Чтение онлайн

Земсков подал чай, и Ротмистров, попивая его, подумал:

«А вообще-то, авиация у нас стала намного лучше, она начала чувствовать себя хозяином в воздухе! И нам какую помощь оказывает! Нам — танкистам!.. Пилоты 2-й воздушной армий генерала Красовского очень надёжно прикрывали нас от ударов фашистской авиации. Да что там прикрытие! Авиаторы Красовского умудрялись уничтожать танки гитлеровцев, применяя для этого противотанковые бомбы кумулятивного действия. Сколько таких бомб вмещается в бомбоотсеки штурмовика? По-моему, штук двести. Бомбы кумулятивного действия создают большую зону поражения и, естественно, урон врагу наносят довольно-таки ощутимый…»

— Василий! — Ротмистров поставил стакан с недопитым чаем на стол. — Скажи шофёру, пусть подгоняет «виллис»: я еду на свой командный пункт.

— Слушаюсь! Но… товарищ командующий, по-моему, не нужно спешить с выездом. Ещё очень опасно ехать.

— Это по-вашему не нужно спешить, а по-моему, уже пора выезжать. Действуйте!

— Слушаюсь, товарищ генерал!

На КП Ротмистрова встретил дежурный офицер.

— Товарищ командующий армией, — отрапортовал он, — вас ожидает заместитель Верховного Главнокомандующего Маршал Советского Союза товарищ Жуков!

— Жуков на моём командном пункте? — растерялся от неожиданности Ротмистров. — Почему же раньше не сообщили мне об этом?

Дежурный офицер снова козырнул:

— Товарищ командующий, с маршалом прибыл и член — Военного совета Воронежского фронта генерал-лейтенант Хрущев.

— Что-нибудь случилось? — спросил Ротмистров.

Дежурный офицер неопределённо пожал плечами.

Георгий Константинович Жуков находился явно не в духе и на Ротмистрова из-под насупленных бровей смотрел мрачно.

— Какова обстановка в полосе действий 5-й гвардейской танковой армии? Доложите! — приказал заместитель Верховного Главнокомандующего.

— Утром, после короткого артобстрела, более пятидесяти танков противника в сопровождении цепи мотопехоты первыми атаковали 18-й танковый корпус. Но здесь они просчитались: войска корпуса за ночь сумели подготовиться к встрече врага. Противотанковая артиллерия и наши танки, подпустив фашистов на дистанцию пятьсот-шестьсот метров, прямой наводкой…

— Я попрошу вас, Павел Алексеевич, не вдаваться в изложение мелких подробностей! — перебил Ротмистрова Жуков. — Прододолжайте!

— Прошу прощения, товарищ Маршал Советского Союза, но в моём докладе нет мелочей!

— Да? Что ж, тогда я внимательно вас слушаю!

— Огонь прямой наводкой был эффективен: много немецких танков было поражено. Оставшиеся в целости и сохранности продвигались вперёд, но нарывались на мины, расставленные ранее. Мотопехота немцев также продолжала движение вперёд, что было крайне не выгодно для нас. И тогда последовал залп 80-го гвардейского миномётного полка полковника Семченко. «Катюши» прекрасно сделали своё дело: противник вынужден был откатиться назад. 18-й танковый корпус, прикрывшись частью сил справа в связи с отходом левого фланга 5-й гвардейской общевойсковой армии, развил вступление на Андреевку и вскоре ворвался в это село. 81-я танковая бригада подполковника Пузырёва, входящая 18-й танковый корпус, внезапно атаковав колонну вражеских танков, продвигающуюся к Михайловке, на её плечах вошла в Васильевку.

Жуков строго взглянул на Ротмистрова, отрывисто бросил:

— Что вы скажете мне, генерал, о 29-м танковом корпусе?

— Части этого корпуса, товарищ Маршал Советского Союза, вели упорные бои с танковой дивизией СС «Мёртвая голова» в районе совхоза «Комсомолец». Эта дивизия, введя в сражение свой второй эшелон, потеснила нашу 53-ю мотострелковую бригаду. Пришлось приложить большие усилия для того, чтобы остановить немцев.

Георгий Константинович презрительно скривил губы:

— Как же, наслышан!.. Остановили немцев… в одном километре юго-восточнее совхозного посёлка «Сталинское отделение»!..

Ротмистров промолчал, а Жуков махнул рукой: продолжайте, дескать.

— Одна из бригад 2-го гвардейского Тацинского танкового корпуса была переброшена в полосу 69-й армии, но и без неё корпус после перегруппировки перешёл в наступление и к полудню силами 25-й гвардейской танковой и 4-й гвардейской мотострелковой бригад достиг западного берега реки Лога.

— И что же дальше, генерал Ротмистров? — Жуков прищурил глаза, трудно шевельнул тяжёлым подбородком, — Может, расскажете, как танковая дивизия СС «Райх», действующая в стыке между 2-м и 2-м гвардейским Тацинским корпусами, мощными фланговыми атаками захватила Сторожевое? И в придачу — северную окраину Виноградовки?

— Мне в данном случае нечего сказать в своё оправдание, — ответил Павел Алексеевич. — Именно здесь сейчас нависла угроза прорыва, и ликвидировать её мы должны срочно и сами.

Хрущев, обычно весёлый и разговорчивый, ни на кого не глядя, ковырял носком сапога ком чернозёма и молчал, не желая, видимо, вмешиваться в разговор мрачно настроенного заместителя Верховного Главнокомандующего и командующего армией. А Жуков опять тяжко бросил:

— Что с Зимовниковским корпусом?

— С этим корпусом всё обстоит более-менее нормально.

— А если без «более-менее»?

Ротмистров старался понять, какая муха укусила этого талантливого, но с крутым характером полководца, который не трепетал, как все остальные военачальники, даже перед Иосифом Виссарионовичем Сталиным. Однако, понять причину мрачного настроения Георгия Константиновича было чрезвычайно трудно, да и не было на это никакого времени.

— Войска 5-го гвардейского Зимовниковского механизированного корпуса, — продолжал Павел Алексеевич, — с рассветом выдвинулись в район Александровки-Большие Подъяруги, где сражался сводный отряд генерала Труфанова, состоящий из частей моего резерва и 69-й гвардейской танковой бригады 2-го гвардейского Тацинского корпуса. А в это же самое время полковник Борисенко искусным манёвром вывел свою 12-ю гвардейскую механизированную бригаду во фланг и тыл противника, которого сковали 11-я гвардейская механизированная и 26-я гвардейская танковая бригады.

— Вы не можете, генерал, докладывать покороче? — опять поморщился Жуков.

— Я уже заканчиваю. В заключение хочу сказать, что во второй половине дня Зимовниковский корпус, взаимодействуя с 92-й гвардейской стрелковой дивизией 69-й армии и при активной поддержке артиллерии и авиации, отбросил немцев в южном направлении, и, хочу подчеркнуть, закрепился на рубеже Щелоково-Рындинка-балка юго-восточнее Выползовки. Кроме того, товарищ Маршал Советского Союза, зимовниковцы прочно обеспечили смежные фланги 7-й гвардейской и 69-й армий. Бои были кровопролитные, и в их ходе потерпела поражение 19-я танковая дивизия 3-го немецкого танкового корпуса, а её 73-й и 74-й моторизованные полки разгромлены были полностью.

— Это всё? — спросил Жуков.

— Так точно! — ответил Ротмистров. — На данный момент мне не о чём вам больше сообщить!

— Хорошо. Поедемте со мной в 29-й танковый корпус!

— Слушаюсь, товарищ маршал! Вот Только…

Жуков пристально взглянул на Ротмистрова, недовольно спросил:

— В чём дело, генерал?

— Я хотел бы вас попросить сесть в мою машину…

— Товарищ Ротмистров, вы меня удивляете! Почему я должен ехать в вашей машине?

— Дело в том, что я только что прибыл от генерала Кириченко.