Чтение онлайн

Велизарий заподозрил измену; кроме того, от перебежчиков до него дошли тревожные сведения о кознях Гелиме-ра, и полководец немедленно стал действовать.

Уличенного в измене карфагенянина по имени Лавр [30] посадили на кол на одном из холмов перед городом. Как и хотел Велизарий, потенциальных изменников охватил ужас, но этого было недостаточно. Готовясь к сражению, полководец ежедневными подарками, угощениями и всякого рода лестью склонил гуннов к тому, чтобы они рассказали ему о посулах Гелимера. Наконец, предводители гуннов признались, что у них нет особого желания участвовать в битве, ибо они опасаются, что в случае победы над вандалами римляне откажутся отпустить их на родину, принудят провести в Ливии остаток дней своих, и кроме того, вынужденные союзники подозревали, что их обойдут при разделе добычи.

Велизарий поклялся в случае победы над вандалами тотчас же отпустить гуннов домой со всей причитающейся им добычей. Тогда они тоже поклялись ему со всем рвением до самого конца помогать римлянам в войне. Обе стороны выполнили свои обещания. Королевство Гелимера было сокрушено. Константинополь встретил Велизария с почетом, а Юстиниан принял титулы «вандальский» и «африканский». Ободренный успехом в Африке, Юстиниан теперь нацелился на Италию.

Зимой 535 года Велизарий высадился в Сицилии с еще меньшим войском, чем то, что завоевало Юстиниану Африку. Тем не менее, поход начался успешно — за первые шесть месяцев Велизарий выгнал готов из Сицилии, в 536 году почти без сопротивления овладел южной Италией, а в конце этого же года захватил Рим.

Однако с остготами было не так легко справиться, как с вандалами. После поражения готы низложили Теодата и выбрали королем Витигеса, одного из самых храбрых своих воинов. Новый король, собрав все силы (византийские историки говорят о 150-тысячной армии), осадил Велизария в Риме. В течение целого года (с марта 537 по начало 538) Витигес истощал свою армию в бесплодных попытках взять Рим, обороняемый Велизарием. Тем временем в Италии высадилась вторая византийская армия и заняла в тылу готов несколько городов, самым крупным из которых был Милан. Витигесу пришлось снять осаду Рима. Постепенно теснимый со всех сторон Витигес отступил к Равенне и укрылся за ее стенами. Византийцы начали осаду. Не получая никакой поддержки, готы в 540 году вынуждены были капитулировать. Воссоединение Италии с Восточной Римской империей, казалось, было успешно завершено.

В ходе итальянской кампании, как и во всякой войне, обе стороны использовали всяческие хитрости и уловки. «Ведь я знаю, что варвары побеждены нами не вследствие их трусости или недостатка в людях, но только благодаря нашей прозорливости и сообразительности они, обманутые военной хитростью, должны были бежать отсюда», — писал Прокопий Кессарийский.

С конца 539 года часть готов была осаждена Велизарием в Ауксиме. Когда в городе стал ощущаться недостаток продовольствия, готы решили сообщить о своем положении Витигесу. Но никто не брался пройти через кольцо осады. Пришлось пойти на хитрость. Выбрав нескольких смельчаков, вручив им послание и приказав находиться в полной готовности, уже глубокой ночью готы подняли на укреплениях сильный шум. Можно было подумать, что в городе начались волнения, или что укрепления штурмует какая-то армия, или даже, что город вообще уже взят.

Не имея возможности разобраться, в чем дело, Велизарий, предполагая, что осажденные затеяли какую-нибудь коварную вылазку, что к ним подоспело войско из Равенны или они попросту подстроили ловушку, отдал приказ своему войску не покидать пределов римского укрепленного лагеря. В общем, благодаря этой хитрости готам удалось незаметно от врагов послать в Равенну своих людей.

Но помощи из Равенны они не дождались. Тогда готы решили вторично напомнить о себе Витигесу. На этот раз они решили прибегнуть к другому способу обмануть бдительность римлян.

Готы решили использовать в качестве гонца кого-нибудь из римских воинов, подкупив его. Выбор пал на некоего Бурценция, родом из Фракии. Готы обратились к нему, когда он стоял в одиночестве на страже, наблюдая, чтобы никто из города не выходил за травой [31] . Готы вступили с ним в переговоры, договорились о тайной встрече. Бурценций, уверившись, что его не ожидает ничего дурного, на встречу явился. Здесь варвары попросили его доставить в Равенну письмо, выплатив на месте большую сумму и обещая гораздо больше, если он вернется к ним с письмом от Витигеса.

Фракиец, взяв деньги, в точности исполнил обещанное. Взяв запечатанные письма, он быстро прибыл в Равенну и, явившись перед Витигесом, вручил ему послание. Там было написано: «В каком мы теперь находимся положении, вы ясно узнаете, сообразив, кто тот, кто доставил вам это письмо. Какому-нибудь готу выйти за стены укреплений уже невозможно. Самой роскошной едой для нас является трава, растущая у стены, но и ее получить нам теперь невозможно без того, чтобы не потерять многих в бою из-за нее. Чем это кончится для нас, и ты и готы, находящиеся в Равенне, должны понять».

Витигес написал ответ: «В скором времени, если Богу будет угодно, я приду к вам со всем войском. Вам следует выпавшее на вашу долю несчастье переносить храбро и как диктует необходимость. Все готы считают вас оплотом Равенны и собственного спасения».

Одарив посланца большими деньгами, Витигес отправил его назад. Вернувшись в Ауксин, Бурценций объяснил свое отсутствие болезнью — мол, он лечился некоторое время в расположенном неподалеку храме. А когда ему снова выпало стоять на страже в прежнем месте, он незаметно передал готам ответ.

Письмо Витигеса было прочитано прилюдно и еще больше укрепило дух защитников города, хотя к тому времени осажденные уже очень сильно страдали от голода. Так что, несмотря на то, что Велизарий предлагал им сдаться на самых необременительных условиях, они решили продлить оборону.

Но время шло, а ни известия из Равенны, ни войско не прибыли. И готы снова отправили Бурценция к Витигесу.

В новом послании говорилось, что город выдержит осаду не более пяти дней. Посланец вновь справился со своей миссией, и снова ответ Витигеса обнадежил готов.

Однако столь долгое сопротивление Ауксина возбудило подозрения Велизария, и он решил захватить живым кого-нибудь из готов, чтобы узнать, ради чего варвары так терпеливо переносят столь страшные мучения. Решение этой нелегкой задачи Велизарий поручил военачальнику Валериану.

В числе воинов Валериана были славяне, которые, как пишет Прокопий Кессарийский, «привыкли прятаться даже за маленькими камнями или за первым встречным кустом и ловить неприятеля». Выбрав одного из них, Валериан поручил ему привести живым вражеского воина, пообещав за услугу щедрое вознаграждение.

И вот этот славянин затемно пробрался очень близко к стенам и спрятался, прикрывшись хворостом. С рассветом появился гот и стал собирать траву, не ожидая никаких неприятностей от кучи хвороста, зато постоянно оглядываясь на неприятельский лагерь. Выждав удобный момент, славянин бросился на него сзади, схватил гота поперек туловища сильными руками, принес в лагерь и вручил Валериану.

Пленного допросили, и он объяснил, почему варвары, добровольно обрекая себя на жесточайшие страдания, продолжают держаться и на чью помощь они надеются. Гот выдал Бурценция, указав на него, как на посланца, дважды доставлявшего письма Витигесу и ответы от него. Уличенный фракиец подтвердил слова пленного. Велизарий выдал его товарищам, позволив им поступить с ним по собственному усмотрению. Сослуживцы долго не раздумывали и сожгли Бурценция живьем, устроив экзекуцию таким образом, чтобы ее видел неприятель. Довольно скоро Ауксин сдался Велизарию.