионерами» именовались строители полевых фортификационных сооружений. Вот как далеко в глубь истории уходили корни военных инженеров дивизии «Великая Германия».

В прусской королевской армии термин «пионеры» был впервые засвидетельствован в датированном 8 января 1742 года приказе генералу фон Вальраве, известному строителю крепостей в период правления «короля-философа» Фридриха Великого. «Старый Фриц» повелел своему поседелому в боях генералу сформировать «полк пионеров» («Регимент Пионнирс», или, если произносить его название на модный тогда французский манер, «Режиман Пионье» [173] ), первой успешно выполненной задачей которого было восстановление укреплений фортов, расположенных вдоль реки Нейсе.

Наименование «пионеры» (в современном смысле этого слова, то есть «саперы» или «военные инженеры») вошло в широкое употребление, начиная с 1810 года, когда существовавшие в прусской королевской армии еще ранее саперные (минерные) и понтонерные (мостостроительные) роты были сведены в единый Пионерный (военно-инженерный) корпус («Пионир-Кор») [174] . Чины Пионерного корпуса, в зависимости от своей военной специальности, именовались минерами, саперами и понтонерами (мостостроителями).

Однако в обязанности пионеров, кроме выполнения своих основных, военно-инженерных обязанностей, входило, в случае необходимости также участие в ближнем бою. Все военные инженеры были обучены владению всеми видами пехотного оружия. Из их числа рекрутировались лучшие огнеметчики германских войск. Лучшим способом преодоления фортификационных сооружений неприятеля немецкие пионеры с полным основанием считали применение ранцевых огнеметов.

В годы Великой войны (1914-1918) была сложена солдатская песня о битве между германскими и англо-французскими войсками в Аргоннском лесу, превратившемся в ходе боев в огромное братское кладбище («В полночь, в Аргоннским лесу») [175] . Это песня повествует о германском пионере (сапере), бестрепетно идущем в бой, прокладывая путь своей наступающей пехоте, и вспоминающем при этом о далекой родине.

Когда в 1940 году пехотному полку «Великая Германия» довелось принять участие в боях на Западном фронте, за ним вскоре последовала его тогдашняя 18-я (пионерная) рота. Но судьба распорядилась так, что не этой роте, а 43-му штурмовому пионерному (саперному) батальону, приданному полку «ВГ», хотя и не включенному в его состав, было предназначено сопровождать «великогерманцев» всю войну - как на Западе, так и, позднее, на Востоке.