Все море сплошь усеяли суда, — Их, как по небу звезды, разметало: Одних на рейде волнами качало, Других несло неведомо куда. И Шхуну заприметил я тогда: Чуть вздрагивая под толчками шквала, Она из бухты весело бежала, Своей оснасткой пышною горда. Что мне она! Но, глаз не отрывая, Я, как влюбленный, вслед глядел с тоской; Ей не страшна погода штилевая: Ее приход встряхнет любой покой… Она прошла вдоль мыса, покидая Залив, — и вышла на простор морской.
60
Перевод Г. Кружкова
TO A BUTTERFLY
Stay near me — do not take thy flight! A little longer stay in sight! Much converse do I find in thee, Historian of my infancy! Float near me; do not yet.depart! Dead times revive in thee: Thou bring'st, gay creature as thou art! A solemn image to my heart, My father's family! Oh! pleasant, pleasant were the days, The time, when, in our childish plays, My sister Emmeline and I Together chased the butterfly! A very hunter did I rush Upon the prey:-with leaps and springs I followed on from brake to bush; But she, God love her, feared to brush The dust from off its wings.
Побудь со мной — не отнимай свой лет! Пускай подольше взор мой счастье пьет! И сладок мне твой вид, и горек, О младости моей историк! Ты будешь тут, не упорхнешь — В тебе вся явь былого. Веселый эльф, рождая дрожь, Ты образ милый мне несешь — Я в отчем доме снова. О, сладки, сладки были эти дни, Когда мы, шалые от беготни, Вдвоем с сестрою Эммелиной За мотыльком гнались долиной. И я охотницу толкнул На жертву — вскачь, что было сил, Мы мчались, словно ветер дул, Но так летун и не стряхнул Пыльцу с дрожащих крыл.
61
Перевод А. Ларина
"My heart leaps up when I behold…"
My heart leaps up when I behold A rainbow in the sky: So was it when my life began; So is it now I am a man; So be it when I shall grow old, Or let me die! The Child is father of the Man; And I could wish my days to be Bound each to each by natural piety.
Займется сердце, чуть замечу Я радугу на небе, — Так шло, когда я отрок был невинный, Так есть, когда я стал мужчиной, Да будет так, когда я старость встречу! — Иль прокляну свой жребий! Кто есть Дитя? Отец Мужчины; Желал бы я, чтобы меж днями связь Природной праведности не рвалась.
62
Перевод А. Ларина
"Among all lovely things my love had been…"
Among all lovely things my Love had been; Had noted well the stars, all flowers that grew About her home; but she had never seen A glow-worm, never one, and this I knew. While riding near her home one stormy night A single glow-worm did I chance to espy; I gave a fervent welcome to the sight, And from my horse I leapt; great joy had I. Upon a leaf the glow-worm did I lay, To bear it with me through the stormy night: And, as before, it shone without dismay; Albeit putting forth a fainter light. When to the dwelling of my Love I came, I went into the orchard quietly; And left the glow-worm, blessing it by name, Laid safely by itself, beneath a tree. The whole next day, I hoped, and hoped with fear, At night the glow-worm shone beneath the tree; I led my Lucy to the spot, "Look here," Oh! joy it was for her, and joy for me!
Моя любовь любила птиц, зверей, Цветы любила, звезды, облака. Я знал, что твари все знакомы ей, Но не случалось видеть светлячка. Ненастной ночью, едучи домой, Я вижу вдруг зеленый луч у пня. Гляжу, светляк! Вот радость, Боже мой! Обрадованный, спрыгнул я с коня. Я положил жучка на мокрый лист И взял с собой в ненастье, в ночь его. Он был все так же зелен и лучист, Светил — и не боялся ничего. Подъехав к дому Люси, я тайком Прошел к ней в сад, хотя был еле жив, Жучка оставил под ее окном На ветке и ушел, благословив. Весь день я ждал, надежду затая, И ночью в сад пустился поскорей. Жучок светился. "Люси!" — крикнул я И так был рад, доставив радость ей!
63
Перевод В. Левика
WRITTEN IN MARCH
The Cock is crowing, The stream is flowing, The small birds twitter, The lake doth glitter, The green field sleeps in the sun; The oldest and youngest Are at work with the strongest; The cattle are grazing, Their heads never raising; There are forty feeding like one! Like an army defeated The snow hath retreated, And now doth fare ill On the top of the bare hill; The ploughboy is whooping — anon — anon: There's joy in the mountains; There's life in the fountains; Small clouds are sailing, Blue sky prevailing; The rain is over and gone!
Петух ликует, Ручей воркует, Щебечут птицы, Вода искрится, Земля ожидает зерна. И старый, и малый Бредет усталый. На травке новой Пасутся коровы, Все тридцать жуют как одна. Снегов остатки Бегут в беспорядке, И гибнет зима На вершине холма, И пахаря песня слышна, слышна. В горах высоких Звенят потоки. А дождь как не был, Синеет небо, И тучи уносит весна.
64
Перевод Игн. Ивановского
TO A BUTTERFLY
I've watched you now a full half-hour, Self-poised upon that yellow flower; And, little Butterfly! indeed I know not if you sleep or feed. How motionless! — not- frozen seas More motionless! and then What joy awaits you, when the breeze Hath found you out among the trees, And calls you forth again! This plot of orchard-ground is ours; My trees they are, my Sister's flowers; Here rest your wings when they are weary; Here lodge as in a sanctuary! Come often to us, fear no wrong; Sit near us on the bough! We'll talk of sunshine and of song, And summer days, when we were young; Sweet childish days, that were as long As twenty days are now.
Над желтым наклонясь цветком, Тобой, малюткой-мотыльком, Я любовался и не знал, Нектар вкушал ты или спал. И был ты неподвижней вод объятых льдом морей. Счастливым будет ли полет, Когда внезапный ветр найдет тебя среди ветвей? Останься с нами! Мы с сестрой Тебе подарим садик свой. Здесь отдохнут твои крыла. Тебе не причиним мы зла! Будь гостем нашим дорогим, присядь на куст близ нас. О детских днях поговорим, Их летний свет неповторим, И каждый долгим был — таким, как двадцать дней сейчас.