Чтение онлайн

Феодора же, проявив «милосердие» к Велизарию, сполна потешила свои низменные страсти, сурово наказав близких полководцу людей. Некоторых она приказала подвергнуть пыткам. Других наказала изгнанием. А одного, сенатора Феодосия, она, конфисковав его имущество, бросила в подземелье, в совсем темную каморку, и приказала привязать его к яслям, надев на шею петлю, такую короткую, что он не мог даже сесть. Несчастный все время стоял у этого стойла, и так и ел, и спал, и отправлял все другие естественные потребности. В таком положении этот человек провел около четырех месяцев, пока не сошел с ума. Вскоре после того, как его отпустили из заточения, он умер.

Пользуясь огромным влиянием на Юстиниана, Феодора крайне ревниво следила, чтобы рядом с императором случайно не оказалось достойной ей соперницы. Кроме того, она все время боялась непостоянства мужа. Свою ревность она не разменивала по пустякам, но по крайней мере в одном случае не остановилась и перед убийством.

Когда Амаласунта — дочь готского короля Теодориха, умершего в 526 году, — задумала посетить Константинополь, Феодора сильно обеспокоилась. Ведь эта женщина знатного происхождения, к тому же царского рода, была очень хороша собой и необыкновенно изобретательна в путях и средствах к достижению поставленных целей.

Узнав о намерениях Амаласунты, василиса убедила своего мужа отправить в Италию посла — Петра Патрикия, причем только его одного (обычно с посольской миссией отправлялось несколько человек). А от Петра потребовала, чтобы он как можно быстрее избавился от Амаласунты, пообещав, если он исполнит поручение, осыпать его поистине царскими милостями.

Петру удалось реализовать замысел Феодоры. Оказавшись в Италии, он сумел как-то убедить остготского короля Теодата умертвить дочь прежнего правителя. За это Петр удостоился чина магистра оффиций (начальника дворца и дворцовых служб) и навсегда завоевал расположение и дружбу Феодоры.

Двадцать лет царствования василисы Феодоры — яркий пример того, в какие глубины коварства и жестокости может завести неразборчивую в средствах женщину императорский венец. История тайной войны в изобилии дает (и еще будет давать!) нам также типажи: Мессалина и Агриппина, Брунгильда и Фредегонда… Феодора занимает в этом ряду достойное место, но ее усилиями этот собирательный портрет в галерее тайной войны был расцвечен новыми красками. Ничего не поделаешь, жизнь не стоит на месте.

Император Юстиниан стоял во главе Византийской империи с 527 по 565 год — почти 40 лет правления. Хотя Рим уже пал жертвой очередного жестокого удара со стороны варваров, хотя Византия временами стояла на краю погибели, тем не менее, для всех мыслящих современников трудно было себе представить, как мог мир обойтись без Римской империи. И своей главной задачей Юстиниан видел восстановление Римской империи в прежних пределах. При нем Византийская империя практически постоянно находилась в состоянии войны; в армии — самом слабом звене византийской правительственной машины — появился в это время ряд способных командиров, умевших выжать из нее максимум возможного. Так что, поставив себе целью отвоевать у варваров прежние владения Римской империи, Юстиниан шаг за шагом шел к решению этой задачи. К концу его царствования в состав империи вернулись римские земли в Северной Африке, Италии и Испании.

Полководцы Юстиниана умели побеждать, имея в своем распоряжении далеко не самую передовую на то время армию. Среди них евнух Нарсес, племянник Юстиниана Герман, Мунд и конечно Велизарии, уроженец Фракии. Он, вступив в армию совсем юным, в 23 года от роду уже командовал важной пограничной крепостью Дара, а в 25 лет занял высший военный пост империи — магистра армии.

Но хотя полководцам Юстиниана не занимать было воинской доблести и умения, им частенько приходилось прибегать к методам тайной войны — подкупу, обману, закулисной дипломатии. И здесь византийцы оказались на высоте, хотя и враги империи тоже ничем не брезговали.

Прежде чем приступить к осуществлению планов по возрождению империи, Юстиниану пришлось выдержать длительную войну с Персией, начавшуюся в первый же год его правления. Персия, озабоченная усилением византийского влияния в странах Кавказа, объявила войну Византии в 527 году. Война затянулась, император тяготился ею и потому в 532 году решился на крупную финансовую жертву, заплатив за мир с Персией огромную сумму золотом.

Развязав таким образом себе руки, Юстиниан обратил взор на запад. Момент для военного вторжения как раз был подходящий. Варварские королевства, которые собрался покорить Юстиниан, возглавляли довольно слабые правители. В Африке короля вандалов Хильдерика сменил на троне его двоюродный брат Гелимер — воинственный, но малоспособный правитель. В 526 году прежний король Италии Теодорих умер, а его преемники никоим образом не могли равняться с ним в политической ловкости и военных способностях.

Юстиниан рассчитывал быстро сокрушить эти государства, созданные на развалинах Западной империи, тем более что вандалы и готы, составлявшие ничтожное меньшинство населения Африки и Италии, не пользовались поддержкой основной массы населения. Так что Византия и в Африке, и в Италии могла опереться и на деятельность «пятой колонны». Римская рабовладельческая знать и духовенство с надеждой обращали взоры к Константинополю, ожидая оттуда избавления, а потому и в Африке, и в Италии процветали всякого рода интриги и заговоры, часто имевшие целью спровоцировать вооруженное вмешательство Восточной империи. Юстиниану было также прекрасно известно, что эти варварские королевства не способны выступить против Византии единым фронтом.

Первый удар византийской армии обрушился на вандальское королевство в Африке — самое слабое из варварских государств. В 533 году Юстиниан отправил в Африку Велизария с 10 тысячами пехоты и 6 тысячами кавалерии. В начале сентября 533 года византийский флот благополучно высадился на африканском побережье. После двух победоносных сражений, данных Велизарием, вандальское государство в Африке перестало существовать [28] . Гелимер сдался на милость победителя и был отвезен в Константинополь. Остатки вандальского войска стали частью византийской армии.

Но победа нелегко далась Велизарию. Чтобы одолеть врага, византийскому полководцу пришлось не только продемонстрировать блестящие воинские способности, но и прибегнуть к различного рода ухищрениям. В Африке Велизарий показал себя настоящим мастером политики «кнута и пряника».

Вандалы, как и готы, и некоторые другие варварские народы, были арианами [29] . А в византийской армии было много варваров. Поэтому

Гелимер, решив склонить единоверцев к измене, тайно отправил посланцев к предводителям гуннов, служивших у Велизария, с обещанием, что они «увидят с его стороны много хорошего», просил их дружбы и союзничества. Гунны и раньше не обнаруживали большой преданности делу византийцев, так как воевали на их стороне не по доброй воле. Поэтому они охотно внимали речам вандалов и готовы были в ходе сражения обратить оружие против римского войска.