Чтение онлайн

– Упрямец! Идиот! Лишенный всякого здравого ума! – повторяла чуть слышно колдунья, не отрывая глаз от поверхности воды. Она уже не один раз замирала в испуге на берегу, когда тело человека полностью исчезало посреди бурного потока, и вновь начинала свои причитания, стоило его голове выглянуть на поверхность. – Дурак! Да побери тебя Таидос! Гиссов отпрыск! Негодник! Мальчишка! – всё также твердила она, когда до крутого земляного обрыва оставалось лишь десяток локтей. Марго протянула пловцу руку, чтобы помочь ему выбраться на сушу, но Ланс легко подтянулся и вмиг оказался наверху, оборачивая к царице довольное лицо, после чего она вновь произнесла все свои речи, только уже глядя ему прямо в глаза.

– Ты мог запросто погибнуть, Ланс! Ты это понимаешь?! – она кричала ему в спину, потому что, не обращая внимания на слова, граф де Терро выжал мокрые вещи, а после тронулся уверенным шагом в гущу леса. Марго шла следом: - Неужели тебе так трудно было добраться до брода?! Ты мог рисковать своей жизнью и плавать с берега на берег хоть каждый день, но не в то время, когда нам следует быстро и незаметно покинуть эти места! Ты меня слышишь, Ланс?

– Ты хочешь, чтобы я еще что-то слышал, после того, как чуть не оглох от твоих криков, - наконец, ответил мориец. Он подобрал с земли сухую толстую палку и вручил найденный посох девушке, а себе же оторвал свежую трость от одной из нижних веток раскидистых кленов. – Для меня переплыть Алдан не намного сложнее, чем сломать этот побег, царица. В воде я чувствую себя как рыба, я бы и под водой чувствовал себя не хуже. А погибнуть могла ты, совершая самую большую глупость, на которую способны колдуны – играть своей жизнью, лишь бы мне досадить, - он усмехнулся, обернувшись к Марго. – Река достигает более тридцати локтей в глубину, по ней легко проходят алмаагские фрегаты и эрлинские каравеллы. Стоило тебе дрогнуть в своем хождении по волнам, и ты вмиг оказалась бы унесенной на острые рифы, возвышающиеся у выхода в море.

Колдунья промолчала. Она подумала, что это было лучшим решением: в это утро она уже произнесла достаточно речей, притом довольно громких. Ланс вел её по лесу, ориентируясь на ведомые лишь ему признаки какой-то тропы, и ведьмочка послушно следовала за своим проводником, довольствуясь, что он у неё все-таки есть в этом походе.

Здешние места были хорошо известны бывшему сотнику морийского государя. На первом привале, который путники устроили, когда солнце поднялось в зенит, Ланс признался, что не раз вместе со своими товарищами углублялся в черноморские владения и знает многие лесные тропы, которые заводят как в топкие болота на севере, так и к небольшим поселениям охотников и землепашцев, расположенных в нескольких лигах от реки на восток. К вечеру первого дня пути Ланс свернул на юг, полагая, что они уже миновали местность, нынче осваиваемую солдатами Веллинга, и повел царицу к ближайшей деревне. Однако у поселенцев они заметили нежданный гостей: высокие фигуры, облаченные в блестящие кольчуги и шлемы, а также мага, которого в этих местах не видывали по всей вероятности сотни лет. Путники заночевали в лесу под кронами деревьев, шумевших от ночного порывистого ветра, а на утро скрытыми тропами двинулись далее на восток.

– Эти лаисцы до сих пор уверены, что во главе Черноморья стоит царь Релий?! – удивленно произнесла Марго. По подсчетам колдуньи это была уже тринадцатая ночь с тех пор, как они вышли из Аватара, и в этот раз они покинули небольшую деревушку Лаис. Их путь, как и прежде, проходил свозь лесные дебри, которые кое-где были распаханы силами небольших крестьянских общин, хотя и считавших себя черноморцами, однако испокон веков не видывавших ни жрецов, должных доносить молитвы людей до богов, ни сборщиков податей, которые бы напомнили, что в царскую казну надобно платить монеты и имущество лишь за то, что общинники пользовались его землей, а также охотились в его лесах.

– Ты бы расспросила еще более древнего старика, чем Райст, - усмехнулся Ланс. Он шагал впереди девушки по свеже вытоптанной тропе посреди засеянного рожью полем. Они шли навстречу поднимавшегося в небе солнцу и вскоре вновь должны были углубиться в лесную чащу. – Кетрана приходится ему правнучкой, и она рассказала, что последнего чужеземца в этих местах видали еще до её рождения. Однако жители отправляются каждый год в город Прист, до которого еще несколько дней пути: там они сбывают свой товар да закупают необходимые пожитки. Так что не волнуйся, даже юная девушка наслышана о царице Антее, её красоте и величавости. Только вот люди, уже достаточно пожившие на свете, несклонны восторгаться своей правительницей, а больше хулят её, справедливо обвиняя в том, что в крае нет ни одной дороги, по которой можно было бы наладить поставку мехов и шкур на продажу.

– Пускай вначале налоги мне заплатят, а после сетуют на царя, - жестко ответила Марго. – Да на кого они здесь охотятся?! Волки да оборотни, которых лучше не трогать, а в остальном мелочь одна…

– А оборотня вот здесь не видывали лет эдак тридцать, - вставил Ланс. – Так что это только слухи, что на востоке страны нечисти полно. В этих болотах других тварей хватает, и люди здесь не превращаются в волков, а стараются всеми силами наладить свое хозяйство. Если пожалуют сюда новые войска Кассандра и изымут все продовольствие для собственных ртов, тогда лишь они почувствуют, что на них тоже распространяется власть Веллинга, только вот думается, что с ней они поладят не сразу.

– Это кто ж тебе мысли поведал? Уж не юная Кетрана, которая не спускала весь вечер с тебя горящих глазищ?! А ты и рад спать, где тебе постелят! Мы в этих поселениях не узнаем ничего нового, так зачем мы останавливаемся в них – лишь время теряем?! Еды и воды у нас в избытке, но видимо тебе не хватает чего-то иного, - Марго недовольно поглядела в спину своего провожатого, который даже не намеревался остановиться и выслушать её, глядя в глаза. – Из-за этого по утрам ты плетешься как развалившаяся телега за старой клячей, да и утро для тебя начинается, когда петухи уже давно встретили зарницу.

– А как же Ваше Величество тогда думало добраться до города? По-моему, вы даже не ведали, какой из черноморских городов расположен в этой глуши, - усмехнулся Ланс. – Неужели вы согласны блуждать по лесу целыми днями лишь бы не сворачивать к срубам на полянах, где живут ваши соплеменники, только как и подобает черноморцам, более ласковые и гостеприимные, чем их царица. Если бы не мальчишка-проводник, мы бы уже оба еще неделю назад лежали на дне болота! А там ваше колдовство бы не сработало как посреди Алдана – там каждый миг кто-то норовит укусить или прыгнуть поперек дороги, пускай это всего лишь мошкара или лягушки, но чарами их всех не заколдовать. К тому же Кетрана рассказывала, что по местным болотам бродят призраки предков тех, кто был похоронен в волчьем теле, а нынче обрел прежний человеческий вид.

– Кетрана могла и не такое выдумать, чтобы заставить тебя покрепче себя обнять, - процедила сквозь зубы колдунья. – А того мальчишку из болот я вытащила именно с помощью колдовства, когда он свалился с кочки в трясину. Не думаешь же ты, что твоя тонкая тростинка, протянутая за десяток локтей, спасла ему жизнь?!

– То было не лучшим решением. Ваше Величество совсем позабыло, за какие способности вы лишились трона, а теперь вновь желаете привлечь к себе внимание. Нам бы уже стоило выдумать одну историю, которую сможет рассказывать каждый из нас, ежели жители будут слишком уж любопытствовать. Ваш совет – держать язык за зубами – слишком уж подозрителен для них, тем более, когда они принимают нас под крышей своих домов и ожидают, что помогают честным черноморцам, за что боги пошлют им благодать.

– Как будто ты следуешь хотя бы одному моему совету?! Я уже сотню раз тебя просила не говорить мне Ваше Величество, Ланс. И я уже давно догадалась, что каждой новой хозяюшке ты рассказываешь самую удивительную историю, на которую способен, чтобы завоевать её расположение. Я поняла это по взглядам, что они бросают в мою сторону, а также по тому, как пялятся на тебя.

– Кетрана не была столь любопытной, и я не желал её расстраивать. Мой рассказ не пришелся бы ей по душе, - лукавым голосом ответил Ланс, оборачиваясь к девушке. – Я поведал тому дровосеку и его жене, у которых мы ночевали две ночи назад на печи, что ты моя невеста, и мы хотим найти мага, который бы скрепил наш союз, ибо твоей матушке приснился вещий сон, и обряд должен произвести именно жрец Уритрея, иначе ты поклянешься стать лифией на десять лет.

– Так вот отчего хозяйка уложила нас рядом, - хитро проговорила Марго. Это было вновинку. Однажды она расслышала, как Ланс шептал сельчанам, у которых они расспрашивали путь через лес, что его попутчица неизлечимо больна, и её матушке был сон от богов, что выздоровление наступит после того, как она углубится прочь от всех селений и проживет там четверо суток в выкопанной голыми руками яме. Но теперь больше всего Марго досадовала не на очередную услышанную околесицу, губы плотно сжались от того, что он вновь произнес её имя, имя совершенно чужой девчонки, пускай она и была очень мила собой. – Мне стоило догадаться о подобном, едва ты намекнул, что сеновал в их доме очень сырой, и ты устроишься рядом со мной на печи. Я благодарю, что в прошлую ночь не слышала твоего храпа, который тогда не дал мне заснуть.