Чтение онлайн

С февраля 1906 г. «Казбек», как и «Северный Кавказ», прекратил свое существование.

Поскольку каждая из этих газет имела широкий круг читателей и была в своем крае наиболее влиятельной, учитывая, разумеется, содержание и политическую направленность их публикаций, о которых говорилось выше, мы вправе признать, что «Северный Кавказ» и «Казбек», как и другие прогрессивные издания тех дней, свои агитационно-пропагандистские и организаторские функции выполняли с явной пользой для первой русской революции.

И в этом смысле их опыт, как и опыт лучших тогдашних изданий провинции и национальных окраин России, сохраняет непреходящий интерес.

В декабре 1905 г. Владикавказская социал-демократическая организация добилась права на издание своей газеты «Искра», редактирование которой было предложено Гиго Дзасохову. Он охотно расстался с «Казбеком» и с воодушевлением принялся за дело. Уже в первом номере, вышедшем 18 декабря 1905 г., «Искра» провозгласила: «Да здравствует вооружение революции!»

Второй номер газеты по личному распоряжению губернатора был арестован в гранках, а вскоре последовал и арест ее редактора. По этому поводу большевистская «Волна» от 19 апреля 1906 г., поведавшая о черносотенных неистовствах и погромах, учиненных во Владикавказе после подавления декабрьского вооруженного восстания, сообщала, что в этом городе «первым арестован редактор социал-демократической газеты „Искра“ Дзасохов».

1 Цаллагов В. Н. Коста Хетагуров – журналист: автореф. канд. дис. М., 1973. С. 12.

2 Там же. С. 10.

3 ЦГИА СССР. Ф. 776. Оп. 12. Д. 88. Л. 246.

4 Там же. Л. 104.

5 Там же. Л. 119.

6 Там же. Л. 151–152.

7 Там же. Л. 206.

8 Там же. Л. 258.

9 Бережной А. Ф. Царская цензура и борьба большевиков за свободу печати. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1967. С. 177–178.

10 ЦГИА СССР. Ф. 776. Оп. 12. Д. 88. л. 273.

11 Там же. Л. 276.

12 Дзасохов, Гиго. Статьи и очерки. Орджоникидзе: Ир, 1970. С. 177.

13 ЦГИА СССР. Ф. 776. Оп. 12. Д. 81. Л. 187.

14 Там же. Ф. 1405. Оп. 540. Д. 227. Зак. 49.

О Гиго Дзасохове написано до обидного мало, поэтому русскому читателю он почти неизвестен. Между тем даже беглое знакомство с его жизнью и деятельностью убеждает в том, что это был один из тех интеллигентов, с именами которых связаны самые яркие и славные страницы истории осетинской культуры. Он был видным участником революционного движения на Северном Кавказе, ярким публицистом, бесстрашно выступавшим с обличительными статьями против самодержавия, крупным педагогом и оригинальным литературным критиком, посвятившим специальные исследования творчеству Тургенева, Л. Толстого, Достоевского, Чехова, Короленко, Горького, Коста Хетагурова и др.

Григорий Батчериевич (Гиго) Дзасохов родился 14 августа 1880 г. в селе Георгиевско-Осетинском в бедной крестьянской семье. Когда мальчик подрос, родители определили его в Ардонскую миссионерскую семинарию, которую Гиго окончил в 1901 г. Подробных сведений о его пребывании в семинарии нет, но впоследствии в статье «К вопросу о переводе Ардонской семинарии во Владикавказ» он сам хорошо выразил свое отношение к этой семинарии и ее режиму:

«Помимо скудости общего образования, которое дает Ардонская семинария, здесь противнее всего духу питомцев – один ее монастырский уклад жизни… Всякое стремление к самоопределению и развитию своих природных задатков считалось здесь „гордостью“ и преследовалось как зло, как грех против заповеди „иеговы“.

Национальные чувства осетин здесь постоянно оскорблялись, занятия родной литературой преследовались. Внешний облик ардонского семинариста напоминал старинных бурсаков: одевали плохо, подчас многие воспитанники за недостаточным прикрытием своей наготы принуждены были по целым месяцам не показываться из стен семинарии. Питомцы семинарии выходят с полным отвращением к воспитавшему их учебному заведению и ко всему церковному» (Казбек. 1905. 27 июля).

Отвращение «ко всему церковному» обнаружил и юный Гиго, но уж очень велико было желание продолжить учебу, и он подал заявление о приеме в Казанскую духовную академию. Наставники Ардонской семинарии, давно обратившие внимание на незаурядные способности юноши, помогли ему поступить в духовную академию, рассчитывая, что из него вырастет крупный служитель церкви. Но их расчеты не оправдались. Политическая атмосфера Казани тех лет, наэлектризованная революционными идеями и настроениями, решающим образом повлияла на взгляды и устремления Гиго. Об этом убедительно свидетельствуют документы департамента полиции, в которых Г. Дзасохов значится в числе взятых под наблюдение полиции уже с 1901 г., когда он был еще студентом первого курса Казанской духовной академии. Об этом же свидетельствует и его собственная статья, опубликованная казанской газетой «Волжский вестник» в ноябре 1905 г. под заголовком «Открытое письмо инспектору Академии». Это письмо прозвучало как гневный памфлет, обличающий порядки в духовной академии, где «насиловали совесть людей, вырабатывая из них гнилых членов общества» (Волж. вестн. 1905. 1З ноября).

Выйдя из духовной академии ярым атеистом и противником самодержавия, Г. Дзасохов занялся педагогической деятельностью, устроившись преподавателем литературы во Владикавказское реальное училище. Молодой учитель очень скоро завоевал любовь и признание своих учеников. И не только потому, что прекрасно знал свой предмет и преподавал его с огромным увлечением, но и потому, что через художественную литературу близко знакомил учеников с жизнью народа, вызывая у них живой интерес к общественным событиям в стране, переживавшей тогда большой политический подъем.

Эти события сыграли решающую роль и в его собственной судьбе. «Среди учителей реального училища Дзасохов Гиго составлял исключение, – вспоминает профессор Г. А. Дзагуров, обучавшийся в то время во Владикавказском реальном училище, – он тогда уже был социал-демократом и несравненно лучше остальных преподавателей понимал задачи революции. Дзасохов Гиго, используя свое положение, вел среди учащихся реального училища разъяснительную работу, и в скором времени квартира его стала притягательным местом для тех из реалистов старших классов, которые уже тогда решили посвятить себя делу революции»1.

В самый разгар революционного движения Г. Дзасохов взялся редактировать первую во Владикавказе социал-демократическую газету «Искра». Газета была арестована уже на втором номере, ибо слишком открыто призывала к борьбе с царским самодержавием‚ вплоть до его свержения. Вскоре был арестован и ее редактор2.

Гиго Дзасохов начал выступать в печати задолго до того, как стал редактором «Искры». По его собственному свидетельству, он стал печататься с 1903 г.‚ когда ему было 23 года. Но настоящую политическую зрелость и социальную остроту его публицистика обрела в 1905 г., когда, как позднее писала большевистская «Волна», лучшие революционные силы Осетии, скрывавшиеся в подполье, могучей волной вышли наружу. Сила печатного слова Дзасохова росла и крепла в прямой связи с нарастанием революционного подъема народных масс. Именно под влиянием революционного движения произошло его политическое возмужание, выразившееся прежде всего в том, что он пришел к марксизму и по-марксистски оценивал общественные события тех дней.

«Объединенный пролетариат всего мира, – писал он, – безусловно возьмет в свои руки судьбу народов и государств. Управлять своей судьбой будет сам пролетариат, и установится на земле самая счастливая жизнь. К такой цели ведет человечество объединенный пролетариат, он призывает в свои ряды пролетариат всех стран!» (Казбек. 1905. 1 дек.). И еще: «Пролетариат ни перед чем не остановится. Для последнего борьба не страшна‚ ибо это есть единственное средство к тому, чтобы выйти на правильный путь, ведущий в светлое царство социализма» (Там же. 24 ноября).