Чтение онлайн

Гостей на участке и в доме не было, и я смело открыл калитку. Болонка, один раз тявкнув, подбежала ко мне, виляя хвостом. Муж, вышедший из-за бани, не обратил на меня внимания и отправился дальше по своим важным дачным делам. Женщина средних лет, одетая в старые джинсы, ковбойку и выцветшую до неузнаваемости оттенка панаму сидела на корточках перед грядкой. В доме играло радио, слышался звонкий детский голос.

– Ольга Андреевна? – уточнил я. Дождался утвердительного кивка и продолжил: – Завтра за вами заедут, пригласят на работу. Езжайте, не споря. Смело выполните свой долг, не бойтесь никого и ничего. Стойте на своем решении, невзирая на личности подозреваемых, невзирая на возможные проблемы с властью. Запомните: вам лично и вашей семье ничто и никто не угрожает. Вы – власть, вы – сам закон, а преступники должны понести неотвратимое наказание. Вы это сами твердо знаете. К тому же предстоящее дело наверняка подстегнет вашу карьеру, – закончить надо было пряником.

– Молодой человек, не говорите мне прописных истин, я все знаю. Надо выйти на работу – выйду, не переживайте, и сама приму решение, исходя из требований закона. Я не боюсь. Вы, наверное, наслушались обо мне гадостей. Скорее всего от людей, не удовлетворенных моими решениями. Так всем и не угодишь. В суде всегда есть две стороны, и одна всегда проигрывает, и обычно она остается недовольной. И победившая, бывает, не радуется результату. Не верьте сплетням, молодой человек. Взяток не беру, угрозы и намеки игнорирую. Вы довольны?

Оба-на! Первый человек, не поддавшийся внушению. Разве что легкая дезориентация, как во сне бывает, где вполне нормально разговаривать с неизвестно откуда взявшимся собеседником, да еще и на такие необычные темы.

«К ауре приглядись повнимательней», – подсказала Фиона.

Выдающимися размерами тонкая оболочка не отличалась, зато фиолетовый цвет, отвечающий в ауре за связь со стихией Разума, чуть ли не во все стороны брызгал, и нить от Фионы не образовала вокруг головы сеть, а слабо растеклась по поверхности, постепенно сходя на нет. Естественная защита! И силы Разума с Жизнью совсем чуть-чуть, но имелись. Меньше, чем у Вереса, но все же.

«Ты прав, Егор, она почти инициирована. О тебе будет помнить, как о вещем сне, который, надеюсь, сбудется».

«Она правду сказала?»

«Сама в свои слова верит, точнее подсказать не могу».

Мой диалог с отражением стихии Разума длился не больше секунды.

– Ольга Андреевна, одна просьба: не отлучайтесь завтра никуда, хорошо?

– Хорошо, – недоуменно согласилась она. – Мы, правда, по грибы собирались, ну да ладно, отложим. Чаю хотите?

– Спасибо, некогда. Я пошел, не надо меня провожать.

– Заходите еще, я всегда рада таким гостям.

– Непременно.

По дороге к машине продолжил говорить с Фионой:

«Лиона кучу магов-«черных» подчиняла – и ни одной осечки!»

«Сравнил! Кто Богиня, а кто я… И человека с такой оригинальной аурой я впервые вижу. Заметил, она не замкнута, как у всех, а открыта».

«Заметил. Эх, жаль, некогда, но позже попытаюсь изучить».

«Тебе всегда некогда», – проворчала Фиона.

– Теперь все? – спросил я у Сергея, едва мы тронулись.

– Все. С командиром ОМОНа договорился. Он мой старый товарищ, готов рискнуть. Не подведет, я в нем как в себе уверен. Вечером сообщит бойцам, что завтра с утра учения. Им не привыкать, их часто в выходные гоняют. Ребята надежные, но на всякий случай он скажет, что комиссия главка на подходе и полигон надо облагородить. А полигон от города на противоположной судоремонтному стороне. Даже если узнают об учениях, стрелку отменить не должны.

– Не должны, – произнес я как заклинание, сжав кулаки.

– И сам поменялся дежурством на завтра. Я во вторник, по идее, дежурю.

– Без вопросов?

– Кроме жены – без. Кому охота в выходной на работе торчать? Осталось только ждать… – почти пропел он на минорной ноте: с грустью, надеждой, нетерпением; с выражением былинной задумчивости на лице. Эдакий Илья Муромец безбородый.

– Все срастется, Сергей, я же волшебник!

Он усмехнулся:

– Хорошо бы.

Срослось. Седой отмахнулся, когда ему доложили, что на пути к дачам и обратно видели мужчину запоминающейся внешности – меня. Продолжил готовиться к завтрашнему разговору с Паровозиком. Подбили с финансистом цифры, приплюсовали оборот золота «сельских», сам выбрал бронежилет и сделал еще кучу полезных дел. Я периодически наблюдал за ним через астральную метку.

Джипы въехали на гравийную площадку одновременно с двух сторон, по пять штук в каждой колонне, слаженно развернулись в полукольца. Как в голливудском боевике. Дальше пошло не так красиво. Двери хлопали вразнобой, братки вываливались и выпрыгивали не синхронно, возле машин расположились безобразно. Ни общий, ни крупные планы не удались. Седой, с двумя знакомыми мне секьюрити, первым направился к центру площадки. Паровозик с Щербой и Славиком отстали на несколько десятков секунд. Из-за перепалки.

– Славик, у тебя рука болит, зачем лезешь поперед батьки в пекло, – возражал Сема-Паровозик.

– Ты мне не доверяешь, Папа?! – возмутился Славик. – Да я тебя голым телом прикрою! Ты мою реакцию знаешь.

– Верю я тебе и реакцию знаю, – успокоил его Паровоз. – Но у нас есть ребятки поздоровее, тебе еще руку долечивать. Не приведи господь, упадешь, и руку тогда повредишь, мне стыдно будет.

– Не упаду, Папа. Не могу я сзади оставаться после того, что ты для меня сделал…

– И обещал сделать, – перебил Славика Щерба с наигранно серьезным лицом.

Славик скрипнул зубами, это и решило дело.

– Успокойся, Слава, со мной пойдешь. А ты угомонись, – сказал, повернувшись к Щербе. – Я в его храбрости не сомневаюсь и тебе не советую. Ты вроде малый не дурак, но и дурак не малый. Идем, благословясь, негоже нашего главного депутата заставлять ждать, я голосовал за него. Что уставились? Шучу я.

С метки Славика я прекрасно видел и слышал все, что бывший муж Зины не только лицезрел, но и о чем имел четкое представление. Немного мутно выходили задние планы, причем при наблюдении с любого ракурса; плохо прорисовывались лица тех людей, на которых Славик не обращал внимания.

Были еще чувства, отличающие изображение от банального три-дэ: запахи, вкус, тактильные ощущения и отголоски эмоций. Когда я впервые прошел через астральную метку Зины, та спала. Поэтому тогда мне показалось, что наблюдение через астрал хуже, чем свободным сознанием. Но сейчас, при использовании одновременно пяти меток, я испытал впечатление не просто присутствия, но и… невозможно объяснить словами! Словно я, призрачный, нахожусь там лично, в пяти разных местах одновременно. Гляжу сверху, снизу, сбоку. Вижу очень четко и абсолютно достоверно, без дискомфорта от разпятерения личности.