Чтение онлайн

А тут как назло прорвало городскую магистраль, но мэр был уже в Германии по случаю 1100-летия города-побратима Касселя. Буквально следом — поездка в Иран, где, по слухам, имеются качественные и недорогие аттракционы: градоначальник вознамерился установить в городе колесо обозрения грандиозных размеров.

Когда же Урлашову намекнули, что его путешествия слишком дорого обходятся казне (мол, по 500 тысяч рублей каждая) и вообще напряженная международная деятельность не входит в круг непосредственных забот мэра, он ответил, как отрезал: «Ярославль, как столица демократии, должен быть открыт миру!» — и тотчас же отбыл с компанией в Италию на фестиваль российской культуры под названием «Русская весна в Палермо». Еще был Вильнюс.

А вот поездку в Таллин для «изучения опыта безбилетного проезда в городском транспорте» подпортили вешние воды, которые частично разрушили ярославскую набережную и снесли опору моста. В общем, приход весны в родные края Евгений Урлашов пропустил. И когда городские службы стали выяснять местонахождение мэра, интернет-портал «Северная бормотушка» (это такая птичка-пересмешник, занесенная в Красную книгу) съязвил: «Сильный циклон с осадками и ливнем смыл главу города Ярославль в Эстонию».

А может, пальма первенства принадлежит вовсе не «Северной бормотушке», поскольку похожими на правду анекдотами про Евгения Робертовича Урлашова заполнено все местное медийное пространство. Дескать, ярославский градоначальник — это скорее слышимость, нежели видимость, поскольку городом из своего прекрасного зарубежного далека руководит преимущественно по телефону. В общем, уникальное административное явление: градоначальник-невидимка.

Но самое главное, что результат всех этих поездок по долгу службы пока один — тополь у Спасо-Преображенского монастыря, украшенный сорока оранжевыми зонтиками. Будто бы то ли Евгений Робертович лично, то ли кто-то из сопровождавших его лиц позаимствовал эту креативную идею в одном из зарубежных турне. Не Шербур, конечно, но в целом миленько. К тому же, пока считаешь зонтики на ветках, не так бросается в глаза другая российская беда, характерная и для Ярославля, — разбитые дороги.

По разным подсчетам, половина горожан чисто по-русски жалеет своего избранника: дескать, это не деньги его испортили (не было откатов!), а власть и популярность. Мол, у мэра возникло головокружение от успехов: и года не прошло, как уже стал чем-то наподобие областной звезды федерального масштаба.

Еще одна версия: вся беда ярославского мэра только в том, что он сильно насолил властям предержащим, вот и оказался под колпаком, а потом и на нарах. Причем маниакальное бодание с губернатором Ярославщины Сергеем Ястребовым — это так, мелкие шалости. Самые стойкие приверженцы Урлашова убеждены, что главная его провинность, безусловно, с политическим подтекстом: ведь превращение областного центра в заказник для белоленточной оппозиции, другими словами, возможная победа на выборах ставленника «Гражданской платформы», никак не могла остаться без последствий.

Их ждет большое разочарование, если будет доказано, что политика тут где-то сбоку.

Хотя чего гадать? Следствие покажет...

Генерал Очевидность

/ Политика и экономика / В России

Официальный представитель СКР Владимир Маркин: «Моя задача — обозначать границы и громко предупреждать тех, кто их переходит»

Политизированная общественность живет в ожидании приговора Алексею Навальному, который, как планируется, будет оглашен 18 июля. Посадят или нет? Не удержались и мы: именно этот вопрос был первым из числа заданных нами руководителю управления взаимодействия со СМИ Следственного комитета России (СКР) Владимиру Маркину. Впрочем, от вопроса о судьбе Навального генерал Маркин элегантно уклонился, зато рассказал, почему уехали из страны Гуриев и Каспаров, для чего проверяют «Сколково», как снимали Суркова, за что прессуют «болотных» активистов и сажают оппозиционных мэров.

— Владимир Иванович, на днях будет вынесено решение по делу «Кировлеса» — одному из самых громких за последнее время. Можете дать свой прогноз: что ждет Алексея Навального?

— Давайте отложим все комментарии по этому делу на тот момент, когда будет вынесено решение суда. Ждать осталось совсем недолго.

— Просто в обществе есть опасение, что решение по этому делу будет не вполне справедливым. Тем более что ваше ведомство давно упрекают в политической ангажированности...

— Только совсем неопытные политики, шизанутые активисты, ну и еще соискатели западных грантов приписывают СКР политические мотивы. А мы всего лишь исполняем принятые политиками законы. За это нам платят и поощряют, за неисполнение наказывают. Вот и все мотивы.

— Да, но сидящим в СИЗО «болотным активистам» закон демонстрирует всю свою мощь. А в это самое время фигурантка дела «Оборонсервиса», томящаяся под домашним арестом, шастает по бутикам...

— Допустим, кто-то сочувствует «болотным узникам» и желает, чтобы следователи к ним не приходили и не преследовали. Тогда нужно на выборах проголосовать за партию, обещающую разрешить нападать на полицейских и устраивать массовые беспорядки, изъять эти статьи из УК. Только я сомневаюсь, что в стране найдется много сторонников такой партии. Большинство людей думает о безопасности близких, о детях. И в целом правоохранительные органы чаще критикуют не за пресечение преступности, а за бездействие.

— Да уж, в бездействии СКР не заподозришь — один арест ярославского мэра чего стоит. Кстати, неужели в деле Урлашова тоже нет политики?

— Мэров, депутатов, вице-губернаторов привлекают к ответственности довольно часто. В один день с ярославским Урлашовым Интерпол задержал по нашему запросу «единоросса» из городской думы Пензы. И никто не стал по этому поводу шуметь. Так что вопрос нужно ставить так: почему оппозиция каждый раз поднимает шум в защиту своих взяточников или мошенников? А мы в СКР коррупционеров по сортам не разделяем, они все наши будут.

— Вы не находите, что в последнее время ваша фамилия превратилась в эдакий штамп? Дескать, если звучит комментарий тов. Маркина, то дело наверняка политическое...

— Это происходит потому, что некоторые политики хотят влиять на следствие, приходится их осаживать, предупреждать — не переходите черту. Не открою секрет, если скажу, что основная тяжесть этой задачи лежит на председателе СКР. Это единственная политическая должность в нашей вертикали. Моя задача попроще — обозначать границы и громко предупреждать тех, кто их переходит. Это не политическая роль, а ровно наоборот — антиполитическая профилактика.

Просто политики еще не адаптировались к новой ситуации, отсюда столько внимания к СКР и моей персоне. И то не из-за меня, а из-за грубых ошибок известных политиков. Скоро привыкнут, перестанут политизировать банальные уголовные дела, и тогда будет меньше поводов для упоминания Маркина и Следственного комитета в политическом контексте.

— Однако пока вашим именем пугают либералов. Это ведь с вашей подачи волна новых невозвращенцев пошла — Гуриев, Каспаров? Пишут, что после вашего спича весь Совет по правам человека при президенте РФ сидит на чемоданах.