Чтение онлайн

Жена посмотрела на меня. Я мягко поцеловал ее в нос.

— Всему свое время, милая. Просто верь. Просто верь мне.

***

Огонек выслушал меня абсолютно молча, не перебив ни разу. Мы сидели в одной из закусочных в южной части города, у окна: снаружи было достаточно темно, покапывал холодный, мелкий дождь. Небо было тяжелым и серым. Сумерки начинали постепенно вступать в свои права. Когда я закончил рассказ, Сережа потер глаза и уставился в окно. Снова какое-то время помолчал. Мне очень хотелось перебить его молчание, но я не стал. Знал, что не следовало.

— Да, это возможно, — сказал он. — Но у меня есть несколько вопросов.

— Да?

— Неужели нет никакого другого способа попасть в Японию? Именно накопить денег и сесть на самолет?

— У меня сейчас нет знакомых, через которых можно было бы оформить такую услугу. Тем более, это достаточно дорогая услуга.

Огонек покачал головой.

— Да, — согласно сказал я. — Сейчас не послевоенное НРГ, и, вероятно, если поискать человека, он возьмет меня на борт. Но тогда платить придется ему, даже если меньшую сумму. Мне в любом случае нужны деньги.

— А если скинутся всем? Я могу помочь. Петрович, Дед.

— Не хватит, Сереж. Этого не хватит на билет туда, обратно и уж тем более на пребывание там. Это другой свет. Тем более санкции и прочее. Я приму помощь, но это все равно нужно.

Гаргарьин почесал усы.

— Конченая у нас жизнь. Сами живем с относительным комфортом, но поехать мир посмотреть — нужны баснословные деньги.

Я слабо улыбнулся.

— Да, такова участь нас, простых смертных. Так... Какие еще есть вопросы?

Огонек снова помолчал.

— Я могу взять тебя тренировать. Это не вопрос. Но ты должен понимать, что это может не помочь. Это не просто драки за деньги, там можно умереть.

— Знаю. Но со смертью я встречался часто. Справлюсь.

— У тебя есть опыт в драках?

— Да.

Гаргарьин недоверчиво посмотрел на меня. Я усмехнулся.

— Да, знаю, что выгляжу скучным и спокойным парнем, но когда-то у меня был опыт в драках. Именно в жестких. А так — мы с Дедом иногда попадаем в передряги.

— Фигня эти ваши передряги... Ладно, может, по памяти тела...

Парень вздохнул.

— Нужно будет обсудить еще несколько вопросов, но пока что, думаю, все. Первую тренировку назначаю в понедельник.

— Хорошо. Спасибо, Сереж.

— Кость.

— Да?

— Будет тяжело.

— Я знаю, приятель, знаю. Но выбора нет. Я обязан.

***

Договориться с Петровичем о том, что смены я буду заканчивать теперь на два часа раньше обычного, не составило труда. Зоя была не в курсе моей идеи заработать денег, — рассказал я об этом только Огоньку, Деду и самому Петровичу. Все трое пообещали мне выделить денег на лечение Зои. Или, вернее сказать, на путь к ее выздоровлению. И мы начали тренироваться. Я и Огонек. И тренировки были тяжёлыми.

Зал, в котором мы занимались, назывался "Синий бык". Большим плюсом этого зала являлось то, что народу здесь было немного, а заниматься можно было не только каким-то определенным видом спорта. Заведение включало в себя саму идею боев, а каких именно, решал уже приходящий сюда человек. Ринг и груши также были на месте. В понедельник, когда я пришел сюда в первый раз, народа не было вообще. Старый, нарисованный на доске при входе синий бык, грозно глянул на меня единственным глазом, который было видно.

— Ты тратишь слишком много энергии, — сказал мне Огонек, когда мы уже разделись по пояс, разулись и забрались на ринг. После разминки и недолгой работы с грушей друг сразу решил браться за дело.

— Давно не дрался, — я вытер перебинтованной рукой пот со лба. Рыжий жал меня к ограде из канатов, нанося неторопливые, но опасные удары.

— Не сомневаюсь, но запомни одну вещь: чем больше движений, тем меньше выносливости, чем меньше выносливости, тем меньше времени и сил. Чем быстрее ты выиграешь раунд, тем лучше. Это логика.

— Понял.

Огонек нанес резкий удар. Кулак рассек воздух над моим правым ухом. Я резко оттолкнул рыжего от себя, переместившись ближе к центру арены. Теперь мы поменялись местами.

— Неплохо, — сказал он. — А что дальше?

Я сделал выпад, прописав двойку в пространство вокруг Огонька.

— А теперь вторая вещь: ты пока не сильно крутой боец, чтобы прописывать мощные и долгие комбинации. Атака — это тоже расход энергии. Если все будет идти, как надо, тебе хватит всего одного удара, чтобы победить. Главное не то, сколько ударов, а то, какие они.

Неожиданно рыжий резко проскочил под моей рукой и врезал мне по лицу. Оказавшись на полу, я открыл глаза. Огонек протянул мне руку. Я поднялся.

— Что пишут об этой болезни?

— Честно говоря, очень мало информации, — я потер место, куда ударил Гаргарьин и посмотрел в окно. Пасмурная погода никуда уходить не хотела. Московское небо снова затянули тучи. — Нашел одно-два упоминания в интернете. Одно связано с этой "хворью", другое отчасти. Вывод все равно один: японские монахи, живущие в отдалении от городов и даже сёл, могут обладать чудодейственными силами, способными помочь. Точнее, это не магия. Я еще нашел одну книжку, в которой было об этом немного сказано. Это комплекс каких-то целебных действий, физических, и что-то связанное с медитацией. Физические действия повернут вспять саму болезнь, когда... Если она успеет разрастись, а медитация поможет ее уничтожить в принципе. Если, опять же, говорить грубо... Я не знаю.

Огонек некоторое время помолчал.

— Ладно. Главное туда добраться, а там уже будем смотреть. Сейчас время тренировок. Продолжим?

Я кивнул.

— Хорошо. А теперь защищайся.

***

Холодный ветер заставил нас с Зоей поднять выше вороты своих плащей. Зайдя за угол, мы пошли по переулку, чувствуя, как дождь начинает касаться каплями наших макушек. Через несколько минут мы добрались до нужной двери и постучали в нее. Дверь нам открыла достаточно высокая, статная женщина. Волосы у нее были длинные и собранные наверху в величественный пучок, средь темных линий которого проглядывала проседь.

— Штили?

Мы кивнули.

— Проходите.

Мы прошли в узкий коридор и поставили на пол сумки и рюкзаки, которые несли с собой. Плащи повесили на вешалку, очевидно, висящую здесь очень давно. Понять это было очень просто: сейчас таких вешалок банально не делали. Не потому, что не было хороших мастеров, а потому, что раньше такие элементы интерьера отличались от тех, которые делают сейчас. Они выглядели как часть ушедшей, великой эпохи; или, точнее, они ею и являлись.

— Много принесли?