Чтение онлайн

Эти требования к бомбардировочному вооружению самолетов были 16 сентября утверждены начальником Управления военно-воздушного флота и разосланы заводам, строившим самолеты.

Первостепенное значение имел вопрос изготовления приборов бомбардировочного вооружения в количестве, способном удовлетворить потребности авиаотрядов. Заводы, не имея утвержденных образцов бомбометов, отвечающих новым требованиям военного ведомства, вынуждены были либо по-прежнему ставить на самолеты старые бомбометы системы Шкульника и Орановского, либо, как писал директор завода Лебедева, не снабжать аппараты бомбосбрасывателями "впредь до получения от Управления военно-воздушного флота нового типа бомбосбрасывателей, приспособленных к данным аппаратам".

Полковник Вегенер в Авиаканце, получив это письмо, писал на имя начальника Управления: "Полагаю необходимым дать хоть что-нибудь, прошу указания, какие именно бомбометы желательно ставить". На отношении сохранилась резолюция: "Только не Шкульника".

Поскольку бомбосбрасыватели системы Шкульника были отвергнуты, оставались бомбометы Орановского, которые также не отвечали требованиям, сформулированным артиллерийской комиссией. Заводы всячески противились их установке, ссылаясь на то, что они увеличат лобовое сопротивление и снизят летные качества боевых машин. Однако действительная причина крылась в том, что для всего заказа на самолеты "Лебедь" и "Вуазен" уже были заготовлены установки системы Шкульника. Администрация завода Лебедева считала, что пройдет не менее месяца после получения чертежей и образцов бомбосбрасывателя Орановского, прежде чем удастся освоить его производство [123] .

Неподготовленность военного ведомства и корыстные интересы заводчиков привели к тому, что часть самолетов была задержана при приемке и не поступила к сроку на фронт. В конечном счете Управление военно-воздушного флота 22 января 1917 г. разрешило "допустить к сдаче и отправке 25 самолетов "Лебедь-12" с установленными на них четырьмя круглыми бомбосбрасывателями системы инженера Шкульника" [124] .

Разработка новых типов бомбосбрасывателей продолжалась. Инженер Л. Д. Колпаков, известный своими работами над двухмоторным самолетом, в ноябре 1916 г. представил на рассмотрение приспособление для сбрасывания авиабомб, удовлетворяющее основным требованиям. Аппарат мог устанавливаться на любом самолете независимо от конструкции. С помощью натяжения специального троса бомба освобождалась одновременно во всех частях подвески, для этого надо было только потянуть за кольцо [125] .

Комиссия по изучению воздушной артиллерии, ознакомившись с конструкцией нового прибора, предложила принять его к установке и испытанию на одном из самолетов, выпускаемых заводом Лебедева. Из-за неповоротливости военного ведомства испытание было организовано только 7 февраля 1917 г. Завод предъявил комиссии четыре бомбомета, установленных на самолете "Лебедь-12": два крайних для пудовых бомб и два средних — для 20-фунтовых. Бомбометы действовали исправно. Конструктору предлагалось осуществить небольшие переделки, после чего бомбометы были приняты на вооружение отечественных самолетов.

Усовершенствованных бомбосбрасывателей не хватало. В боевых условиях летчики по-прежнему либо сбрасывали бомбы вручную, либо пользовались примитивными самодельными приспособлениями. Чаще всего на борту фюзеляжа укреплялась металлическая трубочка, снабженная разъемным хомутиком и крючком. Стабилизатор бомбы, подвешенной в горизонтальном положении, удерживался крючком, хомутик охватывал ее переднюю часть. В гондоле самолета находился тросик, потянув за который можно было выдернуть штырь хомутика и сбросить бомбу.

Описание аналогичного приспособления сделано Н. Е. Жуковским в работе "Бомбометание с аэропланов": "Левое кольцо удерживает переднюю головную часть бомбы, а правый диск с тремя лапками удерживает стабилизатор; на фотографии диск на своем шарнире опустился вниз. К диску прикреплен палец, не дающий вращаться предохранительному пропеллеру, кольцо имеет на середине шарнир, а снизу удерживается штифтиком, который выдвигается с помощью невидного на фотографии рычага летчиком. Бомбы большой величины вешают горизонтально на ушко, помещенное против центра тяжести, причем для сбрасывания выдергивается штифт, удерживающий ушко" [126] .

Усовершенствовались бомбосбрасыватели и для тяжелых самолетов. Вначале они также были довольно примитивными. Бомбы крупного калибра размещались под фюзеляжем симметрично относительно продольной оси близко к центру тяжести самолета. Позже на кораблях "Илья Муромец" стали делать внутреннюю подвеску. Бомба находилась в кассетной установке внутри фюзеляжа и сбрасывалась при помощи механических приспособлений.

В ходе войны русским конструкторам и военным летчикам удалось создать надежные приспособления для сбрасывания авиабомб, намного повысившие точность бомбометания, добиться их надежности, малого веса, четкости действия, обеспечить безопасность пользования ими.

Бомбардировочные прицелы. С первых дней войны особое значение приобрели вопросы меткости бомбометания, возникла настоятельная необходимость в специальных прицелах для метания бомб. Летчики и летчики-наблюдатели по собственной инициативе изучали причины, влияющие на точность попадания бомб, разрабатывали элементарную теорию падения снарядов с летящего самолета. На основе их наблюдений в боевой обстановке создавались как теория, так и первые образцы бомбардировочных прицелов. Инициаторами были офицеры Толмачев, Н. И. Иванов, Шатский, А. Н. Журавченко и другие.

Изучением проблем прицельного бомбометания занимались и передовые ученые того времени Н. Е. Жуковский, Г А. Ботезат, Тираспольский и другие. Над этой задачей работали многие техники, инженеры и студенты технических учебных заведений. Среди них наилучших результатов добились инженеры Гарф и Лебеденко, студенты Стечкин и Булычев.

Была разработана теория бомбометания и созданы прицельные приборы, обеспечивающие наведение самолета на цель и определявшие момент сбрасывания бомбы. Первые прицелы долго оставались в стадии опытных и продолжали совершенствоваться. Это были, главным образом, угломерные приборы различной конструкции, позволявшие устанавливать угол прицеливания по данным путевой скорости и высоты полета. Углы прицеливания летчик-наблюдатель брал из баллистических таблиц профессора Г Ботезата, изданных отдельной брошюрой, которую в случае вынужденной посадки в районе неприятеля полагалось уничтожить.

Насколько несовершенны были первые приборы для бомбометания, показал опрос командиров авиационных рот, проведенный в августе 1915 г. заведующим авиацией и воздухоплаванием действующей армии. Когда командир 6-й авиационной роты запросил мнение начальников авиаотрядов о применяемых прицелах, то оказалось, что большинство из них "указанных приборов совсем не заводили", так как считали все существовавшие приборы малопригодными и не оправдывающими своего назначения. Командир авиароты утверждал, что "обыкновенный навык при достаточно выработанном глазомере в настоящее время стоит выше предложенных приборов; единственно заслуживающими внимания могут считаться приборы Толмачева (упрощенный) и Тираспольского, но польза от них настолько проблематична, что начальники отрядов даже не настаивали на заведении их в отрядах" [127]

В ответ на телефонограмму авиадарма начальник 30-го корпусного авиационного отряда капитан Замитан 14 октября 1915 г. телеграфировал, что "специальных прицелов для сбрасывания бомб в отряде не имеется, имеется лишь приспособление для точного определения местонахождения аэроплана по отношению к цели, лучшее приспособление выработано поручиком Шатским, опыты производились лишь последнее время" [128] .

Развитие бомбардировочной деятельности авиационных отрядов и эскадры многомоторных кораблей, высокие требования, предъявляемые войсковыми штабами к этому роду боевой работы, заставили с конца 1915 г. перейти к более широкому использованию прицелов для бомбометания. По поручению Комиссии по воздушной артиллерии Н. Е. Жуковский разработал таблицы для бомбометания с самолетов, в которых были установлены углы упреждения при сбрасывании бомб в зависимости от скорости самолета.