Итой. Искупление
Шрифт:
— Скидываю.
Пальцы дрожали так, что я два раза промахнулась по экрану.
— Да чтоб тебя… — прошипела я. — Сейчас. Сейчас.
Геолокация ушла. Я тут же включила громкую связь, потому что держать телефон у уха и одновременно следить, чтобы у нас тут никто не умер, было выше моих возможностей.
— Получил?
— Да.
— Ты далеко? — поспешно спросила, чтобы хоть как-то приглушить тишину и отвлечь его отв кровожадных мыслей.
— Нет.
Конечно. Очень информативно.
— Сеичи, мне нужно чуть больше конкретики, чем “нет”. У нас тут, знаешь ли, не пикник.
— Я еду.
Я оглядела поле.
— Ты как сам, нормально?!
В трубке послышалось короткое шипение, не человеческое.
— Не ссовссем. — благоразумно решила не уточнять.
Вообще никогда больше ничего не уточнять — прекрасная жизненная стратегия. Император опустился на одно колено прямо в траву и осторожно положил тело Итоя на землю. Слишком осторожно для существа, которое могло бы одной рукой снести стену.
— Ему нельзя лежать на холодном! — выпалила я.
Он поднял на меня злой взгляд.
— Тогда предложи лучше.
Я оглянулась. Поле. Трава. Мусорный пакет у куста. Какие-то доски возле старого забора. Прекрасный выбор. Пятизвёздочная реанимация на свежем воздухе.
— Сейчас.
Я сдёрнула с себя куртку и бросила на землю.
— Кладите на это. Хоть что-то.
Император ничего не сказал, просто переложил тело. Кровь тут же начала впитываться в ткань. Куртка была новая. Очень жаль. Хотя, если честно, куртка сейчас занимала где-то восемьсот сорок седьмое место в списке моих проблем.
Через сорок минут, когда прибыл Сеичи на такси, я поняла, что сейчас главное — очень быстро сказать правильные слова.
— Я жива, — выпалила я. — Ругаться потом. Спасать сейчас.
Позади таксист, уж очень настороженно наблюдал за нашей композицией, издалека. Сеичи остановился рядом. Его взгляд скользнул по мне ещё раз, как будто он проверил не только кожу, но и всё, что под ней.
Потом он перевёл взгляд на моих спутников.
— Отойди. — это он уже сказал императору, пиетета за ним не наблюдалось.
Дахор даже не шелохнулся.
— Нет.
Ой.... только не это, ещё не хватало, чтобы они тут хвостами мерялись , у кого длиннее.
— Мужчины, — сказала я очень тихо. — Если вы сейчас начнёте мериться хтоничностью посреди поля, я лично вас обоих придушу. Потом. Когда руки перестанут трястись.
Сеичи посмотрел на Императора, тот — на Сеичи, эльф между ними умирал. Просто великолепно.
— Он держит сердце, — быстро сказала я не культурно тыка пальце в грудь затянутую в шелка, затем перевела взгляд на любимого. — Ты лечишь, он держит. Все полезны. Никто никого не убивает. Работаем командой, чёрт вас побери!
Сеичи медленно опустился рядом с телом.
— Не мешай мне, — сказал он Дахору.
— Спассси её, — приказал тот.
Сеичи положил руки на грудь эльфа, красноволосый наг держал это самое сердце своей страшной багровой магией. Воздух вокруг стал плотным, поле притихло, таксист где-то на заднем плане выбрал очень мудрую стратегию выживания и дал дёру, предварительно, конечно, сняв нас на телефон.
Спасибо, родной. Надеюсь, руки у тебя тряслись и фокус ушёл в траву.
И поле вокруг нас на секунду стало абсолютно тихим.
Даже ветер замер. А я стояла рядом с телефоном в руке, двадцатью семью процентами батареи и очень ясной мыслью: если после этого кто-нибудь скажет мне, что день мог быть хуже, я его укушу.
Рана на груди эльфа начала затягиваться, слишком медленно.
Сначала мне показалось, что всё получилось. Рана на груди Итоя почти затянулась. Кровь перестала идти. Тело лежало на моей куртке бледное, красивое и настолько неподвижное, что я очень старалась не думать слово “труп”.
Красноволсый император не шевелился, лицо каменное, глаза тёмные, пальцы на груди эльфийского ректора напряжены так, будто он держит не сердце, а саму судьбу за горло.
Сеичи тоже молчал, и вот это молчание мне совсем не нравилось.
— Ну? — не выдержала я. — Получается?
Сеичи не ответил. Отлично, очень люблю, когда мужчины молчат в критический момент. Сразу чувствуешь себя спокойно и уверенно. Прямо хочешь лечь рядом с умирающим эльфом и тоже немного умереть для компании.
Рана наконец сомкнулась. Итой — тело Итоя — лежал на моей куртке бледный, красивый и совершенно неподвижный. Как дорогая фарфоровая статуя после неудачной доставки.
Я выдохнула.
— Жив?
Сеичи медленно убрал руки. Император тоже не сразу отнял ладонь, словно не верил или боялся отпустить.
— Тело живо, — сказал Сеичи.
Я моргнула.
— А почему это звучит так, будто сейчас будет “но”?
Сеичи поднял на меня взгляд. У меня появилось ощущение, будто сейчас меня опять ударят реальностью по темечку. Сто процентов «но» не просто будет. Оно уже сидит рядом, машет ручкой и улыбается мне во все зубы.
— Души в нём нет, — сказал Сеичи.
Я медленно посмотрела на эльфа, потом на Сеичи и кровожадного императора.
— В смысле нет?
Сеичи стал вытирать кровь с ладоней о неоткуда взявшийся платочек. Я зависла.
Потом снова посмотрела на Дахора. Он, кажется, понял смысл быстрее меня, но не потому, что освоился. Просто у него лицо стало таким, каким оно бывает у правителей, когда плохая новость ещё не оформлена словами, а они уже готовы кого-нибудь казнить.
А ведь он только час назад отказался от трона ради этой самой души. Нам кирдык.
— Подождите, — сказала я осторожно. — То есть… тело Итоя живо. Души Итоя там нет. Души Даши там тоже нет. Правильно?
Сеичи кивнул.
— То есть у нас теперь есть… — я сглотнула и ткнула пальцем вниз, — эльфийский овощ?
ГЛАВА 12. ВЕРНИТЕ ДАШУ, ЗАБЕРИТЕ ЭЛЬФА
— То есть у нас теперь есть… — я сглотнула и ткнула пальцем вниз, — эльфийский овощ?
Сеичи посмотрел на меня, вот просто посмотрел. Как всегда без осуждения и ядовитых комментариев. Но так, что я сама поняла: формулировка, возможно, не самая удачная.