Чтение онлайн

– В университете есть охранник. – Зубов слушал с внезапно проснувшимся интересом, потому что в Костиных словах был смысл.

И почему он сам об этом никогда не думал? О том, что территория университета как место первого убийства выбрана не просто так.

– Ночной охранник там делает вечерний и утренний обход, а все остальное время дрыхнет в своей каморке. В том-то и дело. Но знать это могут далеко не все.

– Ну-ка… – Зубов даже вперед подался. Костины слова смогли разогнать туман глухой тоски, в которой он пребывал, и вызвать живой интерес. – К чему это ты клонишь? Рассказывай.

– В общем, я решил, что не буду бросать отработку сотрудников университета, которые могли либо иметь отношение к убийству, либо знать убийцу. Я исходил из того, что быть в курсе распорядка обходов и рассчитать все так, чтобы выбрать идеальное время для убийства именно в этом месте, могут только сотрудники. Я отрабатывал их связи и знакомства, но потихоньку. Во-первых, чтобы не привлекать внимание и не спугнуть убийцу. А во-вторых, времени особо не было. Никодимов другими заданиями закидывал так щедро, что не разгуляешься.

– Костя, – простонал Зубов. – Выкладывай уже. Времени совсем не осталось.

– Так я и выкладываю. В общем, сначала я отработал Илью Матросова, третьего охранника, потому что он идеально подходил. Преступление вообще случилось не в его смену, а после того, как он с работы ушел. Да и он бывший военный. Сам он, как и его друзья, приемами владеют. Но там все чисто оказалось. Потом наступила очередь Витька, того самого, который утром на смену заступил, но и у того все прозрачно. И только потом руки дошли до Базыкина. Того самого Ивана Федоровича, который труп нашел и нас вызвал.

– Так его вроде сразу отработали, – не понял Зубов. – Дед как дед. Подрабатывает на пенсии. Характеризуется сугубо положительно. Внуков любит. Жены побаивается.

– Ага. Внуков у него двое. Шестилетняя Манька и пятилетний Ванька. В честь деда назвали.

– Константин!

– Внуки у него от старшей дочери. Я выяснил. Ей тридцать шесть лет, она довольно поздно замуж вышла и родила. Ну по нашим меркам, конечно.

Зубов застонал. Частные тонкости семьи Базыкиных его совершенно не интересовали. А в это время где-то, возможно, мучат Велимиру.

– И кроме этой дочери, у Ивана Федоровича еще есть сын двадцати шести лет. Тоже весьма положительный, как и вся остальная семья. Работает менеджером по продажам в строительной компании. Вот только знаете, с кем он учился в одной школе? Не в одном классе, а в параллельном, но все же.

– Ну говори, говори.

– С Ириной Введенской и Олегом Камаевым.

Зубов с размаху плюхнулся на стул, рядом с которым стоял, чуть не промазав мимо. Вот бы позору было, если бы он упал на пол.

– Да ты что?!

– Ага. – Костя широко улыбался. – Я так рано приехал, чтобы позвонить этому самому Вите Базыкину и подъехать к нему. Отчего-то мне кажется, что он недавно виделся с кем-то из своих однокашников и разговор заходил о месте работы его отца.

Зубов чувствовал себя так, словно туман, окружавший его последние несколько недель, рассеивался быстро-быстро, снимая пелену, надежно укрывавшую все вокруг от назойливого взора. Густая и непроглядная завеса, скрывающая мир, на глазах таяла, растворяясь в голубой бездне, оставляя после себя лишь слабый след в виде блеска росы.

В голове всплыло название старого приключенческого фильма, который Зубов, будучи подростком, любил смотреть по телевизору снова и снова. «Когда расходится туман» [4] – вот как он назывался. Известно же, что туман – не что иное, как скопление мельчайших капелек воды, парящих в воздухе. Как только солнечные лучи добираются до них, начинается волшебное превращение. Костя со своим въедливым характером и вниманием к деталям как раз и оказался таким вот солнечным лучом.

Все, что до этого туман надежно скрывал, теперь было видно отчетливо, ярко, выпукло, складывалось в единую картину. И оставалось только скрипеть зубами, что все эти отдельные части пазла не складывались так долго. Как? Как он мог быть таким слепым?

Олег Камаев! Племянник Савелия Игнатьевича, хорошо знакомый с дальним родственником Бориком. Он же даже не скрывал, что был у Волкова одновременно с Самойловым, а значит, наверняка мог слышать, как мужчины обсуждали продажу бриллиантов, а также спорили из-за Малевича. Возможно, Волков предлагал выставить на продажу картину Григорьева, а Самойлов отказывался.

Скорее всего, именно тогда ему пришла в голову мысль избавиться от алкоголика, чтобы прибрать к рукам хранимые у него ценности. И мизансцена убийства вырисовалась быстро, ведь у его бывшего школьного приятеля отец работал охранником в университете промышленных технологий и дизайна, два раза за смену обходя вверенную территорию, на которой ночью никого не было.

Скорее всего, он знал то место, потому что в этом университете училась Велимира, а Олег ухаживал за ней, мечтая, чтобы девушка вышла за него замуж. А она отказалась, да еще заявила, что они совершенно разные люди. Не оценила по достоинству, а может, зная живой характер Миры, еще и посмеялась. Вот тебе и повод отомстить.

Олега Камаева Мира и Агафья встретили в кафе накануне того дня, когда девушка сняла дреды. То, что на день рождения бабушки она заявилась в своем обычном обличье, наверняка чуть не сбило его планы, но ему все равно позарез нужно вернуться на место убийства Волкова, чтобы забрать спрятанные на даче ценности, ведь стало известно, что Кононов возвращается из Китая. Откуда известно? Как Камаев вообще заполучил ключи от дачи? Что ж, на эти вопросы нетрудно получить ответ.

– Костя, ты гений, – серьезно проговорил Зубов и быстро озвучил молодому коллеге все мысли, распирающие его голову. – Ты можешь не только быстро узнать, встречался ли сын Базыкина с Камаевым, но и выяснить у Вероники Кононовой, не с Олегом ли она так страстно обжималась на даче, пока ее муж ездил в командировки?

– Сделаю, – кивнул Костя. – А как он заманил Самойлова к университету? Да еще ночью.

Зубов немного подумал.

– Виски, – наконец сказал он. – Он сам проболтался нам с Мирой, что дядюшка с барского плеча подарил ему две бутылки, а вот Борику отказал. Понимал, что давать алкоголику дорогой виски бессмысленно. Скорее всего, Олег позвонил Самойлову и предложил поделиться. Отдать одну подаренную бутылку. Или распить ее вместе. У того разум отключался, когда речь шла об алкоголе. Две бутылки, понимаешь? Одну я видел у него дома, практически полную. А вторая осталась на месте убийства, у Самойлова, который пил из нее, запрокинув голову, когда ему накинули удавку на шею.