Итой. Искупление
Шрифт:
Саша уставился на него с таким видом, будто пытался понять, можно ли ударить родную сестру, если внутри неё сидит высокомерная сволочь.
Сеичи, наконец, убрал руку от его бока.
— Дыши.
Саша осторожно вдохнул. Боль всё ещё была, но уже глухая, терпимая. Рёбра больше не резали при каждом движении. Он потрогал бок и вытаращился.
— Ты правда… вылечил?
— Не полностью. Нужно время.
— Время, которого у нас нет, — напомнил Итой. — Если Вика прошла через нестабильную воронку, след начнёт распадаться. Чем дольше ты здесь ползаешь кругами и играешь в заботливого целителя, тем меньше шансов определить направление.
Сеичи медленно повернулся к нему.
— Тогда говори.
— С удовольствием. Но сперва условия.
Тишина стала такой плотной, что Саша даже перестал щупать свой бок.
— Усссловия? — переспросил Сеичи.
— Разумеется. Я помогаю тебе найти Викторию. Ты помогаешь мне.
— В чём?
Итой посмотрел на него внимательно.
Слишком внимательно.
— В ближайшие месяцы ты находишься рядом со мной. Неотлучно.
Саша медленно открыл рот.
— Что?
Итой даже не взглянул на него.
— Мне нужен твой дар, Глава.
Вот теперь Сеичи застыл, затем резко бросил
— Нет,
— Как быстро. Даже почти невежливо. А Вику ты хочешь найти? Уверен время течет по разному в обоих мирах. Очнутся не успеешь и к тебе вернётся не прекрасная дева...а не иссохший труп.
Воздух снова дрогнул. Итой не отступил. В теле Даши это выглядело почти нелепо — хрупкая молодая женщина против полузверя, от которого трещал сам дом. Но в глазах Даши сейчас не было ни капли страха, только холодный расчёт.
— Не сссмей, — тихо произнёс Сеичи.
— Я лишь озвучиваю очевидное. Тебе нужен я. Мне нужен ты. Какая удачная, почти трогательная взаимозависимость.
— Я найду её без тебя.
— Возможно. — Итой чуть наклонил голову. — Но ты ведь не уверен. Иначе уже был бы там, а не стоял здесь, пытаясь испепелить меня взглядом.
Саша смотрел на них, всё ещё прижимая ладонь к боку, и вдруг отчётливо понял: эти двое действительно давно знакомы.
Не просто знакомы.
Между ними было что-то старое, тёмное, настолько тяжёлое, что комната, казалось, провисала под этим грузом.
И его сестра была в центре всего этого. От этой мысли Сашу снова замутило.
— Ты хочешь использовать его, чтобы… что? — спросил он, сам не понимая, зачем вмешивается. — Вернуть себе магию?
Тогда как его сестра вернётся? Итой наконец посмотрел на него.
И впервые за всё время в его взгляде мелькнуло не раздражение, а холодное одобрение.
— Не так безнадёжен, как казался.
— Это не ответ.
— Это всё, что ты пока способен переварить.
— Да ты издеваешься.
— Разумеется.
Сеичи резко повернул голову к окну. Саша тоже услышал. Во дворе хлопнула калитка.
Потом голоса. Женский и мужской. Родители.
Саша побелел так, что даже исцеление не помогло бы.
— О нет.
Итой медленно посмотрел на Сеичи.
— Вот теперь, целитель, у нас действительно мало времени.
Сеичи сжал пальцы. Белые волосы всё ещё рассыпались по плечам, хвост занимал половину гостиной, а за дверью уже раздавались шаги на крыльце.
— Если ты попытаешься обмануть меня… — начал он.
— Убьёшь? — подсказал Итой. — В очередь.
Саша закрыл глаза.
— Я точно сошёл с ума.
— Нет, — сухо сказал Итой. — Просто наконец-то оказался в относительно правдивой картине мира.
Ключ в замке повернулся.
Сеичи двинулся первым.
Не к двери.
К воронке, которой уже не было.
Он провёл ладонью по воздуху в том месте, где исчезла Вика. Пространство едва заметно дрогнуло, отвечая ему тонкой рябью. Итой тут же шагнул ближе, забыв на миг о слабости тела.
— Вот, — произнёс он резко. — Не дави. Ты разрушишь остаточный след. Дай ему распасться по краям и удержи середину.
Сеичи бросил на него взгляд и впервые за всё время не возразил. Саша смотрел на них с открытым ртом.
Дверь начала открываться.
А посреди разгромленной гостиной, между осколками стекла, книгами, следами хвоста и едва живой человеческой нормальностью, два существа из другого мира впервые за долгие годы оказались вынуждены действовать не друг против друга. А вместе.
ГЛАВА 10. ПРЕДЛОЖЕНИЕ, ОТ КОТОРОГО НЕ ОТКАЗЫВАЮТСЯ
САША
Сутки спустя я сидел на кухне, пил остывший кофе и старался не смотреть под стол. Не потому что там было что-то интересное. Наоборот.
Мне очень не хотелось проверять, точно ли у Сеичи ноги. Вчера у него ног не было,у него был хвост, настоящий, белый, огромный. И способный превратить нашу гостиную в филиал строительного мусора.
А сегодня он сидел напротив меня как нормальный человек. Почти. В чёрной рубашке, с собранными волосами, с чашкой чая в руках и таким лицом, будто максимум, что случилось, — мы вчера чуть шумновато передвинули мебель.
Я опустил взгляд на его руки. Человеческие. Пальцы длинные, спокойные. Только я слишком хорошо помнил, как эта рука вчера сжимала горло моей сестры. Нет. Не сестры. Тела моей сестры. Господи.
Я провёл ладонью по лицу и уставился в кружку.
Кофе остыл. Конечно остыл. Я его уже минут двадцать держал, как спасательный круг.
На другой стороне стола Даша — или то, что сейчас называло себя Итоем, — ела тост. Вот тут мозг тоже спотыкался.
Потому что выглядела она как Даша. Моя Дашка. С её светлыми волосами, с её лицом, с её родинкой возле ключицы, с её пальцами, которые я помнил с детства, когда она вцеплялась в мою куртку и орала, что я обязан тащить её на качели.
Она сидела по-мужски. Нога закинута на ногу. Локоть на столе. Взгляд такой, будто не кухня у нас маленькая, а мир недостаточно просторный для его драгоценной персоны.
— Ты опять смотришь, — сказала она.
Голос Дашин. Меня передёрнуло.
— Не опять.
— Уже третий раз за последние пять минут.
— Считал? — окрысился на него.
— Ты очень однообразен в проявлении ужаса. Это утомляет.
Я сжал кружку крепче.
— Прости, что не развлекаю тебя достаточно качественно.