Чтение онлайн

Люциан обернулся. У него за спиной на землю осела мертвая ведьма. С ациама капала кровь, лицо ему закрывали волосы, но он удивленно взглянул на меня из-под темных кудрей. Мгновение спустя он преодолел разделяющую нас дистанцию и поцеловал меня так, что колени подогнулись.

«Люциан! Мы…»

Его голодные губы опустошили мой разум и задушили любой протест на корню.

«Сама виновата, когда думаешь о таких вещах, малышка».

Его руки обхватили мою талию и дали властной бестии во мне то, чего она хотела. В то же время страсть Люциана не оставляла сомнений: он, со своей стороны, предъявлял такие же требования.

Послышалось шипение. Волосы у меня на загривке встали дыбом. Люциан оттолкнул меня за миг до того, как между нами пролетел шар из серебряного пламени. Я со свирепым взглядом уставилась на темнокожего праймуса, посмевшего прервать нас таким грубым образом. Он размахивал коротким мечом, следовательно, брахионом не являлся. В отличие от двоих демонов со светящимися кинжалами, которые подтянулись к нему. Дело принимало серьезный оборот.

«Опять завернешь меня в вату или позволишь помочь?» – осведомилась я у Люциана.

От него повеяло весельем, но с долей беспокойства.

«После тебя», – ответил он и, подмигнув, пропустил вперед.

Эмм, о’кей?!

Времени обработать свое удивление мне не дали, так как один из брахионов перешел в атаку. Люциан в любой момент мог ее перехватить, но сдержал слово. Это была моя битва. Я пригнулась, нырнула под лезвием демона и врезала ему коленом в живот. При этом сила этого движения впечатлила не только меня. Брахиону тоже понадобилось время, чтобы прийти в себя. Видимо, я оказалась не такой уж легкой мишенью, как он ожидал. Воспользовавшись шансом, я вывела его из строя метким ударом кулака и вонзила ему ациам в бок. Не очень по-спортивному, но речь шла о жизни и смерти. Здесь не вручали кубки и дополнительные очки за честность. Этот урок Люциан преподал мне давным-давно – буквально.

Когда сущность брахиона воспламенилась, я почувствовала, как его энергия устремилась ко мне. Та же эйфория, что и в прошлый раз – с Дженкинсом. Все казалось возможным, пока металлический звон и последовавший за ним гневный рык не выдернули меня из состояния счастья. Я крутанулась вокруг своей оси и увидела, как Люциан блокировал направленный на меня смертельный выпад. Покачав головой из-за глупости второго брахиона, он подсек его под колени и ударил по ребрам, после чего так и оставил лежать на земле, чтобы повернуться к двум несущимся на нас вампирам. Это настолько выбило меня из колеи, что опомнилась я лишь в тот момент, когда брахион принял вертикальное положение и вновь напал на меня. Почему Люциан его не убил?

Вскоре присоединился и праймус с коротким мечом. Теперь у меня два противника. Оба неплохи, довольно сильны и, похоже, уверены, что рано или поздно моя выносливость даст трещину. Я призвала второй нож, который оставила в черепе вампира на кухне. Так можно было защищаться двумя руками. Тем не менее они вынуждали меня беспрестанно отбиваться и расходовать силы. Не успела я начать переживать из-за этого, как Люциан приоткрыл окошко в своих стенах. Энергии, которая потекла в меня через эту очень личную связь, хватило бы, чтобы осветить половину нашего городка. Увидев блеск серебра у меня в глазах, брахион и праймус с мечом остолбенели на долю секунды. Как раз достаточно, чтобы метнуть ациам. Он попал точно в горло темнокожему. Поворот – и второй клинок я воткнула в сердце ошарашенному брахиону.

То, что случилось потом, было за гранью моего воображения.

Впитывать мощь двух демонов, пока Люциан продолжал подпитывать мою сущность, – это как подключиться к электрогенератору высокого напряжения. Меня трясло, лихорадило, я упала на колени и пыталась хотя бы частично обуздать эндорфины и всплески энергии, прежде чем какой-нибудь уродливый вампир не перегрыз мне горло, так как я слишком отвлечена, чтобы заметить его приближение.

«Дыши, малышка, – зазвучал голос Люциана у меня в голове. – Никто к тебе и близко не подойдет».

Это одновременно и успокаивало, и задевало мою гордость. Не будь тут Люциана, в этом чертовом сражении я не продержалась бы и пяти минут. Несмотря уже и на то, что вообще-то была сейчас бессмертна и – чисто теоретически – очень сильна.

«Прекрати так плохо о себе думать», – приказал Люциан. Звуки битвы вокруг меня не прекратились, но видоизменились. Знакомые голоса выкрикивали приказы. Как же давно это было. Несмотря ни на что, я просто-напросто не могла вернуть контроль над своим телом.

«Это моя вина, малышка. Нельзя было позволять тебе в первый день в воплощении брахиона убивать столько демонов, но…»

Люциан запнулся. Его так мучили угрызения совести, что я чуть не проглядела таящийся за ними стыд. Как могла, я отмахнулась от последствий передозировки энергии и уцепилась за эту фразу.

«Но?»

Когда ответа не последовало, я заставила себя распахнуть глаза. И с удивлением обнаружила, что оказалась в своеобразном защитном круге. Гидеон, Лиззи, Бел и братья Люциана, очевидно, расчистили себе дорогу из столовой и теперь ограждали меня от любых нападений, по большей части исходивших от вампиров и пары отдельно стоящих ведьм. Остальные брахионы убегали к порталу-призме – преследуемые Люцианом. Глаза его полыхали ослепительным серебряным светом.

«Но только ты могла это сделать, малышка».

И тут меня наконец-то осенило.

Люциан осознанно держался подальше от врагов-брахионов. Он не мог их убивать! Нельзя было. В противном случае он набрал бы еще больше могущества и в конце концов очутился бы на границе безумия.

После того как последний брахион пропал в портале, воздух вокруг Люциана начал потрескивать. Энергия закружилась вокруг него, как торнадо, сгустилась и в итоге вспыхнула. К тому времени сбежать решили и уцелевшие ведьмы, но магия Люциана ударила в дымку призмы, отрезая им путь. Их в его стоп-листе на убийство не значилось. Ведьмы отреагировали паникой. Целый залп зеленых молний обрушился на Люциана. Откуда-то на площади даже раздались выстрелы. Я сразу же вскочила и хотела броситься к нему, однако Элиас меня удержал.

– Ему ничего не грозит, – напомнил он мне спокойным голосом, – но тебе – будет, если сейчас приблизишься к нему.

Ну конечно! Вот блин! Ну почему я не могла рассуждать здраво? С тех пор как я перестала быть человеком, импульсивности во мне, по всей вероятности, увеличилось раза в два, а вот рассудительности сократилось до минимума. Это побочное влияние жизни праймуса или как-то связано с количеством свежей силы, которая пульсировала у меня в венах?

Когда пламя Люциана проглотило ведьм и добралось до портала, мерцающие частицы призмы исчезли. Просто так, бесшумно, незаметно. Портал закрылся. Где-то торжествовали несколько охотников, а брошенные вампиры издавали пронзительный визг, конец которому положил жесткий лязг металла. Мы победили.

С широкой улыбкой на губах ко мне подошел Бел:

– Видимо, кто-то с той стороны очень сильно обделался от страха.

Похоже на то. Никто из людей Мары не рассчитывал на меня или Люциана. Так или иначе, а во второй раз они такой ошибки не допустят.

Люциан обернулся ко мне. Большую часть своей магии он уже снова укротил. Языки пламени потушены, а все чувства спрятаны за толстыми стенами. Несмотря на это, при взгляде на выражение его лица у меня шел мороз по коже. Он зол. По-настоящему разозлен. Но почему?