Чтение онлайн

Въ второе же лто по возвращении с побды князя Александра приидоша пакы от Западныя страны и возградиша град въ отечьств Александров. [1035] Князь же Александръ воскор иде и изверже град их из основания, а самых извша и овх с собою поведе, а инх, помиловавъ, отпусти, б бо милостивъ паче мры.

По побд же Александров, яко же побди короля, в третий год, в зимнее время, поиде на землю немецкую в велиц сил, да не похвалятся, ркуще: «Укоримъ словеньскый языкъ ниже себе».

Уже бо бяше град Псков взят [1036] и намстникы от немець посажени. Он же въскор градъ Псковъ изгна и немець изсче, а инх повяза и град свободи от безбожных немецъ, а землю их повоева и пожже и полона взя бес числа, а овх иссече. Они же, гордии, совокупишася и рекоша: «Поидемъ и побдим Александра и имемъ его рукама».

Егда же приближишяся, и очютиша я стражие. Князь же Александръ оплъчися, и поидоша противу себе, и покриша озеро Чюдьское обои от множества вои. Отець же его Ярославъ прислалъ б ему брата меньшаго Андря на помощь въ множеств дружин. Тако же и у князя Александра множество храбрых, яко же древле у Давыда царя силнии, крпции. Тако и мужи Александровы исполнишася духом ратнымъ, бяху бо сердца их, акы сердца лвомъ, и ршя: «О княже нашь честный! Нын присп врмя нам положити главы своя за тя». Князь же Александръ воздвъ руц на небо и рече: «Суди ми, Боже, и разсуди прю мою от языка непреподобна, и помози ми, Господи, яко же древле Моисию на Амалика и прадду нашему Ярославу на окааннаго Святополка». [1037]

Б же тогда субота, въсходящю солнцю, и съступишяся обои. И бысть сча зла, [1038] и трусъ от копий ломления, и звукъ от счения мечнаго, яко же и езеру померзъшю двигнутися, и не б видти леду, покры бо ся кровию.

Се же слышах от самовидца, иже рече ми, яко видх полкъ Божий на въздус, пришедши на помощь Александрови. И тако побди я помощию Божиею, и даша плеща своя, и счахуть я, гоняще, аки по иаеру, и не б камо утещи. Зде же прослави Богъ Александра пред всми полкы, яко же Исуса Наввина у Ерехона. [1039] А иже рече, имемь Александра руками, сего дасть ему Богъ в руц его. И не обртеся противникъ ему въ брани никогда же. И возвратися князь Александръ с побдою славною, и бяше множество полоненых в полку его, и ведяхут босы подле коний, иже именують себе Божии ритори.

И яко же приближися князь къ граду Пскову, игумени же и попове и весь народ сртоша и пред градомъ съ кресты, подающе хвалу Богови и славу господину князю Александру, поюще пснь: «Пособивый, Господи, кроткому Давыду побдити иноплеменьникы и врному князю нашему оружиемь крестным и свободи градъ Псков от иноязычникъ рукою Александровою».

И рече Александръ: «О невгласи псковичи! Аще сего забудете и до правнучатъ Александровых, и уподобитеся жидом, их же препита Господь в пустыни манною и крастелми печеными, и сихъ всх забыша и Бога своего, изведшаго я от работы изь Египта».

И нача слыти имя его по всмь странамъ, и до моря Хонужьскаго, [1040] и до горъ Араратьскых, и об ону страну моря Варяжьскаго, [1041] и до великаго Риму.

В то же время умножися языка литовьскаго и начаша пакостити волости Александрове. Он же выездя и избиваше я. Единою ключися ему выехати, и побди 7 ратий единмъ выездомъ и множество князей их изби, а овх рукама изыма, слугы же его, ругающеся, вязахуть их къ хвостомъ коней своихъ. И начаша оттол блюсти имени его.

В то же время б царь силенъ на Въсточнй стран, [1042] иже б ему Богъ покорилъ языкы многы, от въстока даже и до запада. Тъй же царь, слышавъ Александра тако славна и храбра, посла к нему послы и рече: «Александре, вси ли, яко Богъ покори ми многы языкы? Ты ли един не хощеши покорити ми ся? Но аще хощеши съблюсти землю свою, то приеди скоро къ мн и видиши честь царства моего».

Князь же Александръ прииде в Володимеръ по умертвии отца своего в сил велиц. И бысть грозенъ приездъ его, и промчеся всть его и до устья Волгы. И начаша жены моавитьскыя [1043] полошати дти своя, ркуше: «Александръ едет!»

Съдумав же князь Александръ, и благослови его епископъ Кирилъ, и поиде к цареви въ Орду. И видвъ его царь Батый, и подивися, и рече велможамъ своимъ: «Истинну ми сказасте, яко нсть подобна сему князя». Почьстив же и честно, отпусти и.

По сем же разгнвася царь Батый на брата его меншаго Андря и посла воеводу своего Неврюня [1044] повоевати землю Суждальскую. По плнении же Неврюнев князь великый Александръ церкви въздвигну, грады испольни, люди распуженыа събра в домы своя. О таковых бо рече Исайа пророкъ [1045] : «Князь благъ въ странах — тих, увтливъ, кротокъ, съмренъ, по образу Божию есть». Не внимая богатьства и не презря кровъ праведничю, сирот и вдовици въправду судяи, милостилюбець, благъ домочадцемь своимъ и външнимъ от странъ приходящимь кормитель. На таковыя Богъ призирает, Богъ бо не аггеломъ любит, но человекомъ си щедря ущедряеть и показаеть на мир милость свою.

Распространи же Богъ землю его богатьствомъ и славою, и удолъжи Богъ лт ему.

Нкогда же приидоша къ нему послы от папы из великого Рима, [1046] ркуще: «Папа нашь тако глаголет: “Слышахом тя князя честна и дивна, и земля твоя велика. Сего ради прислахом к тоб от двоюнадесятъ кординалу два хытреша — Агалдада и Гмонта, да послушаеши учения ихъ о закон Божии”».

Князь же Александръ, здумавъ съ мудреци своими, въсписа к нему и рече: «Отъ Адама до потопа, от патопа до разделения языкъ, от разьмшениа языкъ до начяла Авраамля, [1047] от Авраама до проитиа Иисраиля сквозе море, [1048] от исхода сыновъ Иисраилевъ до умертвия Давыда царя, от начала царства Соломоня до Августа [1049] и до Христова рожества, от рожества Христова до страсти и воскресения, от въскресения же его и на небеса възшествиа и до царства Константинова, [1050] от начала царства Константинова до перваго збора и седмаго [1051] — си вся добр съвдаемь, а от вас учения не приемлем». Они же възвратишяся въсвояси.

И умножишяся дни живота его в велиц слав, б бо иерелюбець и мьнихолюбець, и нищая любя, митрополита же и епископы чтяше и послушааше их, аки самого Христа.

Б же тогда нужда велика от иноплеменникъ, и гоняхут христианъ, веляще с собою воиньствовати. Князь же великый Александръ поиде к цареви, дабы отмолити людии от бды тоя. [1052]

А сына своего Дмитрия посла на Западныя страны [1053] и вся полъкы своя посла с нимъ и ближних своих домочадець, рекши к ним: «Служите сынови моему, акы самому мн, всмь животомъ своимъ». Поиде князь Димитрий в сил велиц, и плни землю Нмецкую, и взя град Юрьевъ, и възвратися к Новугороду съ многымъ полоном и с великою корыстию.

Отець же его князь великый Александръ възвратися из Орды от царя, и доиде Новагорода Нижняго, и ту пребывъ мало здрав, и, дошед Городца, разболся. О гор тоб, бдный человече! Како можеши написати кончину господина своего! Како не упадета ти зници вкуп съ слезами. Како же не урвется сердце твое от корения! Отца бо оставити человекъ может, а добра господина не мощно оставити: аще бы лз, и въ гробъ бы лзлъ с ним!

Пострада же Богови крпко, остави же земное царство и бысть мних, б бо желание его паче мры аггельскаго образа. Сподоби же его Богъ и болший чин приати — скиму. И так Богови духъ свой предасть с миромъ месяца ноября въ 14 день, на память святаго апостола Филиппа.

Митрополит же Кирилъ глаголаше: «Чада моя, разумйте, яко уже заиде солнце земли Суздальской!» Иери и диакони, черноризци, нищии и богатии, и вси людие глаголааху: «Уже погыбаемь!»

Святое же тло его понесоша къ граду Володимерю. Митрополитъ же, князи и бояре и весь народ, малии, велиции, сртоша и въ Боголюбивмъ [1054] съ свщами и с кандилы. Народи же съгнатахутся, хотяще прикоснутися честнмь одр святаго тла его. Бысть же вопль, и кричание, и туга, яка же нсть была, яко и земли потрястися. Положено же бысть тло его въ Рожестве святыя Богородица, въ архимандритьи велици, [1055] месяца ноябриа, въ 24, на память святаго отца Амфилохия.