Чтение онлайн

Узнав, что Клыков в Посёлке, Пасюков заперся в участке.

Дружинники забыли об осторожности. По сравнению с барачниками они вояки хоть куда, через Посёлок прошли, как раскалённый нож сквозь масло. Слишком легко всё получилось, вот и расслабились.

Попытка сходу войти в участок обернулась перестрелкой, не ожидавшие такого поворота дружинники откатились. Стало ясно - весёлая прогулка закончилась. Перевязав раненных, и сказав: "ты полежи тут, мы скоро вернёмся" убитому, клыковцы пошли дальше. Неизвестно, сколько человек охраняет сейчас Пасюкова, а если неизвестно, значит, нечего лезть на рожон. Пусть посидят взаперти, о жизни своей подумают, может, сговорчивее станут.

Дружинники пошли дальше, четверо остались приглядывать за участком; из укрытий эти ребята не выйдут, но завалят любого, кто попытается выйти из здания.

После этой неудачи Клыков стал осторожнее...

* * *

Звери наседали, из-за ограды постреливали, и я забеспокоился, что не смогу остановить тварей, если те сами не прекратят атаковать Посёлок. Надо бы это дело заканчивать. Я стал осторожно спускаться на землю.

– Там опасно, - прошептала Настёна.

Я не ответил. Мышцы окостенели, и слезть с дерева оказалось нелегко. Сначала я растёр ноги, и, когда они перестали подгибаться, заковылял к опушке. На лугу, возле ограды, во множестве валялись туши и тушки, но ещё больше здесь было живых тварей. Прогнать бы эту разношёрстную стаю, но сил хватает лишь на то, чтобы просигналить тем, кто начинает проявлять ко мне повышенный интерес:

"Не добыча!"

Застыла тишина. Изредка её раскалывают звуки выстрелов - это внутри Посёлка. Ну, что же, как сумел, я барачников отвлёк, дальше пусть разбирается Клыков.

Живое и тёплое ткнулось в бедро. Меня окружила волчья стая.

"Пора начинать охоту (почудилось, зверь приплясывает от нетерпения)?"

"Не спешите. Будьте рядом" - подумал я, а мир поплыл, зашатался и стал зыбким. Интересно, если я потеряю сознание, как поступят серые "друзья"? Мне кажется, или в их глазах действительно пылает злоба? Ну, чего скалитесь? Я ещё не добыча. Пока нет.

"Ты не добыча. Ты болен".

Наверное, волчий ответ лишь примерещился в дурманном мороке. Вдруг, всё вокруг - лишь бредовое видение? Потому что этого точно не может быть, такого не бывает! Звери посообразительнее удирают в лес, другие, обезумев, мечутся по лугу, запутываются в "колючке", попадают в ловушки. Они тоже почуяли - грядёт по-настоящему страшное...

Между Оградой и лесом, аккурат под железной дорогой, словно прыщ на теле земли, взбух холмик. Этот прыщ надувался и опадал, гнулись рельсы, хрустел гравий, с треском разлетались обломки шпал. А потом раздался оглушительный металлический щелчок, две рельсы разъединились и встали дыбом. Из-под земли на белый свет выдавилось нечто громадное и белёсое! Сначала я восхищённо подумал: "вот примерещилось, так примерещилось!" Потом ужаснулся: "неужели это на самом деле!?", и только после возникла слабая надежда: "понятно, такого не бывает, переборщил-таки с дурманом!"

* * *

Прибежал Мухомор; глаза бешеные, руки, будто мельницы.

– В Посёлке дружинники!
– закричал он, ещё не успев забраться на вышку.
– Клыков вернулся! Там стреляют! Хана Пасюку! Еле ноги унёс!

"И так помирать, и эдак помирать. Жаль, недолгим вышло веселье", загрустил Слега. Получается, он сейчас за главного, ему и отвечать за всё, что здесь происходит. Если Мухомор ничего со страха не перепутал, помощи ждать неоткуда. И никто не подскажет, что делать - выпутывайся, как умеешь. Дурная весть не очень расстроила - одной проблемой больше, только и всего. Этих проблем в последнее время и так через край. Вон одна из них, за оградой, из земли выкапывается.

– А ну, чего уставились!
– заорал он.
– Сколопендров не видели?! Быстро взяли оружие, и сюда! Бегом, я сказал!

* * *

Клыкова трясло, он был взбешён, его люди едва сдерживали ярость. Обнаружилось, что Пасюков наконец-то использовал виселицу по назначению, казнил двоих из тех, что остались в Посёлке, дружинников. Бойцы перерезали верёвки, и бережно сняли тела. Хорошо, что простой люд попрятался в убежища. У обозлённых клыковцев от желания пострелять чесались руки. Могли бы сгоряча, да по ошибке...

Если укрыться за строениями, реально подобраться вплотную к вышкам, а дальше - как получится. Честно говоря - не терпелось наказать пасюков, да не совсем у командира отшибло мозги - переть супротив пулемётов. И не только в пулемётах дело - барачников больше, они на вышках, может обернуться и так, и эдак, значит, надо что-то придумывать.

Клыков, как сумел, угомонил своих людей. Они попрятались на чердаках окрестных домов, и в заброшенных избах, оттуда и наблюдали за суетой у Ограды.

С самого начала идея взять Посёлок штурмом вызывала у Клыкова, мягко говоря, недоверие, согласиться на такое можно лишь от безысходности. А, поди ж ты, выгорело дельце! Жаль, не обошлось без потерь, но думалось, будет хуже. Клыкова догнал Захар со своей частью отряда, присоединился и кое-кто из поселковых, со склада конфискованы боеприпасы, словом - все козыри на руках. Раз так, можно попытаться договориться на устраивающих тебя условиях. Например, предложить задрать лапки вверх и не рыпаться.

Серая рубаха сошла за белый флаг. Клыков подошёл к вышке, а его, кажется, и не заметили. Пришёл, и жди себе; выдастся минутка - пообщаемся. Он и ждал, а внутри снова закипала злость. Рядом суетились вооружённые люди, иногда командир ловил на себе любопытные взгляды, но, видно, сейчас у барачников нашлись дела поважнее, чем разговоры со сбежавшим в лес, а теперь неизвестно зачем вернувшимся, дезертиром. Через пяток минут на него соизволил обратить внимание Слега.

– Чего пришёл?
– спросил он, после того, как, неуклюже, задевая локтями и коленями углы, спустился с вышки

– Пришёл, значит, надо, - ответил Клыков.

– А чего тебе надо-то?

– А того. Главный мне нужен. Кто у вас командир?

– Наверное, я. Чего тебе?

– Хочу предупредить, чтобы не вздумали рыпаться. Пасюк не поможет, и боеприпасы со склада мы забрали. Так что сдавайтесь, не-то всех постреляем. У нас есть пулемёт и снайперка, понятно? С вышек вы не спуститесь, пощёлкаем вас по одному. А если сдадитесь, жить, пожалуй, будете. Хотя, конечно, сильно вы нас рассердили.

Вместо ответа Клыкова угостили загогулистой бранью. Слега объяснил, что скоро Посёлок превратится в зверинец, а значит, дружинники могут идти со своей дурацкой войнушкой в лес! У людей, выполняющих, между прочим, его, Клыкова работу есть дела поважнее, чем воевать с неизвестно зачем явившимися предателями. Высказавшись, барачник полез на вышку, а Клыков швырнул белый флаг наземь, и, растерянный, побрёл к своим. Он утешил себя тем, что хотя бы попытался решить дело без большой крови. Не получилось, и не по его вине, между прочим...