Иван Грозный и Стефан Баторий: схватка за Ливонию
Шрифт:
Из Новгородка Замойский направился к Дерпту, который русские также отказывались оставить, так как и здесь не хватало подвод. Пришлось гетману самому заниматься подводами, и 24 февраля Дерпт наконец перешел под его управление. Русские уходили с большим сожалением; женщины, по словам историка, рыдали на могилах близких, которые покидали навсегда [146] .
Проволочки в эвакуации русских из Ливонии вызывали у Замойского сильную досаду. Виноваты были в этом, по его мнению, послы, целыми днями спорившие о титулах, но в то же время легко и без совета с гетманом решившие вопрос большой важности. Заключая с московитами перемирие, они дали обещание отвести войско от Пскова, прежде чем русские сдадут ливонские крепости, но не назначили русским точного срока и приняли обязательство предоставить им средства передвижения. Из-за этого дело сильно затянулось, и дошло до того, что даже король вынужден был озаботиться доставкой нужного количества подвод и лошадей. Но их все равно не хватало, и поляки прибегали к разного рода хитростям, чтобы поскорее избавиться от русских. При этом они всячески затягивали передачу русским крепостей, определенных договором, и сделали это, лишь когда все крепости, которые русские должны были освободить, перешли под управление Речи Посполитой.
146
По словам очевидца, господство Ивана тяжело отозвалось на благосостоянии Дерпта; были разрушены гробницы католических епископов; многие каменные дома лежали в развалинах; одна из католических церквей обращена была в амбар. По рассказу Гейденштейна, русские, уходя из города, пытались поджечь его, но неудачно — огонь был потушен вовремя солдатами Замойского. Он рассказывает также о попытке взорвать при помощи пороховых мин замок, в котором Замойский остановился: это было сделано, вероятно, в отмщение за адскую машину, посланную князю Шуйскому.
Ратификация договора произошла в том же 1582 году. Сначала, в июне, явились в Москву послы от Батория, и Иван скрепил клятвой заключенное перемирие, обязавшись при этом не воевать в Эстонии десять лет, а затем, в октябре, прибыли в Варшаву московские послы и также взяли с короля торжественное обязательство исполнять условия договора [147] .
Так окончилась война, ставшая весьма важным этапом в политической эволюции Восточной Европы. Рост Московского государства в западном направлении был на некоторое время приостановлен. Силы Москвы — войной и правлением Ивана — были надломлены, ее социально-политическая организация расшатана. Речь Посполитая благодаря талантам Батория и Замойского усилилась настолько, что казалось, политическое и культурное господство в Восточной Европе будет принадлежать Польше и дальнейшее развитие восточноевропейских народов пойдет под ее руководством, а честолюбивый король начал строить грандиозные планы, направленные к полному покорению Московского государства.
147
Баторий принес присягу прямо во время сейма; как это происходило, подробно описал Гейденштейн.