Чтение онлайн

Тем не менее для Хромова все это выглядело одним громадным плюсом. Попробовал бы он провернуть свою авантюру в каком-нибудь Смоленске или любом другом городе с историей! Да проще самому застрелиться, не так больно получится. В этот же населенный пункт они вошли достаточно спокойно, причем средь бела дня.

Лучше бы ночью, конечно, только время поджимало. Бывших своих механиков фрицы запланировали расстрелять этим вечером, остальных повесить следующим утром. Хромов же решил вытаскивать всех, невзирая на происхождение. Риск, конечно, получался запредельным – ну да куда деваться. Вот только сил и впрямь было маловато.

Всего с Хромовым вызвалось идти чуть более тридцати человек. Его разведчики вызвались в полном составе, они же и стали костяком группы. Пошли все, кроме получивших ранения. Непосредственно в город, правда, отправились всего дюжина, остальные же, усиленные добровольцами, остались в резерве.

Сергей мог гордиться собой. Все, кто пришел с ним, знали, что их товарищи уже эвакуировались в другой мир. Туда, где на их головы не падают снаряды, где безопасно. И прекрасно осознавали – шансов выбраться живыми из новой переделки у них немного. Знали – и все равно пошли на риск. К слову, и полковник все-таки хотел идти, но с его контузией… В общем, не стоит о грустном.

С другой стороны, Мартынов с его опытом – это круто, но за полгода, когда экзамен принимали самые, пожалуй, суровые экзаменаторы, немецкие пули, Хромов многому научился. Достаточно, чтобы обойтись без приказов сверху. А потому сейчас хоть и ощущал некоторый мандраж, внешне был совершенно спокоен. Как и шагающий позади Селиверстов. Остальные разведчики, видимо, командиру тоже верили – не было заметно среди них особой нервозности. А что там Ильвес?.. Ну, оставалось надеяться, что эстонец с его уравновешенной психикой не потеряет головы и не напортачит. Потому что резервом командовать, не зная, что творится в эпицентре событий, задачка далеко не самая простая.

Хорошо еще, что у города имелась обычная, можно сказать, классическая проблема населенных пунктов, не заключенных в кольцо стен. Площадь их велика, закоулков по периметру много, и контролировать их практически невозможно. При обороне такого города любой разумный гарнизон окажется слишком мал для обороны и в то же время слишком ужат, чтобы рассредоточиться, избегая потерь при артобстреле. И точно так же невозможно силами гарнизона перекрыть все ходы-выходы. Поэтому даже такие аккуратисты, как немцы, вряд ли смогли бы засечь группу Хромова. Учитывая же, что ядро гарнизона составляли априори уступающие фрицам войска их союзников, контроль периметра и вовсе превращался в фикцию.

Куда больше Хромов опасался местных полицаев, которых просто не могло не быть. Разумеется, полицаи его настораживали отнюдь не своими отменными боевыми качествами. В этом плане он их как раз не боялся. Но зато они наверняка отменно знали местность, чем не мог похвастаться уже сам Хромов. Стало быть, и первыми заметить разведчиков, и тревогу поднять эти чудики могли запросто. Но, увы, времени не оставалось: если верить данным пленного майора, у них имелось часа два, а то и меньше. Паршиво, но приходилось рисковать.

Естественно, их засекли, причем дважды – немецкий патруль и полицаи. Так же естественно, что одетые в трофейную немецкую форму разведчики, да еще и под командованием офицера, имели несколько секунд форы. Хромов на сей раз надел поверх куртки шинель и проклинал разве что сапоги, менять которые на куда более подходящие к погоде валенки значило выйти из образа. И именно он оба раза отвлекал внимание патрулей на те несколько секунд, которые требовались, чтобы взять их в ножи.

Патруль оказался словацкий. Вполне ожидаемо, кстати. Насколько словаки хорошие бойцы? Да черт их знает, если они даже обладали какими-то навыками, то применить их на практике банально не успели, слишком быстро все получилось. Хромов насадил одного на кортик, Селиверстов ткнул второго – и, в принципе, все. Патрульных закинули в сугроб, так, чтобы в глаза не бросались. И двинули себе вперед. От второго словацкого патруля без особых проблем уклонились – там, видать, народ был опытным и перемещался демонстративно шумно. Обоснованное решение, позволяющее незаинтересованным во встрече заблаговременно убраться с дороги и разойтись миром. Это люди Хромова, в общем-то, и сделали, сохранив себе время и нервы, а патрульным – жизнь.

С полицаями все оказалось еще проще. Как и в прошлый раз, небрежное движение пальцем – и вот они уже подскакивают к господину офицеру. Разве что хвостиками не виляют, уроды. Так, виляя, и умирают… И единственный уцелевший замирает в ступоре, видя кончик отточенного клинка у своего глаза.

– Или ты с нами сотрудничаешь, или я выколю тебе глаза, – как можно вежливее улыбнулся Хромов. В прошлый раз это сработало – так почему бы не повторить удачный прием? – У тебя три секунды, выбирай.

Неизвестно, что больше напугало полицая: блеск клинка или чистейшая русская речь, но он закатил глаза и с шумом обделался. Звук и запах, которые не смогла скрыть даже плотная одежда, поплыли над землей, и Селиверстов как-то очень по-американски выдал:

– Дерьмо!

– Ты еще спроси, как столько может поместиться в одной собаке. Эй, засранец, ты жить хочешь?

Он хотел, еще как хотел. Настолько, что даже не обращал внимания на свои пахучие штаны, а только часточасто кивал и вел разведчиков к цели. И при этом от страха не терял инстинкт самосохранения, уверенно выбирая путь в обход патрулей и мест, где квартировали немцы. Маскировка под вражеских солдат – это, конечно, неплохо, однако такая предусмотрительность была воспринята благосклонно. Вот только запах раздражал.

К счастью, продолжалось это недолго. Спустя буквально десять минут они уже стояли напротив здания немецкой гауптвахты, в подвале которой и содержались немецкие техники, попавшие между молотом и наковальней. И как, спрашивается, туда проникнуть? Особенно учитывая, что охрана тут имеется, да и пространства открытого в избытке. Не площадь, конечно, но все же… Интересно, что в этом здании было до войны?

Пока в голове вертелись праздные мысли, глаза фиксировали ситуацию, мозг ее анализировал. Пара минут – и план, сколь дерзкий, столь и рискованный, оформился в голове. Хромов махнул рукой Селиверстову и, когда тот подошел, ткнул пальцем в сторону заинтересовавшего его объекта. Едва слышно спросил:

– Видишь?

– И что?

Хромов объяснил. Селиверстов покрутил пальцем у виска, но спорить не стал. Вместо этого шустро стянул с плеч немецкую шинель. Знаки различия рядового привлекают внимание куда меньше, чем офицерские, поэтому Хромов махнулся с ним шинелями и головными уборами, а все остальное, будем надеяться, особого внимания не привлечет. И вроде бы это сработало – во всяком случае, никто на неспешно, вразвалочку топающего солдата внимания не обратил.

В качестве цели Хромов выбрал одиноко стоящий чуть на отшибе грузовик, видимо, сломавшийся – капот открыт, левое переднее колесо снято, двери кабины нараспашку. Что там могло сломаться такого, из-за чего пришлось так раскрыться, Хромов не знал, да и, честно говоря, думать не хотел. Куда больше его интересовали преимущества, которые можно извлечь из ситуации. А перспективы вырисовывались неплохие.

Шофер лежал под брюхом своего пепелаца так, что наружу торчали одни ноги, и что-то там воодушевленно крутил. Энтузиазм из него так и пер. К слову, неудивительно… Несмотря на брошенное под спину старое одеяло, вряд ли зимой лежать на снегу доставляло немцу удовольствие. Вот он и работал по принципу «быстрее закрутишь – раньше уйдешь». Перспектива теплой избы и заслуженной рюмки шнапса действовала на него лучше всякого допинга.

А ведь разгильдяй, подумал Хромов. Машину поддомкратил, колесо снял, а упор не подставил. Хоть бы то же колесо под днище подложил, ан нет. Не подстраховался. Что же, будет тебе урок на будущее. Если оно у тебя вообще будет, это будущее.