Чтение онлайн

Следует согласиться с тем, что нынешняя Россия достаточно далека от социального государства, хотя и определена в Конституции в качестве такового. Не без горечи, но и не без сарказма Р. С. Гринберг отмечает: «На самом деле ставится конкретная задача значительно сократить социальные обязательства государства, т. е. перевести на максимально возможную самоокупаемость здравоохранение, образование, культуру и науку. На человеческом языке это призыв к гражданам за все платить самим, от роддома до могилы. Столкнувшись с подобного рода ситуацией, моя бабушка сказала бы: «Сначала мы были бедными, а потом нас обокрали». О том же говорит и О. Т. Богомолов. Он констатирует, что хотя Конституция и определяет Россию как социальное государство, но суть его не конкретизирована. «Нельзя игнорировать тот факт, что здоровая экономика имеет важную и неотъемлемую гуманитарно-общественную компоненту, что безнравственная экономика бесперспективна» (курсив автора. – Ю. Т.) [8] .

Пожалуй, основная задача состоит в том, чтобы если не преодолеть, то хотя бы сузить разрыв между тем, что записано в Конституции, и тем, что происходит на самом деле, т. е. в жизни.

Серьезные претензии оба автора предъявляют и к политической элите, которая, по мнению О. Т. Богомолова, «оказалась не на высоте положения. Уровень ее опыта и знаний явно не соответствовал масштабам предпринятых преобразований, а моральные устои уступили жажде власти и быстрого обогащения». Р. С. Гринберг сетует на «… фактическое отсутствие политической конкуренции. Несменяемость руководящих лиц способствует стабильности, но очень сильно вредит развитию. Не надо себя убаюкивать, что большинство населения довольно жизнью. Это все – до поры до времени. Сменяемость власти – апробированный инструмент изменения модели экономической политики. Не обязательно те, кто придут на смену нынешней власти, будут принципиально лучше. Но они видят по-другому, и поэтому скорее займутся теми проблемами, которые выпадают из поля зрения действующей власти» [9] .

Смена власти при всех обстоятельствах должна происходить в границах правового поля, на основе честных и прозрачных выборов. А для этого выращиванием преемников должна не в последнюю, а в первую очередь, причем всерьез, а не понарошку заниматься сама правящая элита, не забывая напоминание А. Твардовского: и в Кремле никто не вечен и всему выходит срок. Тогда будет не так уж «боязно» передавать власть в другие руки. Здесь можно использовать опыт генерала Франко, который, воспитав преемника – Хуана Карлоса, передал ему власть. Став королем Испании, Хуан Карлос в свою очередь передал власть сыну, обеспечив ее преемственность. Учиться нужно не только у единоверцев, но и у персонажей, достаточно далеких от правящей элиты по своему мировоззрению.

А для того чтобы преемники не подхватили у предшественников социальной инфекции, которой последние могут быть поражены, необходим безотказно действующий механизм, который вовремя одергивал бы зарвавшихся, а если это не помогает, – отстранял их от власти, разумеется, с соблюдением всех предусмотренных законом процедур.

К сожалению, события последнего времени, в том числе и коррупционные скандалы, которые приобретают все более позорный характер, катастрофы на всех видах транспорта, которые учащаются и приводят к гибели людей, рост самых диких преступлений против личности, – это и многое другое – повышению авторитета власти отнюдь не способствуют. Престиж нашей страны понес ощутимый урон. Будем надеяться на то, что в борьбе с этими крайне опасными негативными явлениями власть, опираясь на здоровые силы общества, обретет наконец волю и решимость.

Готовя «Из пережитого» к переизданию, не мог пройти мимо трагедии, которая произошла в братской Украине. Экстремисты и неонацисты на Украине не смогли бы одержать верх, если бы в обществе не накопилось изрядное количество горючего материала. Люди истосковались по честной, справедливой, авторитетной, сильной и компетентной власти. При таких обстоятельствах бывает достаточно одной искры, чтобы этот материал воспламенился. Сложившееся положение можно сравнить с тем, что происходит в горах, когда небольшой камень приводит в движение целые лавины.

В результате свержения законного режима тогдашнего президента Януковича на Украине произошел антиконституционный переворот, которому США и другие западные страны (в первую очередь Англия, Германия, Франция, Польша и другие) способствовали. Именно благодаря их открытому вмешательству во внутренние дела Украины было сорвано выполнение февральских 2014 года и последующих соглашений, которые могли бы обеспечить восстановление мира и проведение досрочных выборов как Президента Украины, так и Верховной Рады. Президент Украины Янукович, который отказался от применения вооруженной силы для подавления антиконституционного мятежа, был на это согласен. В результате было бы обеспечено возвращение страны в конституционное правовое поле с наименьшим числом жертв. К сожалению, пришедшая к власти хунта нацистского толка, которую страны Запада науськивали не только против России, но и против юго-восточных областей самой Украины (значительную часть в них составляют национально-этнические русские и русскоязычное население), эти соглашения сорвали, объявив еще задолго до этого своим идеологом Степана Бандеру и выступая с лозунгами: бей москалей (русских), жидов (евреев), ляхов (поляков). Кроме того, был объявлен очередной поход против русского языка, которому и до этого чинились препоны. Все это насторожило население юго-восточных областей Украины, Крыма и Севастополя, которые не без оснований усмотрели в приходе к власти в Киеве нацистской хунты прямую угрозу своей национально-этнической самобытности, в том числе угрозу русскому языку, который они считали и считают своим.

В результате произошло провозглашение Донецкой и Луганской народных республик, заявивших о своем выходе из состава Украины.

Крым и Севастополь вначале на референдуме, а затем через парламент, избранный в 2010 году, заявили о своем выходе из состава Украины, после чего обратились к России с предложением принять их в состав Российской Федерации в качестве ее субъектов. Это предложение с соблюдением предусмотренных российским законодательством процедур было принято. Воссоединение Крыма и Севастополя с Россией вызвало единодушное удовлетворение многонационального народа Российской Федерации, ибо Россия наконец показала, что об нее нельзя бесконечно вытирать ноги, как это было при Горбачеве, Ельцине и крутившихся вокруг них бесхребетных деятелях, а то и прямых агентов влияния.

Это акт исторической справедливости, ибо ни один русский не мог примириться с тем, что Крым и город русской славы – Севастополь, обильно политые кровью многих поколений граждан России и Советского Союза, независимо от их национальной принадлежности, оказались под юрисдикцией другого государства. Положение стало совершенно нетерпимым, когда к власти на Украине в результате антиконституционного переворота пришла хунта, которая в качестве одного из первых своих программных лозунгов объявила создание на Украине этнически однородного государства. Особое чувство негодования, смешанного с презрением, вызывает губернатор Днепропетровской области Коломойский, который финансирует карательные отряды, приказывая убивать потомков тех, кому обязан жизнью. Коломойский забыл или никогда не помнил, кто ценою собственной жизни спас от холокоста его предков, без которых он вообще бы не родился. Коломойскому придется горько в этом раскаиваться. Ведь он откармливает чернорубашечников. Если они останутся у власти, то отправят в газовую камеру и его самого, и его ближних. К сожалению, история ничему не учит. Наиболее емко охарактеризовал Коломойского общественный деятель Израиля, политолог Авигдор Эскин. Он сказал: это наш фекалий. К этому трудно что-либо добавить.

Мы уже не говорим о том, что Крым был передан Украине непредсказуемым Хрущевым с грубыми нарушениями действовавшей в СССР Конституции 1936 года. Сейчас спорят, почему Хрущев это сделал – то ли замаливая грехи за репрессии, которые он раскручивал на Украине в тридцатые и последующие годы, когда ею руководил, то ли для того, чтобы заручиться поддержкой политической элиты на Украине в борьбе за власть, которую он вел с другими членами политического руководства страны – Молотовым, Маленковым, Кагановичем и другими (передача Крыма происходила в 1954 году, когда эта борьба разгоралась). В то, что Хрущев действовал под влиянием раскаяния, я не верю. Это был хитрый прожженный политикан, который вел борьбу не только за власть, но и за выживание себя и членов своей семьи, ибо хорошо знал нравы своих «друзей» из Политбюро, которые без всякого сожаления уничтожали друг друга. С этой точки зрения Хрущев ничем не отличался от тех, с кем вел борьбу, как впрочем, и от Берии, которого заблаговременно умертвили в 1953 году.

Теми же мотивами Хрущев руководствовался и в 1957 году, когда пошел на сужение компетенции Союза ССР в области законодательства, передав принятие кодексов по соответствующим отраслям законодательства (в том числе и гражданского) в ведение союзных республик. Тем самым был внесен вклад в нарастание центробежных тенденций, которые усилились в восьмидесятые и последующие годы и дали обильные всходы в Беловежских и других соглашениях.

Справедливости ради заметим, что Хрущеву и в страшном сне не могло бы присниться, что Крым и Севастополь окажутся под юрисдикцией другого государства, что и произошло в результате выхода Украины из состава Союза ССР, который свое существование прекратил, хотя это и не бесспорно, поскольку прекращение Союза ССР было продекларировано вопреки результатам общесоюзного референдума – высшей формы народного волеизъявления, на котором подавляющее большинство его участников высказалось за сохранение Союза ССР. Хрущев же воспринимал передачу Крыма и Севастополя Украине не как государственное разделение, ибо Украина была в то время неотъемлемой частью Союза ССР, а всего лишь как административно-территориальное размежевание, которое на протяжении существования Союза ССР не раз имело место. Если бы он предполагал, что произойдет в девяностые годы, он никогда бы не решился на эту передачу хотя бы из чувства самосохранения. В скульптурном надгробии Хрущева на Новодевичьем кладбище его автор, Э. Неизвестный, пытался отразить борьбу добра и зла, которая происходила в Хрущеве. Думаю, что Хрущев на протяжении всей своей жизни вел борьбу за выживание. В зависимости от того, как складывались обстоятельства, он и становился то на сторону добра, то на сторону зла.

В то же время из трагических событий на Украине, которые уже привели к гражданской войне, тягчайшим преступлениям и многим тысячам жертв ни в чем не повинных мирных граждан, все противоборствующие стороны должны извлечь необходимые уроки.

Во-первых, нельзя относиться к принятым в государствах конституциям, будь то Конституция Украины, России, США или какого-либо другого государства, в зависимости от того, способствует ли она удовлетворению чьей-то похоти (например, жажды наживы или власти) или нет. В первом случае апеллируют к Конституции, во втором – забывают о ней, а то и растаптывают ее. Когда молодчики в Киеве свергали законно избранного президента и заключали соглашения с ним только для того, чтобы выиграть время и их не выполнять, они о Конституции не вспоминали. А когда Донецкая и Луганская области объявили о своей самостоятельности и выходе из состава Украины, они тут же стали взывать к Конституции, согласно которой Украина действительно признается унитарным государством. Но ведь вы же сами превратили Конституцию Украины в клочок бумаги и тем самым лишили себя всякой возможности на нее опираться.