Чтение онлайн

— Просто отметьте на карте древний храм Воздуха, господин Ашерон, — протягивая карту архипелага, произнес я, игнорируя вопрос. — Вы сами знаете, какого труда стоит направить молодых магов учиться новому, а так мы хоть сможем им путь указать.

Ашерон мазнул по пергаменту взглядом и указал на открытое море.

Ваша карта обновлена!

— Вот здесь одинокая башня возвышается над водой, ваше величество. Именно там и располагается наш источник Силы. О, вы бы видели то, что открылось мне, когда я стоял там, посреди накатывающих волн воздуха... — глаза мага мечтательно закатились, он, похоже, заново переживал испытанное наслаждение от накатившей на него силы.

А я сделал себе пометку на всякий случай. Если эти древние храмы стихий настолько крошат психику, не стоит ли держаться от них подальше? Я до сих пор понятия не имею, где пропадает после визита к Номмо Тиамат. Азура меня по головке не погладит, если окажется, что я пролюбил душевное здоровье ее сестры. Да и, что скрывать, самому была крайне неприятна такая мысль.

И даже свободные капитаны лишь разводили руками на мои вопросы. Если, конечно, Чакайд не врет. А пока других вариантов поиска у меня нет. На призыв явиться, созданный через кольцо правителя, архимаг Воды ничего не ответила и, естественно, не пришла. Оставалось только догадываться, куда пропала хвостатая.

А вот с Ричардом все было ясно – бывший губернатор, проиграв в споре, просто ушел из игры. Максимум, что с ним могло приключиться – кто-нибудь нашел его бесхозное тело и что-нибудь с ним сделал. Например, как на родине Чакайда, съел.

Рассматривая приближающуюся полоску земли, я погладил толстый деревянный ствол метательного орудия. Немного видоизмененная баллиста, собранная из очень дорогих материалов, в теории могла бросить груз на пару километров и при этом не развалиться после двух-трех выстрелов.

Кстати, когда мы ее собирали, я увидел первого грандмастера – плотник, закончив работу, отступил от изделия, и его охватил неяркий свет, а в системе профессия сменилась на грандмастера. Вручив апнувшемуся неписю топор в награду, я порадовал его заказом еще пары десятков таких изделий.

Естественно, ни о какой речи тут не шло. Магия, заточенная в дереве от природы, позволяла создать достаточное усилие, чтобы при определенной конструкции засветить предполагаемый булыжник врагу в глаз на дальней дистанции. Не всякая пушка так далеко бьет, но, понятное дело, как только мы появимся на горизонте, суда Айнзама снимутся с якоря, намереваясь пощекотать нам ребра чем-нибудь острым.

Обошлась мне постройка и заправка всего этого добра не так уж и дорого, однако, как уже говорил, у нас только один шанс. И потому наличие Ашерона должно стать едва ли не решающим фактором. И, если будем хорошо молиться, отсутствие соответствующего мага у противника. Иначе о помощи в направлении снарядов можно забыть – колдуны просто начнут сбивать друг другу один каст за другим до тех пор, пока один из них не останется без маны.

— Ваше величество, — Ашерон схватил меня за рукав, привлекая внимание, и я посмотрел в ту сторону, куда указывал сухой палец архимага.

— Это что еще за...

— Думаю, это...

Тренькнула почта, сообщая, что мы оба не ошиблись.

«Привет, Макс! Давно не виделись»

По черным волнам летел, постепенно поднимаясь из-под толщи воды, гнилой фрегат. Из всей команды на нем была только одна фигура, стоявшая на носу судна, удерживаемого на плаву за счет одной лишь магией Воды.

«Где ж ты пропадала?! Я тебя обыскался!»

«Пошла к Номмо, архижрецу на острове. Поняла, что ничего не найду и ушла искать древний храм стихии Воды. Как видишь, нашла»

— Похоже, не вы один, господин Ашерон, посвятили время самосовершенствованию, — коротко посмеялся я, наблюдая, как этот «Летучий Голландец» лихо поворачивает, оглушительно треща скрипящими досками.

А вот матросы нашего флота от такого зрелища серьезно деморализовались. Кто-то поспешно молился, поминая свои грехи, кто-то рванул к противоположному борту, спеша срезать шлюпку и свалить в поисках спасения.

— Капитан! — позвал я старика. — Прекратите панику! Это судно – доброе знамение.

— И что же оно означает, ваше высочество?! — выкрикнул кто-то из матросов.

— Что наши враги сегодня пойдут ему на корм. Всем по местам, сучьи дети! Каждому, кто попадет сегодня во вражеский корабль – по мешку золота двадцати килограмм весом!

Система тут же записала мне квест, сотканный из моих же слов. Благо хоть сама проследит, кто попадет, а кто нет. Иначе я бы ни за что не отличил одного безымянного матроса от другого. И уж тем более не догадался бы, кто из них стрелял вообще, а кто рядом стоял, под руку байки травя.

Да, архипелаг довольно жестко ударил меня реальностью по лицу. Так, что с меня слетела последняя шелуха человечности и миролюбия. Они не были немертвыми, значит, не имели для меня значения. И сейчас, глядя, как моряки заряжают наши модернизированные катапульты склянками с «Ядом Бездны», я спокойно думал о том, что если для победы мне придется лично перерезать всех жителей архипелага и обратить их в нежить, лишив выбора, к какой фракции принадлежать, я сделаю это и не поморщусь.

С созданием газа вышло достаточно интересно. Конкретного рецепта у меня не было. Зато имелся вариант жидкого зелья. А так как знания алхимика позволяют в некоторой степени превращать вещество из одного состояния в другое, я пошел небольшую на хитрость – вместо одного «Яда» в глиняную бутыль погружались две металлических склянки – одна с воспламенителем, вторая с «Ядом». Емкости не были соединены, но реакция в «запале» заставляла «Яд» превращаться в газ, а там - разъедая оболочку, вырываться наружу уже в таком, всепожирающем состоянии. Таким образом, когда глиняная оболочка разбивалась, отменить воздействие можно было лишь применив на себя противоядие. Вот только его даже у меня не было, что уж говорить про корабли Айнзама.

И вот теперь – барабанная дробь! – главный вопрос. Кто выйдет в реальный мир, если я все же стану императором Неверкома? Я уже давно не тот мягкий и наивный Макс, что когда-то убивал зайцев в округе Тароса. Кажется, я все больше превращаюсь в кровавого тирана, способного по трупам шагать к собственной цели без оглядки.

— Корабли на горизонте! — закричал впередсмотрящий со своей вышки, и я отринул посторонние мысли.

— Пли! — приказал я, наблюдая, как первые ядра из многочисленных вражеских пушек проносятся насквозь разбитого корабля Тиамат.

Мой план хвостатая поняла и приняла сразу. Все же не так часто в этих водах можно встретить корабль-призрак. И кицунемими вполне играла роль пугала, привлекая на себя все внимание вражеского флота. Мы же спокойно подошли на расстояние прицельного попадания и теперь, швыряя склянки одна за другой, отслеживали эффективность огня.

Конечно, не обошлось без проблем. Так я лишился одного корабля, когда матрос, завороженно глядящий на прошедший сквозь «Летучего Голландца» снаряд, выронил глиняную бутыль на палубу. Через пять минут от судна остались лишь плавающие в воде люди, которых теперь еще и подбирать приходилось.