Чтение онлайн

— Я никуда не пойду, — мой голос дрожал, но я не отвела взгляда. — И я не твоя вещь, чтобы меня показывать начальству.

Игорь медленно сократил расстояние между нами. Он навис надо мной, обдавая запахом уверенности и власти.

— Пойдешь. Как миленькая пойдешь. Ты мне еще за тот игнор не отработала. Будешь стоять рядом, улыбаться и молчать. Поняла? Быть готовой к шести вечера. Машину пришлю.

— А ну, поди прочь со двора, капитан!

Голос деда раздался за спиной Игоря — глухой, низкий, вибрирующий от ярости. Мы оба обернулись.

Сергей Кузьмич стоял у входа в сарай. В его руках были старые, отполированные до блеска вилы. Он не шутил. Его спина, обычно сгорбленная, сейчас была прямой, как струна, а взгляд — тот самый, кремниевый — пригвождал Игоря к месту.

— Ты чего, дед? Совсем с ума спятил? — Игорь нервно усмехнулся, потянувшись к кобуре, но дед сделал шаг вперед.

— Я на своей земле, — чеканя каждое слово, произнес дед. — А ты здесь — никто. Шпана в погонах. Думаешь, я не вижу, что ты с девкой творишь? Думаешь, я не понял, почему она пластом лежала две недели?

— Дед, остынь, — Игорь побледнел, его рука замерла на ремне. — Я при исполнении. Нападение на сотрудника — это срок. Тебе на кладбище пора, а не в тюрьму.

— А мне терять нечего, — дед перехватил вилы поудобнее. Острые зубья смотрели прямо в грудь Игорю. — Семь лет я молчал, пока внучка там пропадала. Больше не буду. Ты здесь достаточно зла натворил. Уходи. Пока я тебе брюхо не вспорол, как кабану. И забудь дорогу к этому дому. Если еще раз увижу твою «Ниву» в радиусе километра — стрелять буду из берданки. И мне плевать на твои погоны.

Игорь попятился. В его глазах впервые за всё время мелькнул настоящий, животный страх перед стариком, которому действительно нечего было терять. Позор отступления перед вилами на глазах у Арины жег его, превращаясь в чистую, концентрированную ненависть.

Он дошел до калитки, рывком распахнул её. Теперь, когда опасность немного отступила, в нем с прежней силой вспыхнула ярость.

— Ну, старик… ты сам себе приговор подписал, — прошипел Игорь, глядя на деда. — А ты, Арина… — он перевел взгляд на меня, и от этого взгляда мне стало по-настоящему страшно. — Готовься. Теперь я буду играть по-взрослому. Завтра здесь камня на камне не останется. И твой фермер первый пойдет под замес.

Он прыгнул в машину и с пробуксовкой сорвался с места. Пыль еще долго висела в воздухе, смешиваясь с тяжелым ароматом увядающих роз.

Дед медленно опустил вилы. Его руки мелко дрожали, а лицо стало землистого цвета. Я подбежала к нему, подхватила под локоть. Осторожно заглянула в глаза.

— Дедушка… зачем ты так? Он ведь… он ведь уничтожит нас.

Дед посмотрел на меня, и в его глазах я увидела ту самую любовь, о которой говорила бабушка. Безмолвную, суровую, но бесконечную.

— Пусть попробует, — хрипло ответил он. — Лучше сгореть, чем смотреть, как он тебя ломает. Иди в дом, Ариша. Запри двери. Завтра будет тяжелый день.

Я зашла в дом, момиходом посмотрев на брошенные розы. Они казались теперь просто мусором. Настоящая жизнь — со всеми её опасностями, грязью и стальными вилами — была здесь. И я впервые почувствовала, что за меня есть кому стоять до конца.

Глава 15

Утро началось не с петухов, а с хлопанья автомобильных дверей. Сразу три машины — старая «Нива» (но не Игоря), потрёпанный «УАЗ» и гражданская легковушка — выстроились вдоль нашего забора.

Я вышла на крыльцо, чувствуя, как внутри всё леденеет. Это не был визит участкового. Это была карательная экспедиция. Которая явилась по наши души.

— Хозяева, на выход! — Крикнул плотный мужчина в камуфляже без знаков различия.

Дед вышел следом за мной, опираясь на палку. Его лицо было серым, губы плотно сжаты. Бабушка замерла в дверях, прижимая к груди большой цветастый платок.

— Участковый капитан сообщил о наличии незарегистрированного огнестрельного оружия, — начал один из полицейских, даже не глядя на деда. — Предъявите разрешение на берданку, о которой заявляли вчера. Будем проводить обыск в хозпостройках.

— Это было иносказание… — попыталась вставить я, но меня отодвинули плечом.

Они не церемонились. Двое полезли в сарай, вышвыривая на землю старые грабли, ведра, мешки с комбикормом. Дед стоял неподвижно, глядя, как плоды его многолетнего труда топчут форменными сапогами. Оружия не нашли — дед действительно блефовал, защищая меня, — но сарай превратили в руины.

Следом вступили другие. Женщина с папкой в руках, в строгом дешевом костюме, начала замерять границы участка.

— По кадастровому плану у вас забор на сорок сантиметров заходит на муниципальную землю. Составляем протокол о самозахвате. Либо штраф, либо снос забора в течение трех дней.

— Сорок лет так стоял! — Не выдержала бабушка, выдвинувшись вперед. — Сорок лет никому не мешал! Что ж вы творите, ироды?

— Раньше не видели, теперь увидели, — отрезала женщина, скрипя ручкой по бумаге. — Закон, он для всех одинаков.

Но самым подлым был третий удар. Молодой парень, явно из районной администрации, подошел к нашему крыльцу с планшетом.

— Поступил сигнал о незаконной предпринимательской деятельности. Вы реализуете излишки продукции — яйца, молоко — без ветеринарных сертификатов и уплаты налогов. Соседи подтвердили факт покупки.

Я смотрела на него и не верила своим ушам. В деревне, где каждый второй продает соседу десяток яиц за сто рублей, это звучало как бред. Но здесь и сейчас этот бред становился законом. Законом, который был повернут против нас.

— Соседи? — Хрипло переспросил дед, растирая начинающую ныть грудь. — Какие соседи? Степановна? Или Митрич?

Парень не ответил, пряча глаза. Всем было понятно: Игорь «провел беседу» с деревней. Кто-то испугался, кто-то решил подслужиться.

Делегация работала методично. Они не кричали, не били — они просто медленно, страница за страницей, вычеркивали жизнь моих стариков. Они превращали их из уважаемых людей в «нарушителей».

Дед слушал их минут двадцать. Он стоял прямо, но я видела, как по его виску катится капля пота, а пальцы на палке побелели.

— Всё сказали? — Спросил он, когда полицейские вышли из разгромленного сарая.

— Пока всё. Ждите уведомлений по почте. И забор… советую начать разбирать сегодня.

Они начали расходиться по машинам. Игорь так и не появился — он сидел где-то в тени, дергая за ниточки и наслаждаясь результатом. От него сейчас большего и не требовалось.

Дед сделал шаг вперед, хотел что-то сказать вслед уезжающему «УАЗу», но вдруг осекся. Его рука судорожно потянулась к груди, палка выпала из ладони, с глухим стуком ударившись о землю.