Чтение онлайн

Весьма туманное представление об общественных идеалах, с одной стороны, с другой же — невозможность вести открытую борьбу против существующей системы феодального гнета и подавления делают распространенным литературным жанром басню. Басни пишут за редким исключением все поэты, но наиболее часто прибегают к этому жанру Григоре Александреску, Александру Донич. Непосредственно к басне примыкают гораздо менее распространенные жанры сатиры и посланий. Они хотя и не выходили за рамки критики быта и нравов, однако эта условная узость не мешала им расшатывать устои феодального общества.

Большую роль в общественной жизни 20—40-х годов играл театр. Создание «Филармонического общества» в Бухаресте (1833) и «Филармонико-драматургической консерватории» в Яссах (1836) потребовало национального репертуара. Сатирическая комедия более всего соответствовала мироощущению эпохи: общественное зло казалось вполне одолимым, и в борьбе с ним важнейшим оружием были смех, сатира, ирония.

Одной из первых национальных пьес была комедия Костаке Фака «Комедия времени. (Офранцуженные)» (1833). Но основы национальной драматургии заложил Василе Александри, его пьесы «Фармазон из Хырлэу» (1840), «Модистка и чиновник» (1841), «Иоргу из Садагуры» (1844), «Яссы во время карнавала, или Заговор во сне» (1845). Если в трех первых комедиях Александри не выходит за рамки осмеяния нравов и типов городской среды, то в комедии «Яссы во время карнавала» подобному осмеянию сопутствует изображение страха власть имущих перед возможным заговором, т. е. революционным переворотом.

В канун революции 1848 г. наиболее широкую и активную литературную деятельность развертывает в Молдавии В. Александри. Поэт,

драматург, собиратель народных песен, он выступает и как прозаик, являясь автором «Истории одного золотого» (1844). Несмотря на то, что «История» написана прозой, она как бы концентрирует в себе все поэтические жанры: здесь и басенная аллегория, и медитация, и сатира; в ней есть и ирония над ложным романтическим пафосом, и подлинный романтический пафос, когда речь идет о положении цыган в Дунайских княжествах. Используя многообразные романтические приемы, В. Александри дает беглую характеристику различных слоев общества, равно подвластных силе денег, и вместе с тем высказывает основные прогрессивные идеи своего времени — от требования чистоты языка до требования свободы от феодального произвола.

Весьма емкая как по идейному содержанию, так и по использованию разнообразных приемов романтической литературы новелла Александри «История одного золотого» является одним из ярких достижений прозы этого периода, в основном представленной «малым жанром»: отдельными картинами, зарисовками, сценками, осколками жизни (или сюитой зарисовок, какой является «История одного золотого»). Эта проза близка к «физиологическому очерку», достаточно распространенному в западноевропейских и русской литературах. Такая проза, тяготея к конкретности и достоверности изображаемого, имеет некоторое сходство с поэтической сатирой, что говорит о ее внутренней связи с литературой данного периода. Вместе с тем благодаря своей художественной достоверности эти «очерки» являются провозвестниками реалистической литературы.

Революция 1848 г. в Дунайских княжествах потерпела поражение. В истории Дунайских княжеств начался новый период. Однако литература в лице наиболее последовательных поборников революции еще продолжает жить ее пафосом. В этом отношении примечательны две фигуры: Николаэ Бэлческу и Алеку Руссо.

Н. Бэлческу (1819—1852) — последовательный революционный демократ, автор таких работ, как «Военная сила и военное искусство от основания княжества Валахии до настоящего времени» (1844), «О социальном положении трудящихся землепашцев в румынских княжествах в разные времена» (1846), «О наделении крестьян землей» (1848), «Ход революции в истории румын» (1850). В его трудах исторический процесс осмыслен с позиций революционного демократизма, что имело важное значение как для развития общественной мысли, так и для литературы, проявлявшей пристальное внимание к национальной истории.

Группа революционеров 1848 г.

Гравюра К. Петреску

Если Бэлческу привнес в родную литературу научную публицистику, то Алеку Руссо (1819—1859) в своей «Песне Румынии» (1850) — публицистику эмоциональную. Отталкиваясь от библейской «Песни песней», А. Руссо создал гимн родине и ее народу. «Песнь Румынии» звучит вместе с тем как пламенный призыв к борьбе против национальной и социальной неволи.

Первая половина XIX в. в истории литературы Дунайских княжеств характеризуется бурным ее становлением, выразившимся в формировании всех ее родов и основных жанров. Романтический подъем в период национального возрождения, отмеченного антифеодальной борьбой и подготовкой к буржуазно-демократической революции 1848 г., совершил главное — твердо поставил литературу на демократические позиции и дал ей национальную основу: история, фольклор, народная жизнь.

*Глава одиннадцатая*

ГРЕЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

Трехвековое господство Османской империи прервало культурное развитие Греции, и лишь со второй половины XVIII в. создаются предпосылки для национального возрождения: прокатывается волна восстаний против поработителей, некоторый социально-экономический подъем обеспечивает условия намечающегося буржуазного развития, а в греческих центрах диаспоры — Вене, Венеции, Париже, Бухаресте — развертывается просветительское движение, призванное пробудить сознание угнетенных греков. В 1814 г. в Одессе возникло тайное общество «Филики Этерия», которое приступило к подготовке национально-освободительного восстания. Оно вспыхнуло в 1821 г. и переросло в национально-освободительную революцию, завершившуюся в 1830 г. признанием Греции как независимого государства.

Уже на рубеже XVIII—XIX вв. в атмосфере назревающих революционных событий идут жаркие споры о судьбах греческой культуры, о литературном языке. Широкое распространение получают идеи Ригаса Велестинлиса (1757—1798), революционера-просветителя, автора «Пламенного гимна» и конституции свободной Греции, составленной по образцу французской конституции 1793 г. Обращаясь к широким народным массам, Ригас писал на живом, разговорном народном языке — димотики.

Убежденными сторонниками димотики выступают в начале XIX в. поэты Атанасиос Христопулос (1772—1847) и Иоаннис Виларас (1771—1823). Свою лепту в разработку нового литературного греческого языка они внесли как теоретическими сочинениями, так и поэтическим творчеством. Классицистическая отточенность поэтического слова в анакреонтической лирике Христопулоса («Лирика», 1811), сближение с фольклорной традицией у Вилараса («Стихи и проза», посмертно, 1827) раскрывали возможности димотики как литературного языка новой Греции.

Активными противниками димотики были фанариоты — представители греческой чиновничьей аристократии. Фанари — богатый греческий квартал Константинополя — в период османского ига являлся своеобразным средоточием учено-книжной греческой традиции. Здесь культивировался древний язык. Возрождение его представлялось фанариотам главной предпосылкой духовного возрождения Греции (Н. Дукас, А. Париос, П. Кодрикас). Многие фанариоты отдали дань увлечению французским Просвещением, однако вскоре после Великой французской революции, напуганные растущей популярностью революционных идей, они занимают все более консервативные, элитарные позиции, в том числе и в вопросе о языке.

Умеренный, «средний» путь избирает самый крупный деятель греческого просветительства Адамантиос Кораис (1748—1833). Он стремился приобщить своих соотечественников к достижениям западной культуры, а также популяризировать античное наследие. В 1805 г. он предпринимает в Париже издание «Греческой библиотеки» — серии комментированных публикаций древнегреческих авторов, которая принесла ему европейское признание. Кораис ориентируется на димотики, однако настаивает на необходимости очистить лексику от наслоения «варваризмов» и нормировать грамматическую систему.