Чтение онлайн

— В основном. Но если сестра Элиот прийти не могла, из клиники отправляли кого-то другого, разумеется, заранее нас уведомив. Однако сестра Элиот работает по вторникам и пятницам, так что до завтрашнего дня никто не должен был здесь появиться. Может, соседи кого-то видели? — предположил Сгарци. — Ну, например, какой-нибудь парень стоял перед ее крыльцом, на виду у всей улицы…

— Мы сейчас как раз опрашиваем соседей, — заверил его Фил.

— Значит, вам ничего не известно! — обвиняющим тоном заметил Сгарци. — Если бы ваши что-то узнали, вам бы сразу об этом сообщили, сукин ты сын!

Он резко отвернулся от них и снова уставился в камин.

— Вы сказали, что принесли ужин для мамы, — сказала Ди-Ди. — А как насчет обеда?

— На обед она пьет специальную смесь. «Эншор» она называется, или что-то в этом роде.

Уоррен пристально на него посмотрела:

— А как насчет полдника? Просто мы обнаружили в раковине две тарелки и две чашки.

— Что?

Сгарци снова круто развернулся и уставился на полицейских, вытаращив глаза. Прежде чем они смогли его остановить, он пронесся мимо них на кухню.

— Только ничего не трогайте! — громыхнул голос Фила у него за спиной.

Рука репортера застыла на полпути к металлической раковине.

— Это улики, — немедленно пояснила Ди-Ди.

Сгарци убрал руку.

— У нее был гость, — сказал он.

Его голос звучал как-то странно, почти смущенно.

— Что вы имеете в виду?

— Уже несколько недель мама почти ничего не ела. Побочный эффект от лекарств, а может, боль, кто знает. Я приношу ей ужин, утром у нее легкий завтрак, а на обед она выпивает тот питательный коктейль. Но две тарелки, две чашки, причем из ее любимого сервиза… Она доставала их только по особому случаю. Например, когда у нас были гости.

— Чарли, — тихо позвала Ди-Ди, — можно ли предположить, что ваша мама знала того, кто приходил к ней сегодня днем? Быть может, поэтому она его и впустила?

— Не знаю, — ответил Сгарци, от его былой уверенности в голосе не осталось и следа.

— Если бы к ней пришли гости, чем бы она их угощала? — спросил Фил.

— «Ньютонс инжирное». Это такое печенье к чаю, вы не в курсе? — Сгарци открыл буфет и вытащил желтую целлофановую упаковку.

Она была разорвана, а внутри недоставало двух печений.

— Черт возьми… — прошептал репортер.

— Нам нужен список друзей и знакомых вашей матери, — начал Фил.

— Об этом не может быть и речи. Мать умирала от рака. Люди приходили в ее дом не ради печенья, они приносили ей поесть. Это был явно незнакомец. Некто, кого вы только узнаете и пытаетесь предстать перед ним с лучшей стороны. — Сгарци хмуро уставился на желтую упаковку, словно надеясь, что печенье ему все расскажет. — Это мог быть друг ее друга, — пробормотал он. — Например, он мог притвориться моим старым знакомым. Или же этот тип заявил, что был знаком с Донни, — внезапно заключил он. — Намекнул, что ему кое-что известно о моем кузене. — Он посмотрел на полицейских. — Тогда бы мама точно открыла ему дверь, пригласила внутрь и напоила чаем из своего любимого сервиза. Уж для друга Донни она бы расстаралась. Говорю вам, мою маму убила Шана Дэй. А все потому, что вы, гребаные идиоты, не остановили ее раньше!

Ди-Ди ничего не ответила. Отсутствие улик, указывающих на правдивость его теории, правосудие, презумпция невиновности — все это ничуть не интересовало Чарли Сгарци. Ничто из этого списка не сможет дать ему то, чего он действительно хочет, — вернуть его мать.

Фил проводил репортера обратно в гостиную, а затем попросил техников снять отпечатки пальцев с тарелок и остальных кухонных приборов. Сгарци по настоянию Фила как раз начал составлять список друзей и соседей своей матери, когда на пороге гостиной появился Алекс.

Таким Уоррен его еще не видела. Он был не просто мрачен, но и чем-то глубоко обеспокоен. Муж сделал знак следовать за ним.

Ни одного предупреждающего слова. Ни одного ободряющего хлопка по плечу.

Ди-Ди поняла, что все очень плохо, еще до того, как вошла в комнату, где Убийца с розой проводил свой ритуал.

Спальня оказалась крошечной. Очевидно, изначально это был рабочий кабинет в причудливом доме колониального стиля. А после того как состояние Дженет ухудшилось до такой степени, что она не могла самостоятельно подняться по лестнице на второй этаж, его переделали.

Односпальная больничная кровать с металлическими поручнями занимала большую часть помещения. Она находилась у дальней стены и блокировала дверь, которая, по-видимому, некогда служила черным ходом. Рядом с кроватью Ди-Ди увидела старую тумбочку из дуба, на которой стояли кувшин с водой, многочисленные пузырьки с оранжевыми таблетками и, конечно, бутылка шампанского и красная роза.

Оттягивая ужасный момент, Уоррен задержала взгляд на последних двух предметах.

— Нет наручников, — пробормотала она.

— Нет, — подтвердил Алекс, он стоял рядом с женой, загораживая кровать. В этой тесной каморке им приходилось стоять настолько близко друг к другу, что буквально шаг в сторону — и они столкнутся носами. — В этот раз все немного по-другому, — продолжил он. — И жертва, и почерк. Хотя, скорее всего, различия в почерке именно с жертвой и связаны.

— Можно поподробнее?

— Шестидесятивосьмилетняя Дженет Сгарци жила в этом доме одна, постепенно угасая от рака. Она одинока, и это делает ее похожей на других жертв, но возраст и состояние здоровья… Наш маньяк переключился с относительно молодых девушек на больную старушку.

— Он напал на нее среди бела дня, — добавила Ди-Ди. — Очень рискованно.

— Да уж. Пэт стал куда смелее. С другой стороны, жертва бы точно не открыла дверь после наступления темноты. Вообще она жила одна, но, учитывая ее состояние, Чарли наверняка часто оставался здесь до утра. Таким образом, ночное нападение в этих условиях означало бы огромный риск.

— Убийца с розой сначала наблюдал за ней. Ему ведь как-то нужно было учесть все факторы и составить план.

— Как мы, в общем-то, и полагали, — сказал Алекс. — Пэт заранее все продумывает и планирует. Поэтому мы и не смогли его или ее поймать, несмотря на то что уже в четвертый раз он с легкостью и не вызывая подозрений проник в чужой дом.

— В четвертый?

— Кристин Райан, Регина Барнс, Дженет Сгарци и мы. Кстати, к нам он тоже пробрался днем.

Ди-Ди выпрямилась:

— Он репетировал! Бьюсь об заклад, этот сукин сын репетировал. Издевался над нами, да, но в то же время репетировал! К тому моменту Пэт уже выбрал себе жертву, Дженет Сгарци, которую задумал убить днем. Поэтому он сначала решил потренироваться на нас. Твою-то мать!

Алекс положил руку ей на плечо. Не для того, чтобы утешить, а чтобы успокоить.