История влюбленного демона
Шрифт:
Она взглянула в глаза своего собеседника и застыла на месте, медленно опустив руку.
— Ты…ты
Со страхом глядя на Коннора-Килма, она испуганно оглянулась на мать и попятилась к ней.
— Ты — не Мастер…
— Да? — Коннор-Килм насмешливо посмотрел на ребенка. — А разве я на него не похож?
— Похож… — медленно кивнула девочка, глядя на него, как кролик на удава. — Но ты — не он…
Она постепенно отступала к матери и, наконец, прижалась к ней, не спуская глаз с Коннора-Килма.
— Твоя дочь догадлива, — ухмыльнулся бывший дух.
— Это, действительно, не Мастер, дорогая, — тихонько сказала Дайана, вытирая все еще мокрые щеки дочери.
— Как это? — широко раскрыв глаза, спросила та. — Но. это же…
— Нет, — покачала головой миссис Дрейк. — Это — только его телесная оболочка
— А…кто это, мама? — тихонько прошептала маленькая Филлис.
— Это… — вздохнула Дайана, — это — Килм. Он…э-э-э…вселился в тело Мастера. Ненадолго.
— Ненадолго… — усмехнувшись, покрутил головой бывший дух. — Это уж как получится. Тем более — теперь.
— А как же Кон? — часто заморгала девочка, чувствуя, как слезы опять подступают к глазам. — Он один…
— О ком это она? — подозрительно нахмурился Коннор-Килм, обращаясь к Дайане.
— Это — сын Мастера, — внимательно глядя на него пояснила Жрица.
— Мастер… — бывший дух усмехнулся и скептически покачал головой. — Он должен лучше смотреть за своим сыном. Можно ли позволять детям путаться под ногами у взрослых?
— Это — не простые дети, Килм, — опуская глаза, негромко сказала Дайана.
— Что? Дети-волшебники? — иронично скривился тот.
— Можно сказать и так. Но я должна помочь мальчику, — сдвинув брови, упрямо произнесла Жрица. — Нельзя допустить, чтобы из-за всех этих дел пострадал ребенок.
— Мне плевать, кто там пострадает! Клянусь Хаосом! Ты видела, что произошло?
— А что произошло? — Дайана огляделась кругом и пожала плечами. — По-моему, все, как и раньше.
— Конечно! — иронично развел руками Коннор-Килм. — Разве можно заметить такую малость, как исчезновение Источника!
— Мамочка, — затеребила мать маленькая Филлис, — Кону нужно лекарство…Он ждет…там, — она махнула в сторону. — Пожалуйста, давай пойдем туда…
— Погоди… — нахмурилась Дайана, обращаясь к Коннору-Килму, — ты хочешь сказать…
— Что исцеляющей воды, Живого Источника — больше нет!
— Кон..- твердила девочка, схватив мать за руку, — он там…Мамочка…идем…Мы не успеем…
Глаза ее опять наполнились слезами. Дайана закусила губу и посмотрела на Коннора-Килма отчаянным взглядом.
Тот долго стоял, задумавшись. Складывая все неожиданности, ожидавшие их в долине в одну большую логическую картину, он, наконец, принял решение.
— Хорошо! Отправляемся!
— Я покажу дорогу, — робко подняла на него глаза девочка.
— Без надобности! — отрезал он, беря Жрицу за руку.
— Сосредоточься на Коне, дорогая, — попросила Дайана.
Девочка, удивленно посмотрев на Коннора-Килма, а потом на мать, закрыла глаза и прислушалась к своему внутреннему голосу.
И через минуту на поляне было пусто.
Но ненадолго. Едва распрямилась трава, примятая солидной фигурой Коннора-Килма и легкими фигурами Жрицы и ее дочери, как под развесистым дубом появился Гор.
Кон проснулся оттого, что кто-то смотрел на него. Похлопав сонными еще глазами, он удивленно огляделся кругом. Высокий атлет, ласково улыбаясь, смотрел на него с высоты своего немалого роста.
— Привет!
Мальчик с интересом посмотрел на незнакомца.
— Привет!
Он осторожно поднялся с земли и, пошатнувшись, чуть не упал.
Незнакомец подхватил Кона и прижал к своей груди. Тот недовольно уперся ладошками в крепкие мышцы атлета, пытаясь освободиться.
— Я не маленький! — возмущенно воскликнул он.
— Извини, — незнакомец усмехнулся и осторожно поставил мальчика на землю.
Кон внимательно посмотрел на него, и, вздохнув, опять огляделся.
— А где маленькая Филлис? — спросил он.
— Филлис? — Атлет пожал плечами и тоже огляделся. — Не знаю. А ты был с ней?
— Да! Мы шли спасать Коннора! — гордо задрал подбородок малыш. — И ее маму.
— Ну и как — спасли? — серьезно спросил атлет, хотя глаза его смеялись.
Это было так знакомо, что Кон еще раз внимательно взглянул на незнакомца, вспоминая, у кого он видел такой взгляд. Но насмешливый тон мужчины не понравился мальчику. Кон выпятил нижнюю губу и насупился. Бросив на атлета укоризненный взгляд, он не ответил, а только обижено засопел.
— Ясно, — понимающе кивнул незнакомец. — И что же случилось потом? Почему здесь нет твоей Филлис?
— Не знаю… — Кон озадачено повертел головой. — Она…она
Он пожал плечами и недоуменно взглянул на своего собеседника. Затем опять внимательно вгляделся в него и спросил:
— А ты — кто?
— Я? — незнакомец вздохнул и присел рядом с ребенком. — Я, малыш, и сам пока не знаю, кто я…
Ласковые, родные глаза отца глянули прямо в самую душу мальчика, и он замер на месте. Оглядев округлившимися от удивления глазами склонившееся над ним незнакомое лицо, Кон опять взглянул в глаза атлета и, ахнув, изумленно захлопал ресницами. Проведя рукой по щеке незнакомца, не отрывая взгляда от излучавших любовь глаз отца, мальчик прошептал:
— Это…ты? Да?
Коннор чувствуя, как сердце сжалось от неизъяснимой смеси тревоги, любви и горечи, стиснул зубы, сдерживая волнение, и кивнул.
— Это я, — тоже прошептал он.
Мальчик, обняв его за шею, прижался к незнакомому телу атлета, как будто оно было самым родным.
— Папочка…
Он часто заморгал глазами и всхлипнул.
— А почему тебя так долго не было?
Коннор закрыл глаза и прижал сына к сердцу. От волнения он не мог произнести ни слова. Его сын! Его мальчик снова с ним! И он узнал его! Но…Коннор тяжело вздохнул. Слава богу, что ребенок эмпатическим даром распознал его настоящую сущность. А что будет дальше? Как объяснить все его матери? И примет ли она его в таком виде?