Чтение онлайн

Я ответил, что тоже боюсь этого, но у него еще есть время, а затем, если он не появится, я пойду за ним, надеясь найти врага там, где мы видели его в последний раз с вершины горы.

Я заметил, что амахаггеры, которые сидели на некотором расстоянии от нас, занервничали, тогда я взял с собой ружье и повернулся лицом к холму с кострами, как и было договорено с Хансом. Для этой цели я отошел на несколько ярдов влево, чтобы встать за дерево, и уже поднес ружье к плечу, когда желтая рука отвела ствол и тихий голос сказал:

— Не стреляй, баас, я еще не рассказал тебе, что видел.

Я посмотрел вниз и узнал уродливое лицо Ханса с гримасой, которая могла бы напугать человека в свете луны.

— Хорошо, — сказал я с деланым равнодушием, скрыв радость от его благополучного возвращения. — Но говори быстро. Я думал, что ты потерял след и никак не найдешь его.

— Да, баас, я потерял дорогу, потому что туман был слишком густой. Но в конце концов я нашел след, потому что мой нос чует этих людоедов, которые пахнут очень сильно. Я уловил запах одного из их караульных. Догнать его в тумане было довольно легко. И я был вынужден перерезать ему горло, так как боялся, что он будет шуметь. Итак, я пробрался в середину их круга, что тоже было очень легко, потому что они спали, завернувшись в одеяла. Они не зажигали огня — то ли не хотели быть обнаруженными, то ли в долине было слишком жарко.

Мне нужно было запомнить все, что видел, поэтому я в конце концов поднялся на невысокий холм, вершина которого возвышалась над туманом, так что я мог рассмотреть несколько сучьев с зеленевшими на них листьями. Я подумал, что смогу взобраться на дерево и понаблюдать, так как мне пришло в голову, что Резу может находиться среди этих людей и тогда я смогу убить его. Но пока я стоял, размышляя, вдруг послышался шум, какой могла бы произвести пчела в бутылке. Это жужжание кое о чем напомнило мне.

Я вспомнил: когда Рыжебородый, стоя на коленях, молился Небесам, а он делал это всегда, когда ему нечего было делать, господин, то он издавал точно такой же шум, как тот, что я услышал. Я пополз навстречу звуку и нашел капитана, привязанного к камню. Он выглядел как сумасшедший бык, который завяз в болоте. Он качал головой и вращал глазами, как будто выпил две бутылки плохого джина.

Все это время он продолжал молиться. Я подумал, что смогу освободить его, и даже попытался сделать это, но тут, к несчастью, он заметил меня и начал кричать: «Уходи отсюда, желтый дьявол! Я знаю, что ты пришел, чтобы забрать меня в ад, но ты слишком поторопился. Если бы мои руки были свободны, я свернул бы тебе шею!»

Баас, он говорил по-английски, а я немного знаю этот язык. Я понял, что мне лучше оставить его одного. В это время из дома вышли двое стариков, одетых в ночные рубашки, какие носят европейцы, на их голове были какие-то желтые штуки с металлическим изображением солнца впереди.

— Колдуны? — предположил я.

— Да, господин, или предсказатели иного сорта, потому что они выглядели как ваш уважаемый отец, когда он одевался и вставал на кафедру для проповеди. Увидев их, я отполз немного назад, туда, где был туман, лег и начал слушать. Они посмотрели на Рыжебородого, поскольку его крик привлек их внимание, но он и не глянул в их сторону, продолжал шуметь, как пчела в жестяной банке.

«Ничего страшного, — сказал один из стариков на том языке, на котором говорят амахаггеры. — Но когда же он угомонится? Я надеюсь, что скоро, потому что не могу спать из-за такого шума».

«Не раньше, чем начнет всходить солнце, — сказал другой. — Потом выйдет новая королева, а этот белый человек будет принесен в жертву».

«Какая жалость, что приходится ждать так долго», — снова сказал первый.

«Сначала победа, потом придет страх, — ответил второй человек. — Хотя он не настолько хорош для еды, как та толстая женщина, которая была вместе с новой королевой».

Затем, баас, они причмокнули губами, и один из них вернулся в дом. Но второй не торопился возвращаться. Он сел на землю и уставился на капитана. Он даже ударил его по лицу, чтобы тот замолчал.

Я подскочил к предсказателю, пока он сидел, разглядывая Рыжебородого, и вонзил свой нож ему в спину, думая, что сразу же убил его. Но нет, он повернул лицо и начал кричать, как раненая гиена, пока я не прикончил его окончательно. Затем я услышал крики и, чтобы спасти свою жизнь, был вынужден бежать в туман, не освободив капитана и не увидев леди Печальные Глаза. Я бежал очень быстро, господин, сделав большой крюк налево, и наконец вернулся сюда. Вот и все, господин.

— И все случилось достаточно тихо, — ответил я. — Впрочем, даже если они тебя не видели, смерть шамана может напугать их. Бедная Дженни! Что ж, я надеюсь попасть туда вовремя, чтобы спасти белых людей.

Затем я позвал Умслопогаса и вождей амахаггеров и вкратце рассказал им о происшедшем, а также то, что Ханс обнаружил вражескую армию или ее часть.

В конце концов мы решили атаковать немедленно. В самом деле я настоял на этом, потому что решил срочно освободить капитана Робертсона, этого несчастного, который, по словам Ханса, очевидно, сходил с ума. Я выстрелил два раза, как было условлено, и услышал звук отдаленных выстрелов на противоположной стороне. Несколько минут спустя мы пошли вперед: Умслопогас и я — в авангарде, вожди амахаггеров вместе со всеми воинами — за нами.

Теперь читатель может подумать, что все идет правильно. Что этот хитроумный старина Аллан Квотермейн сейчас удивит и уничтожит воинов Резу, обманутых трюком, который он задумал с Гороко. Что после всего этого он освободит капитана Робертсона, который, без сомнения, придет в себя, а затем также освободит и Инес. И все то, что случилось, будет лишь приключением, а не изложением фактов. Однако вам, мой друг, предстоит увидеть, что все пошло не так, как изначально предполагалось.

Начнем с того, что амахаггеры рассказали мне, что воины Резу никогда не сражаются в темноте или до того, как взойдет солнце. Наоборот, они могут поступить так, если только будут введены в заблуждение. И когда мы будем думать, что подкрадываемся к ним, они в это время будут подкрадываться к нам. Маневр Гороко в конечном счете не обманул их, поскольку от своих шпионов они знали истинное положение дел.

К сожалению, эти шпионы были в наших собственных рядах, короче говоря, среди нас были предатели, которые состояли на службе у Резу и принадлежали к его необычной вере. Некоторые из них время от времени ускользали из лагеря, чтобы сообщить врагу о наших планах и продвижении, насколько они были осведомлены о нем.

Более того, те, на кого наткнулся Ханс, были всего лишь охраной, расставленной вокруг места жертвоприношения и жилища, где находилась Инес. Настоящей армии он не видел. Она была разделена на две части и спрятана с правой и левой стороны хребта. Мы заметили их только тогда, когда они соединились в одну, а до этого просто шли как раз посредине между двумя армиями.

Теперь предполагаемый читатель может воскликнуть: «Почему этот самовлюбленный Аллан не подумал обо всем этом раньше? Почему не вспомнил, что командует ордой дикарей, которых он не знал в действительности, если среди них были предатели, особенно той же веры, что и Резу? Почему он не принял мер предосторожности?»

О мой дорогой читатель, я могу лишь сказать, что мне бы хотелось, чтобы вы оказались на моем месте. Я посмотрел, что бы вы предприняли в подобных обстоятельствах. Вы предполагаете, что я не подумал о таких вещах? Конечно думал. Но слышали ли вы когда-нибудь о том, что возможно превратить злобных варваров в тех, кому можно доверять, в достойных воинов, готовых сражаться с войском, в три раза превышающим их отряд, и победить врагов?