Чтение онлайн

Грэм отреагировал так, как и большинство представителей мужского пола, чья компетентность публично подвергалась критике: разъяренно «потрясая шашкой».

– Единственно правильным было бы прямо сейчас взять вас в плен и сдать Маре. Как предложение мира. – По сигналу Грэма его люди направили на нас оружие. – Нельзя в этой нелепой войне выезжать на горбу человечества!

Прежде чем я успела что-нибудь предпринять, по территории пронеслась сила Люциана. Глаза у него вспыхнули белым огнем. На тысячную долю секунды все затаили дыхание. Я ощущала, с каким трудом он контролировал себя. И уже побаивалась увидеть, как Грэма вот-вот охватит пламя, но тут ациамы охотников начали ярко светиться и нагрелись до такой степени, что их невыносимо стало держать в руках. Десятки клинков одновременно попадали на землю.

– Ты выбираешь легчайший путь просто потому, что боишься, – негромко проговорил Люциан. И так близко подошел к Грэму, что они едва не соприкоснулись носами. Но стоило отдать верховному должное – он не сбежал и не описался от страха. – Я вижу твои мысли: ты понимаешь, что господство Мары окажется в сотню раз хуже, чем на то была бы способна Лига. И в этом ты прав!

Грэма затрясла мелкая дрожь, однако взгляд Люциана он выдержал с невиданной смелостью.

– Это ведь ты оставил нас в опасности, сбежал и спрятался, чтобы зализывать свои раны, пока нам пришлось в одиночку разбираться с Марой, – прошипел он. – Проваливай отсюда! Плеяда не ввязывается в эту войну, но если вы еще раз тут объявитесь, мы выберем сторону. – И в том, какую конкретно, сомнений не возникало.

«Ари!» – Тон Бела звучал встревоженно. Но мне и не требовалось его предупреждение. Я тоже почувствовала, что Люциан скоро переступит границу. Осторожно приблизившись к нему, я вложила в его ладонь свою. Слов было не нужно. Люциан и так знал, о чем я думала. Где-то за нами кто-то активировал портал-призму. Не знаю, сделал ли это Элиас или Марек. В конечном счете какая разница, если надо как можно скорее убираться отсюда.

– Люциан не оставлял вас в опасности! – заявила я, сжимая его руку и мягко увлекая в сторону портала. – Он держался на расстоянии, чтобы не причинить вреда еще большему числу невинных.

– Да, – повысил голос Грэм, – после того как полмира разнес в пух и…

– Ну всё, с меня довольно! – перебила верховного мастера Лиззи. Видимо, она не испытывала особого желания откладывать это выяснение отношений на следующий раз. – Люциан всегда сражался за нас. То же самое можно сказать о Белиале и Элиасе. Ари даже погибла ради нас, или мне сначала напомнить вам, что Тристан взял в заложники весь лицей?! – Она запрыгнула на каменную ограду старого бука, отмечавшего дорогу к парковке. Оттуда во время этой запальчивой речи ей было видно каждого. – Отцу было бы стыдно, узнай он, во что превратилась Плеяда! После всего, что сделали для нас друзья, мы засунем головы в песок и позволим им одним драться в наших битвах?! Потому что да, это наша битва! И была ей с самого начала. Не для того, чтобы помочь Маре или Лиге захватить власть, а чтобы сохранить нашу свободу, чтобы защитить то, во что мы верим! Как по мне, можете и дальше тут скрываться, но тогда не смейте после этого называть себя Плеядой!

Лишившись дара речи, я наблюдала за подругой… и не я одна. Похоже, все замерли, глядя на ее силу, боевой дух и праведный гнев. Даже Люциан от удивления взял себя в руки. Мы определенно стали свидетелями того, как плелись нити судьбы, направляя Лиззи по тому пути, который приведет ее туда, где она должна находиться.

От толпы охотников отделился седовласый Шкипер и с угрюмым видом пошел к Лиззи. Пару мгновений я раздумывала, начинать ли переживать и не заслонить ли ему дорогу, но Люциан меня придержал. Лиззи явно ничего не угрожало.

Дойдя до нее, Шкипер коротко кивнул головой и демонстративно встал рядом. Боже мой! За это мне захотелось его расцеловать! Такой поступок – пощечина Грэму и безапелляционное заявление его коллегам. И те не заставили просить себя дважды. Чарли Браун, Дирк и даже Брендон последовали его примеру, пока возле Лиззи не выстроилась примерно половина охотников Плеяды.

Верховный мастер кипел от злости. Его глаза сулили предателям самые ужасные мучения, но руки у него все еще были связаны.

– Плеяда никогда вам этого не простит! – процедил он, чтобы сохранить хоть видимость достоинства.

– Очень сомневаюсь, – холодно ответил Гидеон. – МЫ – Плеяда.

– Серьезно?! – воскликнул Райан и состроил при этом мину как у обиженного ребенка. – Вампиры? Вы сражались с вампирами, а меня там не было?!

– У тебя еще будет такой шанс, мой горячий плюшевый медвежонок, – заметил Викториус, пускай в его голосе и не доставало привычной шаловливости. Судя по всему, ситуация с мамой очень сильно его расстроила. Необходимость оставить ее в лицее лишь все осложняла. У меня настроение было таким же, однако у нас двоих оставалось немного вариантов – разве что мы хотели бы подвергнуть опасности еще больше людей или рискнуть оказаться запертыми в подвалах Грэма.

– Что дальше? – спросила я присутствующих. Целый атриум поместья на Мальте был заполнен охотниками, а дворецкий Бела балансировал на грани сердечного приступа, пытаясь все организовать.

– А дальше, – с новым рвением отозвался Гидеон, – мы найдем способ, как остановить Мару.

Бел хмыкнул.

– Каким бы вдохновляющим я ни находил выступление твоей сестренки, свой дом точно больше не дам сделать штабом вашей маленькой повстанческой Плеяды.

На этих словах Оскар вздохнул так облегченно и не «по-оскаровски», что в его сторону обернулась почти половина народа. Другая половина злобно смотрела на Бела.

Только Лиззи нахмурила брови и подошла к блондину.

– Чего ты хочешь?

Теперь я удивлялась ей еще сильнее. За своих она, конечно, всегда сражалась как львица, но сейчас стала предводителем. Несмотря на это, я прекрасно знала, почему Бел отказывал нам в убежище. Где бы ни обосновались мы вместе с новой Плеядой, за нами по пятам будут следовать война и смерть. Он просто защищал своих людей, и после всего, что случилось с Пиппо, я не могла его в этом винить.

– Ого, – ответил моей подружке Белиал, – я заключаю сделку с самой Жанной д’Арк [67] ? – Праймус довольно сверкнул глазами в ее сторону. – Как насчет твоей души? Я питаю слабость к сделкам с трагическими героинями. – Взгляд его бирюзовых глаз устремился ко мне, и хотя я тоже мрачно воззрилась на него, это не стерло улыбку из рекламы зубной пасты.

– Сделки не понадобится! – заговорил Люциан. – Я знаю, где нам разместиться.

– Ах, и где же? – полюбопытствовал Бел. – Хочешь пригласить их в Патрию?

Тяжело сглотнув, я повернулась к Люциану в надежде, что у него имелся план получше. Бывшая столица праймусов связана с ним, а соответственно, так же нестабильна, как и его душевное состояние. Свою собственную жизнь я доверила бы ему без промедления, но не жизни десятков охотников, которые не значили для него ровным счетом ничего.

Зеленые глаза нашли мои. В них застыли печаль и боль. Люциан прочел мои мысли и теперь стыдился за свои слабости.

– Патрия – неподходящее место для людей, – тихо сказал он, соглашаясь со мной. – Нет, мы отправимся в Бретань.

Элиас шокированно поднял голову, пока Константин застонал, а Алексиан энергично замотал головой.

– Забудь! Ты что, еще недостаточно унизил нашу семью?

– И близко нет! – пробормотал Люциан.

Прежде чем я задала вопрос, звонкий смех Бела эхом отразился от стен атриума.