Чтение онлайн

Не запирались весь день — все новые гости являлись,

Этот — туда, тот — сюда, толкутся, приходят, уходят...

Сущая ярмарка, право!..

Когда же, совсем уж под вечер,

Сальные свечи зажглись в большой Мордехаевой хате, —

Снова туда собрались и друзья, и родные, и сваты,

Вновь закипело веселье; уселись в углу музыканты;

Вздумали было девицы опять танцовать — да не вышло,

Сваты теперь одолели, отбили у них музыкантов:

"Нынче капелла за нами!" — И вот, до полуночи самой

Музыка им исполняла напевы хазанов [55] , отрывки

Опер, румынские песни... И все веселились и пили,

Сердце свое услаждая. Потом старики утомились

И разошлись восвояси: вздремнуть, отдохнуть. А девицы

Только остались одни — уже подруга схватила подругу,

Пара за парой пошла — и целую ночь танцовали.

То угощались, болтая, то снова и снова плясали.

А на столе красовались и сласти, и мед, и печенье,

Вплоть до коржиков пухлых, посыпанных сахарной пудрой.

И танцовали они, пока петухи не пропели:

"Третья стража идет! Скорей по постелям, Израиль!"

ПЕСНЬ ПЯТАЯ

Вторник. Покрывание невесты. Свадебный вечер

День, в который Создатель два раза одобрил созданье [56] ,

Пеньем и музыкой начат. Пошли музыканты с бадханом [57]

К дому тому, где жених имел пребыванье в Подовке,

Чтобы устроить ему почетную встречу: "добрыдзень".

Музыки звуки услышав, со всех переулков и улиц

Стаей слетелись мальчишки и в миг окружили капеллу.

После бравурного марша и речи бадхана, капелла

Водкой себя подкрепила, покушала пряников сладких

И повернула обратно к невесте. С отчаянным криком,

Псов по дороге дразня, свистя, гогоча, кувыркаясь,

Перегоняя друг друга, отряд босоногих мальчишек

До Мордехаевой хаты вприпрыжку скакал пред капелой.

Тут-то она и невесте устроила громкий добрыдзень.

Элька, смущаясь, краснея, гостей оделяла сластями

И подносила вина — и лица у всех прояснились.

Осенью поздней, когда оставшимся на зиму пташкам

Голодно станет в лесу, они собираются густо

Возле гумна, где ловец для приманки насыпал им зерен.

Те подлетают и смотрят; другие — раскинувши крылья,

Прочь улетают и вновь возвращаются, крадутся к зернам;

То подлетает синица, то чиж, то щегленок, то зяблик,

То красношейка — и все-то пестреют своим опереньем,

Серым, зеленым, красным, коричневым, черным и желтым.

Так собрались и девицы в просторной комнате Эльки,

Ярко одетые все, в пестреющих платьях и шарфах,

И далеко от девиц приятными пахло духами,

И торопливо подруги входили и вновь уходили,

В зеркало глядя, вертясь, поправляя друг другу наряды.

Солнце уже опускалось, когда появились девицы,

Словно весенний букет, рассыпанный кем-то. И Элька,

Тоже в нарядной одежде, с подругами пестрыми вместе

В новый вошла балаган, — вошла с лицом побледневшим.

Там ожидал уж бадхан во главе музыкантов — и громко

Он произнес нараспев:

"Невесты в честь дорогой,

Что так прекрасна собой, что блещет, подобно заре

Иль как наш град на горе, и радует сердце родных,

Как и подруг своих, и всем нам слаще вина, —

Музыка, грянь!.. Вот она!.."

И скрипка и бас загудели,

Заторопился кларнет, замурлыкала скрипка вторая...

Бросились к Эльке подруги с объятьями. Тут суматоха,

Давка и визг поднялись, но прикрикнул бадхан — и затихли.

Танцы тогда начались, заплясали девицы-подруги

Польку, лансье и кадриль — и невеста средь них танцовала,

Бледная, ибо не ела с утра. Танцована со всеми,

Не пропустив ни одной: таков уж обычай издревле.

Все-то обычаи знает разумница-Элька. Обидеть

Разве же может она хоть одну?.. Никого не забудет!..

Так-то они танцовали. Меж тем балаган наполнялся.

В новых нарядных одеждах, гуторя, толкая друг друга,

Новые гости вливались в широкораскрытые двери,

И наступала шумиха, веселая, дружная давка.

Очень уж много сошлось: тут вся ликовала Подовка.

Вся молодежь собралась, и старцы седые спешили,

Не говоря о родне и о детях, которых с собою

Матери взяли на свадьбу: тут были грудные младенцы,

Были и те, что постарше: стояли, в носу ковыряя,

И от голов их лилось благовонье миндального масла.

Брать же с собой ребятишек три важные были причины:

Первая — можно ли их оставить одних без призора:

Могут и "свет опрокинуть", и глаза и зуба лишиться.

Дальше: какая беда, если дети посмотрят на свадьбу?..

В-третьих: пускай и они покушают пряников сладких.

Словом — была кутерьма, веселая, дружная давка.

Много народу сошлось, и вся ликовала Подовка.

Как же!.. Еще ведь в субботу, в самой синагоге, на свадьбу