Чтение онлайн

вкушение. Цвингли стремится выразить это среди прочего через

вышеупомянутое символическое толкование. Далее он

говорит о словах «тело и кровь Христа» в этом контексте как о

«alloeosis», то есть о риторической фигуре, которая предполагает,

что высказываемое о человеческой природе Христа в

действительности относится к божественной природе.

Лютер, напротив, теснейшим образом связывает Слово, к ко-

торому обращена вера, и внешние элементы, принимаемые в При-

164 «Есть», «является». — Прим. перев.

165 «Обозначает». — Прим. перев.

204

частии. Они связаны в силу слов установления. Поэтому в таин-

стве существенны Слово и телесное вкушение вместе взятые.

Присутствие Христа не обусловлено верой. Даже неверующие

причастники получают дар Таинства, хотя и в осуждение, а не во

спасение. Ясно, что лишь вера принимает прощение грехов, но

«вкушение» тела и крови Христа происходит не только «духовно»,

но телесно («oralis», устами). В то же время важно, что тело и

кровь Христа — это не нечто плотское, но нечто духовное. Тем

самым Лютер преодолевает философский дуализм между духом и

материей, лежащий в основе спиритуалистского понимания.

В противовес учению Цвингли о «alloeosis» Лютер

говорит о реальном «communicatio idiomatum». Это означает, что

свойства божественной и человеческой природы обмениваются и

проникают друг в друга благодаря единству личности Христа.

Выражение «тело и кровь Христа» указывает на человеческую

природу Христа. Но благодаря единству божественного и

человеческого во Христе, человеческая природа сопричастна

свойствам божественной природы и должна быть теснейшим

образом соединена с ней. Поэтому вера обращается к человеку

Христу и принимает в Причастии Его тело и кровь, которые в то же

время являются телом и кровью Сына Божия. Это принятие

происходит посредством телесного вкушения, а не только через

общение веры в духовной сфере.

Идея «сообщения» свойств («communucatio idiomatum») может

далее прояснить вопрос о реальном присутствии. Лютер стремится

объяснить его (насколько это возможно) с помощью так называе-

мого учения о повсеместном присутствии: как Бог Христос везде-

сущ. Но этому свойству сопричастна также Его человеческая при-

рода («ubiquitas corporis Christi»).166 Поэтому Христос может

присутствовать в преподаваемом в Причастии хлебе и вине так же,

как человек. Кстати, предпосылки этого учения о повсеместном

присутствии существовали уже в номинализме. Представление о

вездесущности человеческой природы Христа бьшо принято более

поздним лютеранским богословием, особенно когда бьшо

необходимо подчеркнуть отличие от реформатского понимания

Причастия.

з. Учение о церкви. Для того чтобы понять отношение Лютера

к церкви, лучше пользоваться понятием «христианская община»

или подобным, поскольку в наши дни слово «церковь» приобрело

значение, которое не соответствует тому, что вкладывает в это

понятие Лютер.

166 «Повсеместное присутствие тела Христова». — Прим. перев.

205

Для Лютера церковь («ecclesia») — это прежде всего

сообщество всех верующих, которое в третьем артикуле Символа

Веры называется «общением святых» («ein Gemeinschaft der

Heiligen»). Она является собранием всех верующих во Христа на

земле («ein Versammlunge aller Christglaubigen auf Erden»). При этом

подразумевается не внешнее сообщество с институтами и

должностями, но внутреннее сообщество всех, кто имеет одну веру

и одну надежду. Церковь как таковая является предметом веры.

Новизна точки зрения Лютера состоит в том, что явно

подчеркивается это духовное невидимое сообщество как

необходимая составляющая церкви. Церковь — это не

внешнее учреждение, воплощенное в личности Папы, но

духовное единство всех верующих. Это сообщество невидимо и не

зависит от времени и места. Ибо никто не может видеть, у кого из

людей есть истинная вера, или знать, где есть эта вера.

Затем можно также говорить о церкви в другом смысле слова.

Она также является внешним сообществом, а именно конкретной

общиной, которая собирается в здании, в приходе, в

епархии и т.д. В этом внешнем сообществе есть определенный

порядок, служения, должности и обычаи. К этому внешнему

христианскому миру относятся все крещенные и все, кого достигла

проповедь Слова и кто исповедует христианскую веру. Здесь

нельзя провести границы между истинно верующими и лицемерами

в христианской вере.

Первое сообщество называется внутренней, духовной церковью

или христианским миром, а второе — внешним, телесным

христианским миром. Оба следует отличать друг от друга. Во

внешней общине существенным является внутреннее, духовное

сообщество. Ради него и существует община. Нельзя, уподобляясь

папистам, приравнивать церковь к конкретному учреждению, но

также нельзя, подобно энтузиастам, отказываться от внешнего со-

общества для того, чтобы создать общину, состоящую лишь из

святых. Так же, как вера должна держаться за внешние

знаки в Таинствах и за внешнее Слово, она также должна

стремиться к истинному христианскому общению во внешней

общине, так как в ней есть и Слово, и Таинства. В интересах

ясности и правильного понимания следует проводить различие

между внутренней и внешней общиной или церковью, но в