Чтение онлайн

Со стороны это, правда, выглядело почти безобидно. Чудовище просто лежало, конвульсивно дергаясь, но внутри его шла борьба, и в какой-то момент Торн с кристальной ясностью понял, что не справляется. Что сейчас чудовище победит, и тогда уже придет черед его сознания растворяться, и его знания, его память станут добычей Зверя. Он бы заорал, но сейчас энергии не хватало даже на это, Зверь уже отрезал его от источников.

Что произошло, он понял не сразу. Просто вдруг извне, сплошным потоком к нему хлынула Сила. Чужая, непривычная, но Сила, и это было очень вовремя. Зверь отпрянул назад, когда Торн рванулся, попытался организовать контратаку, но поздно, поздно! Перехватив инициативу, он давил и давил, ощущая, как под напором его сознания треснула и начала расползаться аура Зверя. Рывок, еще – и вдруг он ощутил, что лежит на камнях, голый, словно после купания. И впервые за много лет понял, что в его сознании никого больше нет, и он наконец-то один!

– Торн! Торни!

Его – его! – девчонки вцепились ему в руки, тормошили, дергали в разные стороны, а Торну больше всего хотелось полежать. Но этого сейчас нельзя было делать. Ни в коем случае нельзя. Он с трудом сел, обвел всех мутным взглядом и хрипло сказал:

– Опять я из-за вас одежду угробил.

И потерял сознание.

Торн очнулся от запаха. Вкуснейшего, надо сказать, хотя, возможно, в этом была заслуга не столько поваров (а кашеварили здесь, похоже, все, кому не лень), сколько терзающего его голода. И ничего удивительного, что на свою порцию, раза в три большую, чем у остальных, он набросился с жадностью, достойной Зверя. Остальные, впрочем, тоже не отставали, в лучших человеческих (и эльфийских, чего уж там) традициях забивая потрясение едой и вином. Правда, Торн отметил, с каким интересом все четверо на него поглядывают, но удовлетворять их любопытство не торопился. Когда они закончили, оборотень рухнул на спину и уставился в высокое и чистое, быстро темнеющее небо. Слабость накатывалась тяжелыми волнами, но спать уже не хотелось, даже нормальная после обильной еды дремота не подступала. Вздохнув, Торн спросил:

– Где мы?

– В часе пути от жилища вампиров, – отозвался маг.

– И что мы здесь делаем? Там могли бы заночевать.

– Замок начал рушиться буквально на глазах. Пришлось открывать портал в произвольную точку. К счастью, у вашей… ученицы, – тут Алисия гордо выпятила грудь, подчеркивая и без того вполне заслуживающие внимания достоинства, – оказался наготове амулет. Иначе вполне могли бы и не успеть выбраться.

– Понятно…

А действительно, чего тут непонятного? Если Аль Джоре подготовил какое-то убойно-могучее заклинание, то, когда оно осталось незапущенным, через какое-то время произошел распад заклинаний-фиксаторов, и вся энергия, уже вложенная в него, начала уходить в окружающее пространство. Куда конкретно – неясно, да и неважно. В любом случае, сотрясения оказались достаточны, чтобы замку наступила хана.

А вот где они конкретно очутились… Впрочем, неважно, с местом определиться можно и завтра. Главное, нет людей, зато есть лес, река, луг, достаточно высокий, чтобы быть сухим. И, вдобавок, он одет – похоже, вещи успели спасти, а кое-какой запас в лице штанов и рубах у Торна имелся. Сапог, правда, нет, но это ерунда, земля под ногами оборотню не помеха. В общем, хорошо!

– Торн, что это было? – спросила Алисия. Остальные сидели молча, но в их глазах читался живой интерес. Кроме, разве что, Киры – вампирша выглядела откровенно подавленной. Торн даже посочувствовал ей, хотя девушка, надо сказать, еще неплохо держалась.

– Одно маленькое предательство, что же еще, – ответил Торн, садясь и глядя на огонь. На душе было паршиво.

– Это мы и так поняли, – говорила по-прежнему Алисия. Оно и понятно, Мелианора со своим поклонником права голоса еще не заслужили, а Кире не до того. – А вот что ты там устроил?

– А ведь я сегодня стал взрослым, – криво улыбнулся оборотень.

– В смысле? – девушки смотрели на него ошарашенно. Торн вздохнул. Все мышцы ломило так, будто их завязывали узлом. Хотелось лечь и полежать – но и выговориться тоже хотелось. Тем более, информация хоть и не особо афишировалась, но секретом тоже не была.

– Понимаете, у нас, оборотней, многое не так, как у остальных.

– И что именно? – с интересом спросила Алисия. Кира сидела, мрачно разглядывая исцарапанные носки сапог. Видимо, переживала, то ли из-за предательства папаши, то ли из-за того, что с ним произошло. Однако Торн успел заметить, как дернулись ее ушки – прислушивается…

– Многое. В том числе и понятие взрослости. Оно у нас от возраста не зависит. Кто-то становится взрослым в десять лет, а кто-то и в сотню считается дитятей.

– А…

– Почему? Да все просто. У вас, людей, эльфов, вампиров, орков… В общем, практически у всех рас сознание единое. А мы, оборотни, полиморфны. Я тебе уже объяснял когда-то это слово. В общем, у нас две ипостаси, и каждой изначально полагается собственное сознание. И внутри каждого не ставшего взрослым оборотня живет Зверь.

– Зверь?

– Да. Хищник. Разумный и страшный. И возможности, которыми обладают оборотни-дети, даже сама способность перекидываться, всего лишь то, что они у этого хищника могут попросить, взять взаймы, украсть… И каждый раз существует опасность, что Зверь возьмет под контроль тело оборотня. Просто в большинстве случаев Зверь спит. Это у меня он бодрствует… бодрствовал почти постоянно.

– И каково это?

– Тяжко, – честно ответил Торн. – Два сознания в одном теле – это пытка, которая может со временем кончиться безумием. И рано или поздно они должны схлестнуться за право владения им. Побежденный растворяется в сознании победителя, и тот пользуется его мощью уже в качестве своей собственной.

– То есть победить может и Зверь?

– Запросто. Примерно в четверти случаев так и происходит. Такого мы убиваем сами, иначе…

Что иначе, Торн не сказал, но все и так поняли. Помолчали, а затем рассказчик продолжил.

– Для того чтобы победить Зверя, его надо вначале выпустить, а потом задавить. В голове своей, конечно. И так получилось, что однажды мой Зверь вышел сам по себе. Когда я вспоминаю, я до сих пор кричу по ночам. Впрочем, уже не кричу, спасибо тебе, Кира.

– Не за что, – буркнула вампирша, но заметно было, что ей приятно.

– Ну вот. Зверь вырвался, и я не смог загнать его обратно. Не был готов, спонтанно все получилось. Откровенно говоря, мне до сих пор интересно, что бы получилось. Чудовище со знаниями и способностями мага. Интересно было бы, да… Но я тогда выстоял. Просто повезло – Зверь тоже был неопытен. Пресытился убийствами, впал в апатию… Я смог загнать его обратно – но не победить. И с тех пор, когда мне требовалась сила Зверя, я вынужден был не заимствовать ее, а отпускать хищника, держа его на поводке. Но сегодня я обрезал поводок – и победил, когда все закончилось. Не было другого выхода, пришлось рисковать. Хотя, если бы не вы, не справился бы. Спасибо… Так что теперь я взрослый.

– Но… зачем было так рисковать?

– Чтобы вытащить вас, – честно ответил Торн и снова лег. Голова кружилась. – Останься все так, как было – и ни единого шанса выжить вы не имели бы. Просто потому, что вампирам не нужны свидетели.

– А ты?

– А я – оборотень. С моим кланом не рискнули связываться, хотя, может статься, отец нашей Киры просто не хотел лишаться такого врага, как я. Но вас бы положили в любом случае. Против Зверя же был шанс, и вы его, надо сказать, блестяще использовали.