Чтение онлайн

О том, что ее выбор стал началом восстания в Империи, Кориалис даже не догадывалась.

Саркан следовал за этой парочкой, внимательно следя, чтобы никто слишком отважный не заступал им дорогу. Тела погибших храбрецов химеролог прибирал с собой, заботливо складывая каждую каплю крови. Он тоже ориентировался в этих краях, а потому особых проблем в вычислении возможных засад не испытывал.

Чем дальше они углублялись, тем большая армия созданных Героем монстров, слепленных из плоти и крови местных жителей, становилась под его руку. Саркан понимал, что схватка с Героем Асмодея не пройдет легко, но пока никак не мог понять конечную цель путешествия, а потому клепал чудовищ, как говорится, на все случаи жизни. В тот же момент, когда их стало достаточно, Саркан занялся фуражом: новые монстры уже не прятались, а сами находили врагов, чтобы присоединить их к рядам чудовищного войска.

Так что вскоре вокруг ничего не понимающей парочки образовалась мертвая зона. Саркан не опускался до истребления всего живого, но разумных врагов неуклонно рвал на части и собирал из них новых тварей. А всякие шакалы и птицы его не интересовали — для наиболее успешного монстра необходимо, чтобы материал при жизни обладал разумом. А какой разум у степного шакала? Так, одни инстинкты.

Дальше по пути, если никуда не сворачивать, лежали леса ликанов. За ними имелся лишь короткий промежуток скал, переходящий в скалы нагов. И, по идее, для пути в Шипящие леса, где все это время обитали дьяволы, можно было прийти быстрее. Так почему такой крюк? Куда дьявол ведет свою девку?

Путешествие продолжалось. Адам вел за собой Кори, не подозревая, что на его пути чужой Герой убирает все возможные препятствия. А сам Саркан ломал голову, куда приведет эта дорога.

Впрочем, армия рукотворных монстров вселяла в Героя Дешу уверенность, что с архидьяволом он справится легко.

Подземелье замка Ольх. Мехиса Касси и дьяволица Ада.

Воды бассейна забурлили, и змеи первыми показались над поверхностью. Следом, не спеша и явно не особенно охотно, поднялась голова их хозяйки. Влажные волосы, изрядно отросшие за последнее время, повисли блестящими сосульками. Вцепившись в борт бассейна пальцами левой руки, правой мехиса отбросила со лба челку и взглянула на только что вошедшую дьяволицу.

— Вы вернулись, — кивнула Касси. — Это хорошо.

— Не похоже, что тебя это особенно радует, — ответила Ада, подходя ближе к бассейну. — Каждый раз, когда мы здесь, ты перестаешь быть хозяйкой этого места. Не боишься, что Дим запретит тебе принимать ванну в этой каменной чашке?

Касси хмыкнула, медленно перебираясь через борт. Вероятности еще накладывались в ее голове одна на другую, создавая суматоху и добавляя неопределенности в реальность. Однако теперь мехиса уже увереннее себя чувствовала в потоке событий — как только возможных, так и действительно происходящих. А потому она уже знала — ни один из вариантов будущего не сулит ей ничего хорошего, если Касси вздумает обмануть архидьявола. Зато если будет с ним честна — не преданна, а именно честна — возможны варианты.

Касательно Ады мехиса тоже кое-что видела. Несмотря на заявления самого Дима, дьяволица опасалась, что Касси может занять ее место. Не только в домене, но и в постели самого архидьявола. После ночи, когда Дим впервые взял мехису, Ада невзлюбила «соперницу» еще больше, хотя и старалась этого не показывать. Сама Касси находила ситуацию забавной, ведь убедить ревнивую дьяволицу в отсутствии конкуренции не помогут ни слова, ни действия.

— Я видела других дьяволов, — сообщила Касси, ладонями сгоняя капли воды с обнаженной груди. — Скоро первые из них появятся здесь.

Ада хмыкнула, не доверяя словам оракула. Конечно, что змееголовая набирает силу, она понимала, но все равно не могла отделаться от ощущения, будто та как нарочно пытается крутиться вокруг архидьявола. А это место — первой после Дима и второй во всем домене — уже занято!

Ада не любила, и прекрасно отдавала себе отчет, что ее в первую очередь интересует только власть. И когда здесь появятся остальные дьяволы, у верной соратницы Дима будет много желающих занять ее место.

— Как скоро? — уточнила она, подавая оракулу лежавшую на полу одежду.

Касси без каких-либо эмоций приняла белье и молчала, пока не оделась полностью.

— Через пять-семь дней, — наконец, ответила она. — Это зависит от того, где и какой путь они выберут. Но, поверь, Ада, — оракул осторожно взяла дьяволицу за запястье, — тебе будет нечего опасаться.

Ада недоверчиво хмыкнула. Про предсказание, что она скоро умрет, дьяволица умолчала. Все равно это ничего не меняет: либо ты бьешься за место под солнцем, либо гибнешь во тьме. И даже если она умрет, то хотя бы будет знать, что сделала все, что могла, ради обретения власти.

Подземелье замка Ольх. Дьявол Дим.

Выслушав разговор двух девчонок, я остался стоять за поворотом, не выходя к ним. Сейчас было нужно как следует подумать, и учесть все варианты.

В отличие от Ады, я в первую очередь подумал, что случится нечто, после чего ей будет уже все равно. И эта мысль, что моей дьяволице грозит опасность, билась в голове сильнее остальных.

Дело ли в том, что придут простые дьяволы, в приближающемся Адаме или в чем-то еще, о чем я не подумал?

Что ж, я не планирую никого терять, что бы там ни случилось. А потому надо снова поговорить с Рьертом. Если опасность исходит от него — пацану не жить.

Порт города Шинос, территория клана драконидов.

Еще за час до рассвета внезапно опустел весь портовый район, обычно забитый пьяными матросами, доступными шлюхами и любителями запрещенных зелий. Ушли в тень воры и убийцы, словно крысы, первыми почуяв надвигающуюся опасность. Без какого-либо предупреждения закрывались притоны, в подпольных игорных домах останавливались рулетки, а ставни и двери баррикадировали стальными пластинами. Гости злачных заведений также ощущали сгущающуюся в морском воздухе угрозу, а потому даже самые пьяные спешили убраться подальше, чтобы иметь хоть какой-то шанс проснуться на следующий день. Если бы кто спросил у бегущих, чего же они так испугались, никто бы не смог внятно ответить, почему вдруг вместо посещения борделя вспомнил об оставленной дома жене и вернулся под родную крышу.

Стража тоже не спешила на свои обычные маршруты, внезапно озабоченная состоянием казенного снаряжения — бывалые суровые мужчины, не боявшиеся ни кланов, ни магов, ни монстров, ни искателей, сейчас опасливо жались к огню в караулках и чистили доспехи, правили мечи, меняли тетивы на арбалетах. Но даже смотреть в сторону окон боялись, хотя себе не могли признаться.

Даже ветер испуганно притих, сжался вокруг мачт опустевших пришвартованных судов, едва заметно трепля холстину парусов. Перестали шипеть промасленные фитили в уличных фонарях, щедро расставленных в прилегающих к морю кварталах — их языки пламени медленно уменьшились, а затем, оставив после себя легкий сизый дымок, с облегчением погасли.

Только морские волны по-прежнему с шуршанием накатывали на замерший в ужасе берег, поднимали тяжелые корабли на себе, однако не старались разбить о бетонные причалы, а просто бережно отпускали на место. В этом шорохе волн, когда, казалось, замерло все живое, попрятавшись от того, что вот-вот должно было произойти.

По вымощенной булыжниками улице разлетелись оглушительно громкие шаги. Подкованные сапоги ступали по камню уверенно, словно единственный живой гость порта ничего не чувствовал, и тем более не боялся. Шаги гремели, отражаясь от мостовой, ударялись об стены домов с закрытыми наглухо ставнями, скользили вверх и растекались по крышам.