Чтение онлайн

Сидя на крылечках, женщины притихнут,

Кофточками крылья кутая тепло.

Кофты по заказу шили им портнихи,

По полжизни шёлка на шитьё ушло.

Вечер к ним на кухни ступит деловито.

Затанцуют чашки, замурлычет чай.

Спрячется в буфете пирожок забытый...

По стеклу ревниво ветки застучат.

К освещённым окнам темнота прижмётся,

Попросив погреться, ночи сирота.

Я открою двери, но она взметнётся

Чёрными хвостами, и – за ворота...

_ _ _

Чёрный кот невидно бродит по потёмкам,

Чёрный мыш топорщит чёрную траву...

Дачных старожилов беглые потомки

Увезли котомки в громкую Москву.

К радостным трамваям и к воде горячей

Убежали люди от ночных котов.

К осени отъевшись, спать залягут дачи –

Бурые медведи из январских снов.

Из убитых для смеху, по пьянке ли,

Из растерзанных белых ворон

На земле появляются ангелы

Под неслышный другим перезвон.

А потом, отдежурив здесь набело, –

Белых пёрышек круговорот,

Вновь в ворон превращаются ангелы,

Ожидая убийц у ворот...

Красные крылья. Чёрные точки.

Синее небо. Воздух непрочен.

Суетно маясь, маетно мучась,

Я принимаю шаткую участь.

Крошечным крыльям мало Вселенной,

Гладить полётом лето не лень мне.

Сотканной тлями сетью из сплетен

Обетован я этой планете.

Тяжко-протяжна, как наважденье,

Серого зла суета-притяженье,

Мир муравейником сырно источен,

Просят посадки чёрные точки.

Просят посадки, ищут пощады,

Бьются о стёкла чёрной лампады.

Душен и узок мир муравьиный,

Серого сердца жёстки извивы.

Яркие души склеены пылью.

От неполёта маются крылья...

С тушей хитинной не до полемик,

Прочен бессрочно мир-муравейник.

Синее небо в клеточку правил,

Красные крылья им не по нраву.

Дремлет бесстрастно Боже-Бездельник...

* * *

Жук. Обескрылен. Боль. Муравейник.

* * *

Непросто...

неправа ты непросто непросто непросто...

не трава мурава не дубы колдуны не беда...

наросла на душе несмирения духа короста...

не с тобой не иду не дойду никуда никогда...

не весна не болит я не плачу не плачу оставьте...

рукава за спиной это крыльев проросших бутон...

школьным мелом мой контур набросан на хмуром асфальте...

я пою как могу к сожалению жизни не в тон...

Огромный недоступный небосвод с внезапно угасающим светилом...

Пусть в этот раз кривая приведёт, куда прямая нас не заводила.

Уступы скал, пещеры и моря – враждебный мир, где злобный враг не дремлет.

Быть может, нас потомки укорят, что выбрали для них такую Землю.

Но не беда – есть кров и есть еда, увы, гурманам или белоручкам

Здесь нелегко. Но умница-судьба нас сохранит, и враг своё получит.

Хоть он силён, спесив, вооружён, и колдовству и магии обучен...

И наших матерей, детей и жён он убивает, выбором не мучась.

Но мы горды, сильны, и мы бойцы: разведчики, лазутчики, шпионы...

По всей планете посланы гонцы, они вернутся, обходя препоны,

Укажут нам укромные места, где залежи вполне приличной пищи.

Я б сомневаться в будущем не стал, простых путей по жизни мы не ищем...

*

Немного нас, мы избраны судьбой для заселенья пасмурной планеты.

Шершавый, Рыжий, Толстый и Хромой – мы рыцари, в доспехи мы одеты.

Оставив наших женщин и детей в ущельях горных и во тьме долины,

Мы, не страшась неведомых путей, порой врагу показываем спины

Лишь для того, чтоб выжить и прийти в враждебный стан нелепых великанов,

И ценный груз до цели донести: потомков наших – яйца тараканов...

Снайперу думать – как птице поститься:

Глупо, нелепо, смешно, нерезонно...

Но по весне перелётные птицы

Тот же заказ получают сезонный:

Бросить привычное тёплое место,

Бросить гнездо и податливый ветер,

И, повинуясь вожачьему жесту, –

В путь, по пунктиру, что еле заметен...

Взяв только крылья с собою в дорогу,

Снайперы-птицы не знают сомнений:

Пулей туда, до конца, к эпилогу –

Сквозь все опасности без сожалений!

К цели, заказанной кем-то кому-то,

Слабых и старых теряя без счёта,

Время в пути рассчитав до минуты,

Птицы летят. Принимайте работу.

Мусорных баков обследовав крышки,

Мокрые кошки терзали объедки.

Дождь истощённый просил передышки,

Капая в нас из огромной пипетки.

Птицы сломались, не вынеся ветра,

Старыми тряпками ветки завесив.

Злая лахудра из метеоцентра

Взбила туманы соседке из мести.

Соки застывшие в землю стекали,

Вены берёз обескровив на зиму.

Тучи, поборницы грозной морали,

Молний запас проверяли в корзинах.

С неба тоска опустилась на лифте.

Клином на юг унесло самолёты.

Дымные души сжигаемых листьев

К Богу неслись с огневых эшафотов.